Чтение онлайн

– Прозрачных? – обронил полковник Сумах.

– Именно. Мы знаем, что прозрачные встречались с Гумилевым в Сингапуре – там они помогли ему предотвратить похищение его жены и дочери.

– Мы также знаем, что прозрачные никогда не вступают в контакт с людьми, у которых нет предметов, – покачал головой Сумах. – Либо у Гумилева есть предмет, о котором мы ничего не знаем, либо…

– Либо Гумилев – ярко выраженный беспредметник, – перебил полковника Свиридов. – На что, впрочем, указывает его биография.

– Которая нам известна лучше, чем ему самому, – усмехнулся Зимин. Сейчас глава отдела информации чувствовал себя увереннее, ведь кропотливую работу по реконструкции родового древа Андрея Гумилева проделали именно его подчиненные.

– Но вряд ли лучше, чем нашим прозрачным друзьям, – отрезал Свиридов. – То, что они общались с Гумилевым, говорит о том, что они знают о нем что-то такое, чего не знаем мы. И поэтому наша первоочередная задача – держать Андрея Львовича под неусыпным контролем.

Поздняк откашлялся.

– И все-таки, товарищ генерал… Зачем он нужен нам в экспедиции?

Свиридов нахмурился. Видно было, что настойчивость подполковника его раздражает.

– Сейчас мы знаем об Андрее Гумилеве только то, что его жена исчезла в сибирской тайге вместе с одним из самых мощных предметов – Саламандрой, а также то, что он встречался и разговаривал с прозрачными. Поскольку прозрачные, как нам известно, могут появляться где угодно, и не нуждаются для этого в транспортных средствах, мы можем предполагать, что они в случае необходимости выйдут на Гумилева и на борту «Земли-2». А это дает нам редкую возможность схватить их, что называется, за руку.

– Но с какой стати им понадобится выходить на Гумилева на Северном полюсе? – задал вопрос молчавший до этого Шумейко. – Предположение о том, что активность прозрачных могла быть вызвана передачей жене Гумилева Саламандры звучит достаточно логично. Но сейчас рядом с Гумилевым нет ни жены, ни Саламандры. Чем он может их заинтересовать?

Прежде чем ответить, Свиридов некоторое время молчал, рисуя на листке бумаги завитки и спиральки.

– Видите ли, Игорь Васильевич, – сказал он, наконец, – то, что прозрачные интересовались именно Гумилевым – это всего лишь гипотеза. Не стоит исключать, что их привлекла дочь Андрея и Евы, маленькая Маруся.

Он предостерегающе поднял ладонь.

– Несколько дней назад один из наших осведомителей сообщил, что, по имеющейся у него информации, в районе Северного полюса сосредоточено огромное скопление аномальных предметов. Сложите известные нам части головоломки – решение Гумилева финансировать арктическую экспедицию, появление рядом с ним прозрачных, исчезновение его жены – с этими сведениями, и вы получите хотя и загадочную, но явно не лишенную внутренней логики картину.

Как и предполагал генерал, его слова произвели сильное впечатление на участников совещания. Полковник Зимин, вытянувшись в кресле, как струна, казалось, никак не может проглотить застрявший у него в горле ком.

– Товарищ генерал, – проговорил он, справившись, наконец, с собой. – Можете ли вы сказать, откуда ваш осведомитель получил такие сведения, и есть ли у нас причины ему верить.

– Осведомитель владеет предметом Спрут – охотно объяснил Свиридов. – Кто из вас помнит, что это за предмет?

Шумейко вздохнул и поправил узел галстука.

– Предмет Спрут описан в средневековом персидском трактате «Чудо Исфахана». Если верить этому тексту, предмет позволял своему владельцу видеть сквозь землю и толщу вод. Символика текста достаточно сложна, но можно предположить, что Спрут каким-то образом указывал хозяину места, где находились другие аномальные предметы.

– Совершенно верно, – скупо улыбнулся Свиридов. – Как вышло, что мы прошляпили такой ценный предмет, я объяснить не могу. Пока не могу. Но осведомитель уже доказал силу Спрута, и я не вижу оснований ему не доверять. Наличие хранилища предметов у Северного полюса, кстати говоря, неплохо согласуется с легендой о Гиперборее – стране древней цивилизации, расположенной за Полярным кругом.

– Если не ошибаюсь, именно Гиперборею искал в 20-е годы профессор Барченко, – сказал полковник Сумах. – Тот самый Барченко, который был доверенным лицом Глеба Бокия…

– А Бокий, в свою очередь, был единственным советским чекистом, который еще до войны знал об огромной мощи Орла, – добавил Зимин.

– Верно, – ладонь Свиридова опустилась на столешницу – это был знак подчиненным перестать соревноваться в эрудиции и слушать указания начальства. – Что это за хранилище, мы можем только догадываться. Но не исключено, что речь идет об одной из Семи Черных башен. Если это так, то картинка складывается весьма любопытная. Ева Гумилева с Саламандрой исчезает в сибирской тайге, в местах, которые традиционно связывают с Шестой Башней, а Андрей Гумилев, не имеющий предмета, но являющийся объектом самого пристального внимания прозрачных, финансирует экспедицию в район, где может находиться Седьмая Башня.

– Предполагаете заговор? – поднял бровь полковник Сумах.

– Скорее, чью-то сложную игру. Многоходовку, в которой Андрей Гумилев может быть всего лишь пешкой – правда, не исключено, что проходной [2] .

Воцарилось молчание.

– В этой ситуации нам нужно, чтобы рядом с Андреем Львовичем постоянно находился наш человек. Ситуация с пропавшей женой Гумилева может оказаться нам на руку… Товарищ Сафина!

Сидевшая у дальнего края стола стройная брюнетка вскинула голову. Огромные глаза ее были разного цвета – один синий, другой зеленый. Никому из присутствующих не нужно было объяснять, что это значит.

– Товарищ Сафина, вам предстоит непростая работа. Вы должны стать для Гумилева по-настоящему близким человеком – не просто любовницей, а той, кому он будет полностью доверять. Справитесь?

– Думаю, да, товарищ генерал, – спокойно ответила брюнетка. У нее был приятный, чуть хрипловатый голос. – Мой предмет еще никогда меня не подводил.

– Отлично, – генерал одобрительно кивнул. – А мы, между тем, будем готовить Андрея Львовича к целой череде неприятных потрясений, через которые ему предстоит пройти в самое ближайшее время…

Осведомитель генерала не лгал. Спрут, который достался ему некогда от отца – сотрудника военной миссии в Иране – действительно показывал, что в районе Северного полюса сосредоточено огромное количество аномальных предметов. Вот только делиться своим знанием со Свиридовым осведомитель по доброй воле не стал бы.

Человек, которому Свиридов дал агентурную кличку Лауреат, встречался с генералом раз в месяц. Каждый раз он приходил на встречу загримированный – надевал парик и клеил усы. Свиридова подобные ухищрения забавляли, но по его непроницаемому лицу догадаться об этом было невозможно. В конце концов, если осведомителю хочется играть в конспирацию – пусть играет. Множество взрослых людей до сих пор убеждено, что работа спецслужб – это перестрелки и погони а-ля Джеймс Бонд. Расскажи им кто-нибудь, что будни контрразведчика бывают порой скучнее жизни какого-нибудь менеджера по продажам, не поверят. Ну и ладно, это их дело.