Чтение онлайн

Потом, чтобы окончательно не унестись в мечтах, она быстро похлопала по щекам, заставив себя вернуться на землю, взяла телефон и набрала номер Лукаса.

ГЛАВА 18

Выслушав, что произошло, Лукас, как и следовало ожидать, разразился смехом.

— Дорогуша, не стоит так нервничать! Все в порядке, — заверил он Милли. — Клиентка заплатила вперед.

Ради всего святого. Эти мужчины, может, их всех изничтожить?

— Я не из-за этого нервничаю, — выпалила Милли. — Паразит завел интрижку! Он законченный мерзавец! И ты не можешь оставить ее деньги — их нужно вернуть.

— Слушай, бизнес есть бизнес, — сказал Лукас. — Мы выполнили условия сделки. Не наша вина, что ее муж гуляет налево.

— Какой ты бессердечный! — выкрикнула Милли.

— Ну и слава богу. Лучше быть бессердечным, чем бесхребетным.

— Боже, я тебя ненавижу.

— Я знаю. Неважно, я ведь твой босс. Я привык, что в мое изображение втыкают иголки, — заверил Лукас.

Она была уверена, что он смеется.

— Ты на его стороне. — Милли жалела, что у нее нет под рукой его восковой фигуры. — Ты мужчина, поэтому тебе только смешно. Представь, как бы ты себя чувствовал, если бы изменяли тебе!

К этому моменту Лукас уже открыто хохотал над ней. Всем известно, что даже самое богатое воображение имеет предел. Ему никто никогда не изменял.

— Слушай, — добродушно проговорил он, — очень мило, что тебя это так беспокоит...

— Лукас. — Милли решилась на последнюю попытку. — Я всегда думала, что, возможно, в глубине души ты достойный человек.

— Значит, это не так. Насквозь бессердечный — вот я каков. Секс и деньги — только это заставляет мир вращаться. По крайней мере, — продолжил Лукас жизнерадостно, — жена этого парня не знает, что он ее обманывает, верно? Так кому от этого вред?

— Тебе должно быть стыдно. — Милли была полна негодования. — Это просто невообразимо.

— Боже, ты так прекрасна, когда злишься, — сказал Лукас и, смеясь, повесил трубку.

— Вот твое пиво, прости, что задержалась. Мой босс — настоящая свинья, и я собираюсь устроить ему... Ой, простите!

Милли притормозила, когда поняла, что Хью был уже не один. На подлокотнике деревянного садового кресла, обхватив колени, сидела девушка в розовом платье, ей еще не было двадцати лет, у нее были блестящие светло-каштановые волосы до плеч, рот, обильно накрашенный оранжевой помадой, и глаза, полные обожания.

Именно такое выражение часто появляется на лицах тех, кто приходит на концерты Клиффа Ричарда. Что-то оцепенелое и при этом липкое, как недожеванная жвачка. Девушка испуганно обернулась в сторону Милли и спросила:

— Хью, кто это?

В следующее мгновение в голове Милли начал разыгрываться совсем новый сценарий. Сейчас Хью засмеется и скажет: «Кто она? А, это Милли, я пригласил ее выпить с нами. Помнишь, дорогая, Милли-горилла, я тебе рассказывал. Милли, познакомься. Это Оранжевые Губы, моя подружка».

Или невеста.

Или новая жена.

Милли взяла себя в руки, ее сердце отбивало чечетку.

— Кейт, это Милли, моя знакомая. Милли, это Кейт, дочь Эдвины. — Быстро кивнув в сторону каменной стены, Хью объяснил: — Она живет по соседству.

Ух.

Ну, почти ух. Было бы гораздо легче, если бы соседка оказалась не такой хорошенькой.

— Мама заглядывала, чтобы напомнить тебе об обеде, — сообщила Кейт. — Она сказала, что у тебя кто-то в костюме гориллы.

Милли поняла, что он не шутил о званых обедах.

— Верно, — кивнул Хью, — Милли работает для агентства поцелуеграмм в Ньюки.

— Потрясающе. Вам не повезло! — Кейт ненадолго повернулась к Милли, а затем снова полностью переключилась на Хью. — Знаешь, мы ждем не дождемся, когда ты придешь, мама готовит седло барашка... а у меня так много всего произошло на работе, мне нужно тебе все рассказать...

— Кейт, подожди, твоя мама не приглашала меня на сегодняшний обед.

— Знаю, что не приглашала. Это я тебя попросила прийти, помнишь? В прошлые выходные.

Хью на мгновение закрыл глаза.

— Я помню, что ты упоминала об этом. — Он начинал сдаваться. — Но я не сказал «да».

Брови Кейт испуганно подпрыгнули вверх.

— Не сказал? Точно? А я была уверена. О боже, мама полдня надрывалась на кухне...

— Слушай, извини. — Было видно, что Хью чувствует себя неловко. — Но я пригласил Милли перекусить вместе со мной.

— Мама ужасно расстроится. — Лицо Кейт стало кукситься, как у семилетнего ребенка. — Мы так надеялись, что ты придешь.

— Слушайте, все в порядке, не стоит волноваться, мне все равно пора домой. — Милли поставила бутылки с пивом на деревянный стол, не желая больше участвовать в этой нелепой сцене.

— Правда? Отлично, приятно было познакомиться. — Мгновенно забыв о плохом — может, ей и правда было семь лет? — Кейт бросила взгляд на Милли, потом взяла запотевшую бутылку пива. — Вот, все улажено. — И со счастливым выражением она чокнулась своей полной бутылкой с почти пустой бутылкой Хью. — Мама будет в восторге.

О господи, подумала Милли, только не говори, что мама тоже от него без ума.

— Извини, что так вышло, — бормотал извинения Хью, провожая Милли до машины. — Она просто наказание. Когда переезжаешь, стараешься наладить отношения с соседями, но что можно сделать с такой, как Кейт?

Надеясь, что нос у нее не вырастет вдруг от вранья и не станет задевать дорожку под ногами, Милли произнесла:

— Она кажется довольно милой.

Слава богу, нос не вырос. Хью бросил на нее нетерпеливый взгляд.

— Милли, брось, не говори, что ты не заметила. Ведь Кейт влюблена в меня по уши.

О нет, конечно нет, как возмутительно, что такое с этой девчонкой? — немного истерично подумала Милли.

Вслух она сказала:

— Конечно заметила. Рыбак рыбака видит издалека.

— Так неудобно, — пожаловался Хью. — Я имею в виду она не скрывает своих чувств и настроена решительно. Я меньше всего хочу ее расстраивать, но она ничего не желает понимать. Прет как танк... Похоже, до нее не доходит, что мне это меньше всего надо.