Миллионер на мою голову
Шрифт:
Схватил за плечи, заставляя смотреть на меня:
– Говори мне, Аня. Я всё равно узнаю. Что он делал? Он тебя…лапал, да?
Каждое слово заставлял себя говорить – в горло будто кипятка налили. Огромных усилий мне стоило держать себя сейчас в руках. Она не отвечала, снова опустив глаза в пол, и отвернулась от меня. Отпустил её и вскочил на ноги.
– Блядь! – выругался, проведя руками по волосам.
Произнёс ещё пару непечатных выражений об обидчиках мой девочки и подошёл к подоконнику. Всё же психанул и стукнул по нему кулаком. Бедный пластик еле выдержал. А вот рожа этого Сергея-Смертника не выдержит точно – разобью без жалости и сожаления. Только представил на миг, как они её лапали толпой – как кровь вскипела в жилах.
А Аня? Ей ведь всегда больно поначалу во время секса, она такая тесная. Мужчин у неё было очень мало – я сразу понял. Если не осторожно или слишком грубо это делать – она будет очень мучится. Даже не представляю, чтобы ей пришлось пережить, доведи они до конца то, что задумали.
Почему Аня? Потому что красивая? Да уж, не одному мне она приглянулась своей яркой внешностью. Ей обязательно нужна защита. Нашлись эти шакалы, желающие полакомится красивой девчонкой - найдутся и другие.
Уроды. Какие уроды…
Заставил себя закрыть глаза. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Обернулся на неё. Аня сидела, положив голову на руки.
– Больно сильно? – вернулся к ней, пытаясь рассмотреть ещё более внимательно её голову на предмет гематом. Но кроме рассечённой брови ничего не было видно за волосами. Роман оказался прав. – Ещё где-то болит голова?
– Нет. Только там, где я бровью угодила на камень.
– Как так вышло?
– Они не собирались бить меня по голове. Это случайность. Он толкнул меня и я неловко упала, - на этом моменте Аня криво усмехнулась – у девушки явно стресс. Жутковато стало от её оскала.
– Увидели, что пошла кровь из разбитой брови, испугались и убежали.
– Шакалы, - процедил сквозь зубы. – А что ещё болит?
– Не переживай, Рома осмотрел меня. Болит бровь, голова, скула немного, и колени – я падала на них несколько раз.
Только небеса знают, как мне было тяжело её слушать. Её боль на удивление для меня самого была столь же ощутима, как если бы я был на её месте - и моральная, и физическая. Я бы забрал всю боль себе, но такой супергеройской силой, к сожалению, не обладал. Снова меня пронзило острое чувство вины. Если бы я не остался в офисе допоздна и приехал к ней, или, на крайний случай, приставил к ней водителя – ничего бы этого не произошло.
– Теперь я не знаю, где жить.
– Ко мне поедешь, - твёрдо сказал ей, намекая своим тоном, что спорить не собираюсь, и возражения не принимаются.
Аня подняла глаза на меня:
– К тебе?
– Да.
– Зачем?
– У тебя есть другое решение вопроса? Почему я не могу тебе помочь?
Девушка прижала к губам руку, раздумывая. Сейчас выбор у неё не велик. Не то, чтобы я попытался воспользоваться ситуацией, но…
– Я не буду тебе мешать? – спросила, наконец, она, приняв решение.
– Мешала бы – я бы тебе квартиру снял, хоть завтра. Но я зову тебя в свой дом.
Она снова уставилась на меня, обдумывая сказанное. Похоже, эта мысль, что я мог бы решить вопрос иначе и не тащить её к себе, ей не приходила на ум, пока я не произнёс её вслух.
– А теперь спать. Действительно, уже очень поздно, - всё, что требуется я уже выяснил. Завтра много дел.
Встал на ноги, скинул пиджак, бросил его на кресло. Поднял за руку Аню, заставив встать с дивана, и разложил его. Кинул подушки и плед на диван. Снял с себя одежду, оставив лишь бельё, и лёг под плед.
– Чего стоим? Хочешь лечь спать на ковре?
– Нет, но…
Её смущуние, как ни странно, мне было понятно - мы ещё ни разу не ложились вместе в кровать просто спать.
– Быстро разделась и легла. Одетую я не пущу тебя в постель, - ненавижу, когда о кожу трётся ткань. Спать надо раздетыми.
Аня потопталась на месте, затем всё же стянула с себя вещи Али и в одном белье прилегла на диван. Я накрыл её пледом, и она опять прижалась ко мне.
Как только девушка оказалась рядом, да ещё почти обнажённая, сразу почувствовал нарастающее напряжение. Чёрт, как не вовремя…Даже стыдно стало немного. Плохая была идея заставить её раздеться. Что я могу поделать с тем, что хочу её всегда? Пришлось аккуратно лечь так, чтобы её не беспокоили мои незванные позывы тела, пока она доверчиво жалась ко мне и засыпала.
Саша.
Утром я проснулся раньше Ани. Вышел на кухню и увидел, что Роман уже тоже на ногах.
– Доброе утро, - поздоровался он со мной. – Чего так рано? Шестой час утра сейчас.
– Да спится хреново после вчерашнего, – потёр глаза я.
– Спать охота, но сна – ни в одном глазу, как ни странно.
– Переживаешь за Аню? – понимающе и без своих привычных шуточек хмыкнул хирург.
– Да, - честно ответил я.
– Садись, - кивнул Воронцов на стул, - Завтраком накормлю.
Он жарил яичницу на сковороде. Я со вчерашнего дня не ел, и от вида столь незамысловатого блюда слюнки потекли. Воронцов разложил по тарелкам яичницу с колбасой и протянул порцию мне, в которую я немедленно вцепился, и съел всё быстрее Ромы. Затем он разлил по чашкам кофе из кофеварки и протянул одну из них мне.
– Ты влюбился, наконец? – спросил без обиняков он меня.
– Закрыли тему, - нахмурился. Ещё я не сидел и не рассказывал кого люблю или не люблю.
– Я нашёл своё пристанище. Может, и тебе пора задуматься? – поднял брови хирург.
– Я сказал – закрыли тему, - глянул на него недобро. – Воронцов, ты как встретил Алю – так всех кругом женишь теперь.
– Я понял, - закивал голой Роман. А потом добавил:
– Суровый Саня влюбился, - и заржал. – Не, мне тоже её жаль. Я б сам дал в морду, тем, кто Аню обижал.
Да что ж за зараза такая! Вот ведь дал Бог друга. И ведь в точку.
– Поеду с ними разбираться сегодня, - проигнорировал его фразу про любовь.
– Уже? – удивился Воронцов моей оперативности. – Ты знаешь, кого искать?
– Знаю, - произнёс ледяным тоном.
– Тогда я ему не завидую. Помощь нужна?
– Да не особо, - поднял я брови. – Уверен, я этого сморчка и один уделаю. Хотя мне, наверное, нужен тот, кто меня сдержит от… лишнего.
– Так и я том. Я-то тебя знаю, поэтому и говорю – поеду с тобой. Только время освободить надо. Во сколько ты собираешься?
– Вечером.
– Набери заранее. Я - с тобой. Люди нужны?
– Спасибо, Ром. Свои есть, - я был реально благодарен в тот момент.