Чтение онлайн

Я молчала. Я не хочу об этом говорить. Я просто не могу и всё.

В комнату вернулся Воронцов, неся какую-то ёмкость с пинцетами и маленький чемоданчик с медицинским крестом. Мужчина поставил всё на стул возле меня, снова ушел из комнаты, и вскоре принёс стакан воды, пахнущей Корвалолом.

– Пей, - присел он и поднёс стакан к губам.

Не стала спорить и выпила, сколько смогла в своём состоянии.

Рома придвинул чемоданчик и открыл. Стал доставать бинты, перекись и раскладывать всё перед собой.

– Аля, выйди отсюда.

– Почему? – спросила его жена.

– Я буду зашивать бровь Ане. Не нужно тебе смотреть. Иди, позвони Саше и жди на кухне.

– Ладно, - нервно ответила Аля, потопталась еще немного на месте и ушла.

– Сейчас буду промывать рану – будет больно. Надо потерпеть.

Хирург приложил к брови марлю, пропитанную перекисью. Я тут же вся сжалась и скуксилась от боли:

– Ааааууу… - попыталась я дёрнуться от него, но мужчина заставил меня сидеть на диване.

– Сиди и не дёргайся. Я должен промыть рану, чтобы потом её зашить – и шрама даже не останется. Вот увидишь.

Я собралась с последними силами, сжала кулаки, закрыла глаза и терпела, терпела…

Сквозь туман боли, слышала обрывки диалога Али и Саши по телефону:

– Алло, Саш! Да, это срочно, - звучал с кухни обеспокоенный голос подруги.- Тут Аня приехала, избитая вся. Да, прям избитая, ей Ромка щас бровь зашивает. Не знаем, кто. Не говорит ничего нам. Ты приезжай. Она, может, тебе расскажет. Давай, ждём.

В кухне воцарилась тишина – видимо, Александр повесил трубку и скоро тоже будет здесь.

Саша.

Бросил все дела на зама и помчался к Воронцову домой, игнорируя красные сигналы светофора. Уже начинало темнеть, и сильных пробок на дороге нет. Доехал быстро, поставил машину на сигнализацию и скорым шагом отправился к подъезду.

Дверь открыл Роман и впустил меня внутрь.

– Где Аня? – обеспокоенно спросил я его.

– Тише. Она уснула в зале. Пойдём, в кухне посидим пока.

– Сейчас приду, - скинул ботинки и настырно пошёл в зал. Пусть она и спит – я должен её увидеть.

Вошёл и глянул на спящую девушку, даже застыл на миг. У Ани зашита бровь и на скуле красный след.

Кто посмел?!

Мне хотелось рвать и метать. Если бы я прямо сейчас узнал, кто это с ней сделал – я бы убил. Меня просто трясло от ярости и бессилия. Присел с ней рядом, вглядевшись в бледное лицо. Уже протянул руку, чтобы провести пальцами по щеке, как Роман меня перехватил:

– Не трогай, ей будет больно и ты разбудишь её. Пошли, - сказал он шёпотом и потянул меня за рукав из зала.

Нехотя вышел следом за ним и прикрыл дверь. Будить её мне не хотелось, она явно пережила что-то страшное. Кто её бил? За что? Так много вопросов и ни одного ответа. Придётся ждать, когда Аня сама всё расскажет.

На кухне прислонился к подоконнику, сложив руки на груди и оглядел по очереди Алю и Романа.

– Что уставился? Не знаем мы ничего, - отреагировал на мой грозный взгляд из-под лобья Воронцов.- Она отказалась нам рассказывать. Да и вообще, её так трясло, что она и говорить-то не могла. Шоковое состояние. Кто-то её не только бил, но и напугал до чёртиков.

Хотелось рычать, как ошалелый зверь, и что-нибудь разбить. Но я не у себя дома, да и беременную жену друга не стоит волновать ещё больше.

