Чтение онлайн

Оглядевшись вокруг, Мила тяжело вздохнула. Теперь она осталась без Гарика и не имела ни малейшего понятия, где он может быть сейчас. А значит, искать дорогу к южным воротам Харакса ей придется самой.

Постучав по корпусу своих часов три раза, чтобы превратить их в компас, Мила определила, где юг, и двинулась в нужном направлении. Дважды на ее пути встречались каменные завалы и, точно как Капустин, забывая о левитации, она карабкалась на груду камней. Несколько раз падала, оцарапывая колени. На ходу прислушивалась — не раздадутся ли поблизости какие-нибудь звуки, говорящие о присутствии рядом другого человека. Надеялась встретить Гарика.

Минут через десять-пятнадцать ходьбы пришлось остановиться — в ботинок попал камешек и больно впивался в ступню. Прислонившись к стене, Мила сняла ботинок и хорошенько потрясла его. Надоедливый камешек глухо ударился оземь. Обувшись, Мила огляделась. В двух шагах от себя, в противоположной стене, она заметила арочный проход, который наполовину зарос каким-то кустарником. На его ветвях уже наклюнулись почки.

Мила задумалась: идти ей вперед, вдоль стен, или пройти через арку? Полуразрушенный каменный коридор, по которому она шла последние метров пятнадцать, напоминал улицу или часть ее и вполне мог куда-нибудь вывести, а вот арка… Было не похоже, чтобы этот ход мог приблизить ее к южным воротам.

Приняв решение, Мила уже двинулась в ранее выбранном направлении, минуя арку, как вдруг ей послышалось, будто кто-то ее позвал. Мила резко обернулась и напрягла слух. Было тихо. Решив, что ей показалось, она во второй раз возобновила путь, но не сделала и четырех шагов, как за спиной снова раздалось:

— Мила!

В этот раз она уже была уверена, что дело не в ее разыгравшемся воображении — кто-то только что окликнул ее по имени. Оно донеслось до нее слабым эхом, и Миле показалось, что голос раздавался с той стороны стены, куда вел арочный проход.

— Гарик?

Ответом ей были тишина и молчание, но Мила уже не могла уйти.

— Гарик! — снова позвала она, но в этот раз громче.

Она не была уверена, что это он окликнул ее — зов прозвучал приглушенно и слабо, но голос был мужским.

Вернувшись к арочному проходу, Мила отвела рукой ветви кустарника и подалась вперед, заглядывая через арку на другую сторону.

— Кто здесь? — спросила она.

И вновь ей никто не ответил. Убрав ветви с другой стороны прохода, чтобы не поцарапаться, Мила нерешительно шагнула под арку.

Вокруг были знакомые отголоски античности, которые странным, неестественным образом сплетались с чужеродным миром в единое целое. Почему-то сознание Милы не хотело принимать то, что видели ее глаза.

Что-то мокрое и холодное коснулось лица. Мила машинально вытерла рукой щеку. Но не успела она отвести руку, как ее лицо вновь обожгло ледяным уколом. Потом ударило по тыльной стороне кисти. Мила опустила взгляд на руку: на коже застыла блестящая, крупная капля. Она была набухшей, как древесная почка, мутной и… черной.

На лицо упало еще несколько капель. Мила подняла глаза и всмотрелась в пространство перед собой. Теперь она понимала, почему ее сознание отказывалось принимать окружающий мир — она видела его через завесу того, чего в ее привычном мире просто не существовало.

Шел черный дождь.

Мила быстро оглянулась назад. Как она и подозревала, арка исчезла. Мила разочарованно вздохнула — она снова попала в ловушку чужого мира, ей снова придется искать выход.

Стараясь не обращать внимания на то, что черные капли падают на ее волосы и ударяются о кожу, стекая по ней тонкими струйками, Мила осмотрелась.

Во все стороны от нее метров на сто тянулась голая земля. Лишь кое-где словно утопали в земле осколки античных строений. Но там, где кончался этот пустырь, вырастал целый город. Нелепый, невозможный и жуткий. Но удивления Мила не испытала. Где-то в глубине души она была готова к тому, что ей суждено было оказаться здесь.

— Я тебя знаю, — одними губами произнесла Мила, обращаясь к городу впереди, словно он мог услышать ее, словно он был живым. — Я тебя видела.

Она видела его уже трижды. В своих видениях. Вне всяких сомнений это был тот самый город. Почему? Почему Северное Око так настойчиво показывало ей это место? Оттуда, где вырастал этот город, веяло чем-то жутким…

Беседки и павильоны, стоящие на резных мраморных колоннах, неестественно белели на фоне странного каменного сплетения из крытых мостов-галерей и высоких башен. Камень был черный, тяжелый, необработанный. Бесформенные на первый взгляд массивные обломки каменных пород тем не менее имели форму — в небо поднимались высокие и узкие, словно шпили, башни. Все они на высоте, в несколько раз превышающей человеческий рост, были связаны между собой каменными галереями, будто нитями.

— Паутина, — со страхом и трепетом прошептала Мила. — Каменная паутина.

Черный и грубый каменный мир диковинно переплетался с белоснежной мраморной утонченностью античности. Изящные, красивые строения напоминали белых бабочек, угодивших в эту каменную паутину.

У Милы не было никакого желания приближаться к странному, пугающему городу. Но где-то там был выход в ее мир. Если она будет стоять здесь, то никогда не выберется.

Мила пошла вперед. С каждым шагом она все сильнее чувствовала, как липнет к телу промокшая одежда. Она ощущала, что вода течет по лицу, и пыталась отгородиться от воображения, которое рисовало ей ее собственное лицо с черными потеками на коже. От этой картины бросало в дрожь.

Вскоре под ногами Милы вместо земли появился камень. Улицы черного города были все ближе. Ей казалось, она добровольно летит в паутину и непременно увязнет там… А потом придет паук…

Мила потрясла головой, отгоняя панику. Но мысли, рожденные страхом перед неизвестностью, были назойливыми.

Если это каменная паутина, то ее сплел каменный паук…

Черный город внушал ей ужас. Ей казалось, что из странно-желтоватых окон на вершинах башен кто-то следит за ней. Мила быстро отвела взгляд от этих окон — она вдруг испугалась, что может увидеть в них следящие за ней глаза на… чужих лицах.

Поравнявшись с мраморной площадкой, окруженной со всех сторон колоннами, Мила заметила, что в центре ее бил фонтан. Ей понадобилось время, чтобы понять, что вода в этом фонтане была прозрачной и чистой. В этот момент она догадалась.

Каким-то образом, когда открылись проходы в другие миры, этот мир, перед тем как его осколок застрял здесь, успел поглотить частицу ее родного мира. Эти колонны и этот мрамор принадлежали когда-то миру, в котором жила Мила. Теперь они были пленниками — пленниками плененного мира.