Чтение онлайн

Олдэм вскоре понял, что допустил ошибку, стараясь сделать из «Роллингов» некое шероховатое подобие чисто выбритых, вежливых и мягких «Битлов». «Роллинги» должны были довести свой образ до совершенной противоположности и позиционировать себя как «антиБитлы»: грязные, грубые, угрюмые, заядлые курильщики; как можно более отталкивающие. Он даже стал заставлять их (хотя особо стараться ему не пришлось) прилюдно плеваться, жевать резинку, рыгать, пить алкоголь и ругаться, а также по возможности дымить сигаретой в лицо журналистам. Заодно он придумал фразу, ставшую свое образным девизом группы: «А вы бы позволили своей дочери выйти замуж за Rolling Stones?» «Когда я закончил работать над их образом, все родители в Англии приходили в ужас от одного их названия», – вспоминал Олдэм.

Но Мику было недостаточно образа уличного заводилы. Во время первого тура по Англии в начале осени 1963-го – в афишах они шли четвертыми после Бо Дидли, братьев Эверли и Литтла Ричарда – Джаггер продолжил экспериментировать, и эксперименты эти неминуемо должны были вызвать недоумение у британской публики, пусть уже и немного раскрепощенной. Позаимствовав косметику у любящего произвести впечатление своим внешним видом Литтла Ричарда, Мик подкрашивал ресницы и губы, даже когда не выступал на сцене. Как выразился один из музыкантов, «Мик ходил расфуфыренный, словно трансвестит… Даже нас это немного шокировало».

Олдэм, который, как и «Роллинги», предпочитал джинсы в обтяжку, черные водолазки, ботинки и темные очки, не возражал против того, что внешний вид Мика становится все более женственным. На самом деле он и сам иногда выглядел более манерно, чем исполнители, делами которых управлял, поэтому никто особо не удивился, когда он сам стал использовать тушь и пудру, даже занимаясь делами.

До Крисси Шримптон, у которой в то время была весьма бурная и порой изматывающая связь с Миком, доходили слухи о его сомнительной сексуальности. Она их понимала. «У Мика был очень мужской характер, напористый и агрессивный, – объясняла она. – Но по натуре он был женственным. Даже мне он казался ужасно манерным».

В этом с ней соглашались и другие. Крисси предпочитала верить, что Мик просто играет на публику, но начала подозревать, что дело здесь не совсем чистое, когда во время одного концерта подружка Олдэма, Шейла Клейн, отвела ее в сторону и спросила: «А правда, что Мик и Эндрю спят в одной кровати?»

Потрясенная Крисси ответила: «Ну, когда я тут, то нет, потому что с Миком сплю я». Вскоре выяснилось, что Джаггер и Олдэм действительно спят вместе, пока их подружек нет рядом. «Я видела, как Мик и Эндрю лежат в постели», – говорила Крисси. И даже притом, что они были голыми, Шримптон не увидела в этом ничего предосудительного и сказала, что в то время она «была очень наивной. Мне казалось, они выглядят так мило и невинно. Но, очевидно, Мик всегда был бисексуалом».

Крисси не единственная застукала Мика и Олдэма вместе в постели. Однажды парочку под одной простыней обнаружила мать Олдэма, и, как вспоминал Эндрю, «это ее не особо обрадовало». Впрочем, ей скорее всего просто не нравился Мик как человек. «Она предпочитала Кита, – говорил Эндрю, – потому что он хорошо относился к ее собакам».

Что же до их связи, то позже Олдэм попытался объяснить это так: «У нас с ним было общее чувство какого-то волшебства, трепета перед жизнью и ощущение своей особой, секретной миссии. Мы как бы пытались нащупать свой путь в этом мире».

В то же время Мик настаивал на том, чтобы все «Роллинги» поддерживали имидж закоренелых холостяков. У них тогда как раз складывалась «фанатская база» из покупателей пластинок и посетителей концертов – понятно, что молоденьким девушкам нравилось фантазировать о звездах, сердца которых еще не заняты, а это значило, что никто из музыкантов не должен был вступать в серьезные отношения.