– Откуда она ехала? С работы или из дома?
– собрав волю в кулак, спросил их.

– Из дома. Сказала, вещи возьму какие-то и приеду, - вклинилась Аля.

– Значит, кто-то напал на неё в промежутке между театром и вами. Во дворе, вероятнее всего. Машины у неё как раз нет. Может быть, там кто привязался.

– Наверное, - почесав подбородок, отозвался Роман.
– Спустя час, как Аля вернулась домой и говорила с Аней, она вот такая уже приехала. Кровь на лице, одежде. Мы её переодевали даже. Когда бровь рассекается – крови много всегда. И по-моему, у неё еще и сотрясение. Кто-то хорошо её приложил головой о что-то твёрдое и острое. Может быть, камень какой-то или коряга – на брови был довольно глубокий разрез. Хорошо, глазом не попала или виском – пробило бы. Повезло, что надбровной дугой угодила – это спасло ей жизнь. На скуле ссадина, колени разбитые.

Сжал руки в кулаки. Кто бы они не были – я найду их и заставлю пожалеть о содеянном.

– Может, её в больницу надо? Вдруг что серьёзное?

– Саш, неужели ты думаешь, что если бы я допустил подобную мысль, то уже не отвёз бы Аню? – задал резонный вопрос Воронцов.
– Ничего серьёзного с ней не случилось, помимо удара головой. Гематом на черепе больше нет, кроме травмы брови. А вот с моральной составляющей куда хуже. Лучше ей остаться дома. Она напугана.

– Извини, - пробормотал я. Знаю, что Роман - высококлассный медик, и не только в своей области, ему можно доверять. – Я должен был знать.

– Понимаю, - хирург и не думал обижаться на меня. Не та ситуация, да и мы с ним не две принцессы, чтобы губы дуть.

– Справку о побоях сможешь сообразить? – спросил Воронцова.

– Да, думаю, - задумчиво ответил он. – К травматологу схожу, он сделает. Хочешь наказать их по закону?

– Пока думаю. Не спущу этого подонкам точно, - произнёс с таким льдом в голосе, что Аля поёжилась и спряталась за своего мужа.

– Тут оставайтесь оба ночевать. Неизвестно сколько она проспит, еле дошла сюда.

– Суки, - вырвалось у меня сквозь зубы.

– Согласен – мрази, - поддакнул Роман. – Кто ж так девчонок бьёт? И главное, чего она им сделала? Ничего непонятно.

– Саш, ты с работы. Может, голодный?
– спросила Аля в наступившей паузе. – Хочешь, накормлю тебя?

– Воронцов, у тебя не жена, а клад настоящий. Спасибо, Алюш, но сейчас кусок в горло не полезет.

– Что ещё за «Алюша»? – насупился тут же Роман.

– Остынь, Гиппократ. Ты знаешь, что я… по Аням.

– Знаю, - ухмыльнулся он.
– Так, друзья мои, с вами очень весело, но мне завтра на операцию. К тому же одна внеплановая - уже прошла сегодня у меня дома. Так что мы пойдём отдыхать.

Роман встал на ноги, намереваясь уйти в спальню. Я протянул ему руку:

– Спасибо тебе, дружище.

Воронцов пожал руку в ответ:

– Всегда пожалуйста! И разрежу, и зашью вас вне очереди. Даже бесплатно. Но лучше без этого.

– Саша, я тебе сейчас плед дам и подушку, - обратилась ко мне Алевтина.
– Аня проснётся - разложите сами диван и ляжете. Ты же с ней захочешь вместе лечь? Или у вас пока не те отношения?

Роман усмехнулся. Зараза, опять ему смешно с меня, даже в такой ситуации. За спиной у жены Воронцов с дебильной рожей рисовал пальцами сердечки… Все в этом доме давно в курсе того, что у нас всё зашло куда дальше курортного романа. Кроме нас с Аней!