Чтение онлайн

– Зато сразу видно, что не врём.

– Да нет, у здешних грабителей дела ещё хуже, а это может значить, что вы иногда проворачиваете удачные дела, к примеру, три дня назад. Курточка на тебе хоть и потёртая, но годная, как и боты. Армейские?

– Да, - ответил Джон.

– Пришил федерала? Может, напали с везунчиком на патруль?

– Нет.

– А ствол откуда?
– незнакомец кивнул на карабин.

– Подобрал.

– У мёртвого федерала?
– он снова усмехнулся.

Джон привёл бы довод о том, что солдаты федеральной армии не имеют на вооружении таких карабинов, но решил, что это будет лишним. Пусть, по легенде он не будет знать почти ничего о федеральной армии, но, к сожалению, при пристрастном расспросе, скорее всего придётся признаться, что он раньше там жил.

– Нет. Просто повезло.

– Ладно. Допустим, я тебе поверил. Но отпустить ей богу не могу.

– Почему?

– Ты же сообщишь своим дружкам, что караван вышел, и по какому пути идёт. А так не будет тебя, и они дойдут спокойно. Так что на три дня ты мой. Либо гость, либо задержанный, как сам решишь. Да и вдруг за три дня кого-нибудь поймают в округе, и он укажет на тебя.

– Не укажет, а что до того, кто, предпочту быть гостем. Если у вас ещё найдётся какая-нибудь работа, буду очень рад.

– Зависит от того, что ты умеешь.

– Ну, я могу что-нибудь перетащить из одного места в другое, вообще помочь в чём-то.

– Ладно, вставай, двинем. Нам ещё долго идти.

Миллстоун встал, не делая резких движений, и направился в сторону города. Бородач шёл рядом и уже не держал его на прицеле своего ружья, но Миллстоун понимал, что это не повод надеяться, что можно убежать. Может быть, он нарочно изобразил доброго увальня, а на деле за долю секунды способен выхватить из кобуры свой револьвер и выбить наружу содержимое его головы.

– Так чем ты зарабатываешь на жизнь, просто Джон?
– спросил незнакомец.

– Разным. Если подворачивается работёнка, охочусь за кем-нибудь. Если надо - могу найти что-нибудь.

– То есть, ничегошеньки не умеешь.

– Почему же? То, что я назвал, не считается?

Бородач рассмеялся. От этого смеха Джону показалось, что он его полностью раскусил, и сейчас намеренно задаёт дурацкие вопросы, чтобы посмотреть, как Миллстоун будет выкручиваться. Но здравое мышление подсказывало, что этот человек не может ничего знать ни о том, откуда Джон, ни о том, чем он занимается.

– Здесь много охотников за добычей, сколько их уже упокоились и здесь, и в других местах. Нужно либо уметь стрелять лучше остальных, либо уметь ещё что-то, чтобы прибиться к толпе, осесть. Понимаешь меня?

– Понимаю. Ещё не встретил такой толпы, где хотелось бы осесть.

– Ты шёл с запада?

– Нет.

– С севера?

– Возможно.

– И что, на севере негде осесть?

– Говорю, же не хотелось, - отмахнулся Джон, и тут же про себя подумал, что сам бы себе не поверил.

У него отлично получалось быть на той стороне - ставить людей в тупик, цепляться за то, что они пытаются скрыть, тянуть за эту неудобную нитку и выпытывать информацию. Он стольких за свою карьеру подловил, раскусил и склонил к сотрудничеству, что считал себя вполне компетентным, но вот находиться по другую сторону и увиливать ему ещё не доводилось, и сейчас он понимал, что такими темпами не очень-то опытный законник раскусит его.

– А вы не боитесь, что я попытаюсь убежать, выстрелю в вас?
– спросил он после минутной тишины.

– Почему ж боюсь-то?
– усмехнулся бородач, - я этого только и жду. Вона, ружьё убрал, иду, трещу с тобой, всё жду обшарить твои карманы, когда мозги твои будут на песке. Может, тогда узнаю о тебе какую-нибудь правду.

– А вы не промах.

– А ты думал? Я враньё чую за версту. Говор у тебя федеральный, и сам ты весь такой холёный, хоть и поистрепался немного.

– Федералы здесь не в чести?

– Здесь не в чести все, кто задумал какую-то пакость мне учудить. Плевать, федерал ты, или брат огня. Разница в том, что первые гадят по мелочи, а вторые по-крупному.

– И чем же вам так нагадили федералы?

– До нас им пока далеко, но ты и сам знаешь, что вы делаете с приграничными городами.

– А я сказал, что я федерал?

– А мне и не надо, чтоб ты говорил. Я и сам всё вижу, - всё так же спокойно ответил незнакомец.

– То, что я там часто бывал, не значит, что я федерал.

– И по каким делам бывал?

– По разным. Найти что-то, к примеру, или кого-то.

– Следопыт что ли?

Это было ещё одно издевательство. Скажи Джон, что он следопыт, борода шерифа расширилась бы из-за огромной улыбки, потому что для следопыта его слишком легко поймали. Так что даже пытаться сказать что-то подобное не было смысла.

– Нет. Я не выслеживаю. Я ищу.

– А в чём разница?

– Разница есть. Вы меня выследили, а тех, кто ограбил караван, нужно уже искать.

– Сыщик?

– Ближе.

– И на кого работал?

– Ну, эти люди не хотели бы, чтобы я говорил.

– Понятное дело. Опять брешешь. Мне в принципе дела нет. Побудешь здесь, сколько я скажу, если не объявится кто-то, кто укажет на тебя пальцем - отпущу, и даже пушку отбирать не буду.

– Спасибо, - сказал Миллстоун.

– Но если вздумаешь глупить, я тебя мигом провожу туда, откуда не возвращаются.

– Не вздумаю.

– Посмотрим.

– Вы так и не сказали, как вас зовут.

– Ты тоже.

Миллстоун улыбнулся.

– А я уж подумал, что вы и вправду умеете отличать правду от лжи. Моё имя, то, которое я вам назвал, настоящее.

– Значит, и правда Джон?

– Правда.

– Ну а я Багс. Багс Бакстер. Твоя фамилия?

– Миллстоун.

– Фамилия уж точно, как у федерала.

– Если бы я встретил вас на границе федерации, сказал бы, что вы тамошний полицейский.

– Да, а ты порой за словцом в карман не лезешь. Так что сразу видно, где врёшь, а где нет.

– Не всё стоит говорить первому встречному.

– Это уж как пить дать.

Остальной путь до города они почти молчали, изредка перекидываясь парой фраз. Миллстоун обдумывал то, что слишком рано ему придётся пустить в ход свою легенду, но иного выхода не было. Конечно, лучше было уйти подальше, но он не предвидел такого развития событий. Впрочем, можно было бы начать и отсюда.