Взяв на себя роль лидера, Мик заставил Чарли Уоттса и его давнюю невесту Ширли отложить свадьбу до лучших времен. Также он запретил Уаймэну упоминать о своей жене и ребенке в разговорах с журналистами. Брайан должен был помалкивать о своей беременной подружке Линде Лоуренс, а также о своих незаконнорожденных детях и их матерях.

Как и другие девушки «Роллингов», Крисси оставалась в тени, пока Мик на публике с усмешкой отвергал все предположения о том, что у него есть подруга. Когда же они оставались наедине, то он уверял, что как только группа обретет имя по обеим берегам Атлантики, он будет кричать об их любви с крыш небоскребов. А между тем девушкам «Роллингов» даже не разрешалось приближаться к студии звукозаписи, и они прекрасно знали, что винить в этом должны Мика.

«Мик не уважает женщин, – сказала однажды Шримптон. – Он любит заниматься с ними сексом, но в целом настроен к ним враждебно». Всякий раз, как девушки «Роллингов» встречали Мика, они поднимали руку в нацистском приветствии и кричали «Хайль Мик!» Как сказала Крисси, «его это, естественно, бесило. Но мы на самом деле так к нему относились».

Крисси приходилось довольствоваться краткими встречами вдали от посторонних глаз. Нельзя было даже держаться за руки. Если кто-то узнавал Мика, он сразу выпускал ее руку и отходил подальше, словно и не знал ее. Терпения Крисси хватило на пару недель. Как-то раз они шли по лондонской улице, и тут перед ними возникли поклонницы, желавшие получить автограф. Мик оттолкнул Шримптон в сторону и принялся любезничать с фанатками. Когда был подписан последний автограф и они удалились, Мик подошел к Крисси и протянул руку, но она пнула его в промежность.

Строгие правила, навязанные Миком, только усложняли и без того напряженные отношения. «С самого начала между нами была страсть, – вспоминала Крисси. – Все в наших отношениях было сильным и глубоким». Несмотря на попытки Мика скрыть эту связь, между ними случались и шумные перебранки в ресторанах или отелях, они хлопали дверьми и били посуду. Крисси часто распускала руки, а Мик не всегда сдерживался, чтобы не ответить тем же. «Мы надевали темные очки, чтобы спрятать синяки под глазами, и пользовались косметикой».

В январе 1964 года Rolling Stones снова отправились на гастроли по Великобритании, на этот раз вместе с популярной в то время американской женской группой Ronettes. Ронни Беннет, которая спела ставшую классикой поп-музыки песню Be My Baby («Будь моей крошкой»), в то время была помолвлена с эксцентричным автором песен и продюсером Филом Спектором. Но для Мика это не имело значения. Ронни описывала его как «сексуального, провокационного и шикарного». Когда Джаггер стал подкатываться к ней, Ронни дала ему отпор, тем не менее она закрутила интрижку с Китом, рискуя вызвать гнев известного своей ревностью Спектора. Мик, нисколько не обидевшись, решил приударить за сестрой Ронни, Эстель. Эта связь продлилась до конца гастролей.

Но несмотря на свои победы на гетеросексуальном фронте, все «Роллинги» часто становились объектом злобных насмешек. Однажды после концерта с Ronettes музыканты ужинали в кафетерии, и их принялись обзывать американские туристы. Сначала Мик игнорировал выкрики «Педик!» и «Гомик!», но потом вскочил и набросился на обидчиков. Через пару секунд Джаггер и Ричардс лежали распростертыми на полу.

В другой раз Джаггер и художник-оформитель Ник Халсэм обедали в ресторане на Кингс-роуд, когда пожилой мужчина за соседним столиком наклонился к Мику и громко спросил: «Вы мужчина или женщина?»