Милосердная дорога
Шрифт:
12
Как вторую причину, могу указать На избыток отваги народной, А как третью — возможность для нас отыскать Выход в море, прямой и свободный! За четвертую мы не признать не могли Перспективу забрать клок соседней земли, Но при этом, добавлю я в-пятых. Просветить азиатов проклятых!13
Дальше… слава России… ах, да! я забыл, Что об этом уже мы сказали… Сил народных избыток… и он у нас был… Выход в море… его мы считали?..» — «Погоди! — закричал, рассердившись, Поток. — Ты, я вижу, учен, да в делах не знаток! Слышишь, бают, на славу России Поначалу надежды плохие.14
А по части избытка отваги и сил Ты соврал: больно всюду недужно! Насчет выхода в море и пуще смудрил: Никакого нам моря не нужно! Нам не по морю плыть, кораблей не водить; По земле бы сперва научиться ходить! И земли-то, кажись, нам довольно… Вот живется не слишком привольно».15
«Агитатор! — вскричал, побледнев, публицист. — Пропишу, затравлю, загоняю!» Но Поток говорит: «Что ж, я совестью чист, Говорю всё, что вижу и знаю». Но к нему публицист: «Ты, брат, больно речист, Посмотрите, ребята, прямой анархист!» А Поток отвечает: «Не знаю, Но, конечно, войны не желаю!»16
Тут все подняли крик, угрожают, шумят, Наступают густыми рядами; Слышны крики: «Отечество», «Церковь», «Солдат» И что кто-то «подкуплен жидами». Полицейских зовут, намекают на суд, Кулаками и палками в гневе трясут И Потока с язвительным тоном Называют «японским шпионом».17
Стало тошно Потоку от этих речей, В голове у него помутилось, Засверкали огни молодецких очей, И тревожное сердце забилось… Мой читатель, я вижу, давно уже ждет, Что Поток, словно сноп, упадет и заснет, — Но Поток, рассердись, заявляет, Что он более спать не желает.18
Почему не желает он более спать И каким таким делом займется, Мы и сами того не сумеем сказать, — Может быть, в другой раз доведется. В этом месте, однако, точь-в-точь как Толстой, Слышу также я оклик внушительный: «Стой! Стой! он публику только морочит, Отвертеться, наверное, хочет!19
Почему он, во-первых, в стихах рассказал О невеже таком, о Потоке? И зачем вообще так игриво писал О событьях на Дальнем Востоке? Что хотел он сказать? Что он мог доказать? Как идеи его меж собою связать? И к чему он приплел публициста? Повторяем: здесь дело не чисто!»20
Разумеется, автор ответить бы мог, Но молчать себя вправе считает: Вольнодумное слово-де молвил Поток, Так Поток за него отвечает!.. Впрочем, я пошутил: соглашаюсь вперед, Что подобный ответ — не ответ, а обход, И утешу: не так еще поздно, — Будет время — отвечу серьезно!Зрителю
(Посвящается «Зрителю»)
С.-Петербург
(Отрывок из краткой географии России)
Благодарю (романс)
Город и деревня (Вольное подражание Верхарну и Метерлинку)
1. Город
2. Деревня
«Ой, полна тюрьма пред Думою…»
Ой, полна, полна коробушка…
«Ой, полна тюрьма пред Думою, Есть эсеры и ка-де! Что мне делать — не придумаю, Помогите, граф, в беде. Тюрьмы строим мы немалые, Их заводим без числа, Но итоги небывалые Конституция дала». Витте бережно торгуется: «Нам, мол, денег негде взять…» Дурново шумит, волнуется, Предлагает всех сослать. Знает только жандармерия, Как поладили они… Смолкни, голос недоверия, Графа строго не вини! Некрасов
Поделиться с друзьями: