Чтение онлайн

Не на ту напали! От злости сил прибавилось. Уплотнила снег, поставила вокруг себя снежную стену. Выбралась из сугроба и быстро пошла к замку, пригнувшись. В лицо летел колючий снег. Сапожки были полны кусачего холода, снег забился в рукава и налип к юбке, к меху плаща. Руки заледенели. На будущее надо поискать перчатки. Чем ближе был замок, тем легче было идти. Ветер стих. Во дворе было пусто, выстиранное бельё висело неподвижно на натянутых между столбами веревках. Ни дуновения. Великолепное голубое небо без единого облачка.

Кто же у нас тут такой сильный маг? Или мой противник не из замка? Боюсь, помочь мне здесь некому. Абсолютно доверять я здесь не могу никому. Я немного подружилась с Мартой, мне нравятся ее дочки, я болтаю с Якобом, но все эти люди мне чужие.

Отряхнула с себя снег, зашла в дом, скинув тяжелый плащ. В зале у ярко пылающего камина сидела старуха, завернувшаяся в шаль. Я села рядом с ней прямо на лохматую медвежью шкуры, вытянув ноги в промокших чулках к огню. Сапожки пристроила рядом.

Где-то за спиной охала Анна, чистя плащ.

— Давно в этом доме не жил Браенг, — проскрипела Шарлотта, выводя меня на разговор.

— Не далее, как прошлой весной, здесь был Кирьян.

— Кирьян? Чей он сын?

— Сын Виолетты, дочери Джонатана Браенга. Кирьян — хозяин столичного дома Браенгов. Он из Королевских Ловчих, один из лучших Охотников.

— А, Ловчий, — пробормотала старуха. — Браенги всегда были лучшими из лучших.

— Шарлотта, — внимательно посмотрела я на старую женщину. — Какая магия была у Максимилиана?

— У Оберлинга? — нахмурилась старуха. — Огневики. Все они были огневики — и отец его, и нынешний хозяин.

— А воздушник здесь кто?

— Сильных магов в замке нет, — пожевала губами женщина. — Только ты, миледи.

— Шарлотта, — вздохнула я. — Ты здесь дольше всех живешь. Кто убил жен Оберлинга?

— Замок Нефф, естественно, — ответила Шарлотта уверено. — Он не принимает чужаков. А тебя принял.

— Нет, это не замок, — покачала головой я. — Сегодня убить пытались меня. Или не убить, а припугнуть. И это было вне замка. Во мне кровь Браенгов, замок должен меня защищать.

— Замок Нефф не принимает чужаков, — упрямо проговорила Шарлотта. — Оберлинги никогда не смогут жить здесь. Старого лорда замок свел с ума. Он отравил свою жену и отравился сам. Мальчишка выжил только потому, что редко бывал здесь. Но сейчас он живет в замке, и долго он не протянет. Хозяином замка Нефф может быть только Браенг!

— А если Оберлинг взял в жены женщину из рода Браенгов? — спросила я. — Теперь замок его примет?

Старуха поправила шелковую шаль (невиданная роскошь для прислуги) и внимательно на меня посмотрела. В ее глазах отражались языки огня.

— Только если ты это позволишь, девочка. Ты ведь почувствовала, да? Почувствовала, что замок тебя принял?

— Мне здесь стало тепло, — призналась я.

Мы сидели молча, глядя в огонь, а потом я попросила:

— Расскажи мне… что-нибудь про замок. Про прежние времена.

— Я родилась здесь, в Неффе, в один год с Себастьяном Браенгом, — охотно начала старуха. — Моя мать стала кормилицей маленькому лорду, мы росли вместе. Мать Себастьяна умерла от родовой горячки, оставив троих детей сиротами. Вдовец скорбел недолго, но и жениться не собрался. У него была постоянная любовница, жившая здесь, в одной из комнат. Замок в те дни был совсем другой. Нас, детей, здесь была целая орава, у Себастьяна были верные друзья — дети сподвижников его отца. Браенги не чинили разницы между детьми прислуги и детьми лордов. Они знали, что из товарищей по детским играм вырастают самые верные оруженосцы и защитники. Себастьяну было шестнадцать, когда в замок Нефф приехал король с сыновьями. Младший принц, да забудется его имя среди людей, крепко полюбил молодого Браенга и увез его с собой, его и еще с десяток молодых людей. У Себастьяна были еще старшие сестры, но и они вышли замуж. Их брат был любимчиком принца, род древний, знатный, обе девицы обладали неплохими магическими силами: женихи нашлись быстро. Мы жили здесь тихо и спокойно, старый лорд Браенг полюбил покой, охоту и садоводство. Его дети приезжали редко, у них была своя жизнь.

Никто сначала и не понял, что случилось, когда ураганом ворвались в замок всадники в мыле и крови и потребовали захлопнуть ворота. Их было три дюжины, и во главе был младший принц. С ним был Себастьян и его свита. Когда старый лорд Браенг узнал, что его сын — мятежник и государственный преступник, его едва не хватил удар. Весь красный он стоял на лестнице и орал на сына и принца. Орал не за то, что замыслили измену, а за то, что не подготовились так, чтобы победить. В конце концов, сказал он, если бы переворот удался, никто не посмел бы поднять против них голос. Победителей не судят — говорил он. Но победители ехали следом, ехали, даже не торопясь: дальше замка Нефф были только горы. Бунтовщики оказались так глупы, что не приготовили себе отступной путь. Старый лорд хотел вывести принца и сына потайным ходом — о, замок Нефф, хоть и крошечный, а таит немало секретов. Был и проводник, который помог бы беглецам укрыться в горах.

Но замок не выпустил принца — только молодого Браенга.

— Как это «не выпустил»? — удивилась я.

— Потайная дверь не открывалась, механизм не срабатывал в присутствии принца, — пояснила Шарлотта. — Проверяли не один раз. Если в комнате только Браенги, то дверь открывалась легко. Стоило войти принцу — захлопывалась.

— Откуда ты знаешь такие подробности? — нахмурилась я.

К моему удивлению, Шарлотта расплылась в улыбке, сморщившей ее лицо как печеное яблоко.

— Мне в ту пору было двадцать пять лет, — в пространство произнесла старуха. — А Себастьян был молодой, полный сил и жизни мужчина. Замок кипел и пылал. Мы словно сошли с ума. Все спешили урвать свой кусок жизни. Все знали, что осталось совсем недолго. Я была влюблена в молодого лорда с детства. На полгода он стал моим. Ты можешь осудить меня, но поверь — тогда никто не сказал ни одного обидного слова.

Я пожала плечами: уж если кто и имеет право судить ее, то только не я.

— Когда в замке кончилось продовольствие, а это произошло нескоро, только когда кто-то из магов обнаружил тайный ход, принц принял решение сдаться. Он хотел выйти один, вымолить помилование для своих людей, но никто не пожелал оставить его. Они вышли. Королевский приговор был суров: казнены были и Себастьян, и старый лорд. Что случилось с принцем, никто не знал. Ходили слухи, что его выслали из страны или тайно удавили в тюрьме, а возможно он до сих пор томится в одном из подземелий королевского дворца.

Замок король отдал Максимилиану Оберлингу — тому, кто стоял во главе гвардейцев, осаждавших Нефф.

— Максимилиану?

— Да, сына называли в честь отца. У Оберлинга долго не было детей, он был уже стар, когда его вторая жена, которая была едва ли не на тридцать лет его моложе, родила, наконец, долгожданного наследника.

— Ты всё это время жила здесь?

— А куда ж я денусь? Замуж я не хотела, никто меня не неволил. Была я сначала горничной, потом экономкой, а потом уж молодые и сильные стали служить, а я теперь — просто призрак былых времен. Одна мне радость — по замку Нефф снова ходит Браенг.

Я криво усмехнулась, поджав под себя ноги.

— Оберлинг, — поправил старуху лорд Максимилиан, подкравшийся сзади — как давно он здесь? — Моя супруга — Оберлинг.

— Это неважно, — упрямо ответила Шарлотта, нисколько не смутившись. — Кровь-то в ней Браенгов. И в детях тоже кровь Браенгов будет.

— Не сидите на полу, Милослава, — негромко сказал лорд Оберлинг. — Сядьте в кресло. Не полагается леди на полу сидеть.

Я со вздохом ухватилась за протянутую руку, поднимаясь. Снова запылали щеки от пробежавших по телу мурашек.