Чтение онлайн

10 декабря 1960 года

Сегодня я пригласила Тоби на обед, и он пришел. По утрам в субботу он закупает всякую мелочь для постройки хижины, приезжая ради этого в Сидней, потому что только здесь в «Нок и Керби» продается то, что ему нужно.

— Суббота все равно пропала, так что перекуси, а потом успеешь на поезд, — рассудила я.

В меню были пастушья запеканка с тунцом и грибами под соусом из свежего майорана, картофельное пюре, в которое я не пожалела сливочного масла и молотого розового перца, салат, заправленный маслом из грецких орехов, смешанным с водой и старым, выдохшимся уксусом.

— Если не разучишься готовить, я женюсь на тебе, как только прославлюсь, — пообещал Тоби с полным ртом. — Это же объедение!

— Стало быть, мне нечего бояться: вряд ли ты прославишься при жизни, — улыбнулась я. — Стряпня — увлекательное занятие, но я ни за что не соглашусь каждый день торчать у плиты, как моя мама.

— Ручаюсь, ей нравится.

Тоби пересел в кресло напротив Марселины, которой всегда доставались от него лишь гримасы.

— Только потому, что ей приятно видеть своих мужчин сытыми, — парировала я. — Меню у нее небогатое: мясо с картошкой, рыба с картошкой, жареная баранья нога, тушеная баранина, острые колбаски, бараньи отбивные в сухарях, отварные креветки, а затем все по новой. Кстати, почему ты не любишь мою красавицу Марселину?

— Зверям не место в доме.

— О-о, типичный фермер! Если собака плохо сторожит стадо, ее надо пристрелить.

— Куда проще влить в ухо отраву, — возразил Тоби. — Надежное средство, действует мгновенно.

— Циник. — Я присела в кресло рядом с кошкой.

— Поневоле станешь циником, если у тебя ничего не выходит, и не от случая к случаю, а всегда.

— Она тебя еще оценит, Тоби, я точно знаю, — посочувствовала я.

— Ты о чем? — удивился он.

Я растерялась.

— Ты же знаешь!

— Откуда мне. Объясни.

— Я говорю о Пэппи.

У Тоби отвисла челюсть.

— О Пэппи?

— Само собой, болван ты этакий!

— Но с какой стати Пэппи оценивать меня? — продолжал хмуриться Тоби.

— Хватит уже! Даже если тебе кажется, что ты ловко маскируешься, Тоби, не надо быть гением, чтобы понять: ты любишь Пэппи.

— Само собой, люблю, — согласился он, — но я в нее не влюблен. Ты, наверное, пошутила, Харриет.

— Нет, влюблен! — растерялась я.

Его глаза налились кровью.

— Вранье.

— Нет уж, Тоби, не увиливай! Я же видела боль в твоих глазах, ты меня не обманешь.

— Знаете, мисс Перселл, — быстро поднявшись, сказал он, — если хотите, можете и дальше считать себя современной женщиной, но на самом деле вы слепая, глупая, лишенная логики и эгоистичная!

Нанеся этот удар, он вышел, а я осталась сидеть с Марселиной на коленях и гадать, что на меня нашло.

С Домом что-то случилось, я чувствовала это, и Тоби стал еще одним симптомом. Из миссис Дельвеккио-Шварц лишнего слова не вытянешь, она не желает рассказывать ни о Доме, ни о себе, а Гарольд после возвращения из больницы снова числится в ее любимцах. Наверное, он даже не заметил, что она над ним смеялась, — так ему было больно. В Сиднейской больнице его направили к психиатру, а Гарольд оскорбился и укатил домой.

Ох, Дункан, как мне тебя не хватает!

25 декабря 1960 года

(Рождество)

Я приехала на праздники к родителям в Бронте, но переночевать на диване в большой комнате отказалась: завтра, в День подарков, я работаю. Дело в том, что на спортивных площадках к востоку от Королевской больницы в праздничные дни часто случаются травмы, вдобавок к нам привозят пострадавших в авариях и в пьяных драках. В Новый год я тоже дежурю, зато Энн Смит вызвалась поработать накануне, потому что как раз в ту же ночь дежурство у ее жениха. Перед Новым годом в травматологии любой больницы дел невпроворот, хуже всех приходится больнице Винни, потому что половина сиднейцев наносит ежегодный визит в Кросс, напивается до положения риз, пачкает улицы мусором и рвотой и не дает покоя Норму, Мерву, Бамперу Фарреллу и другим полицейским Кросса.

Я привезла Уилли бутылку бренди, бабуле — роскошную испанскую шаль, Гэвину и Питеру — объектив для макросъемки к цейссовскому фотоаппарату, папе — коробку кубинских сигар, а маме — симпатичное белье, сексуальное и вместе с тем благопристойное. Родные, в свою очередь, сложились и преподнесли мне сертификат на покупку пластинок в «Николсоне», чему я очень рада.

28 декабря 1960 года

Миссис Дельвеккио-Шварц подкараулила меня сегодня днем и зазвала на бренди, разлитый по стаканчикам из-под сыра «Крафт». При виде этих стаканчиков меня охватило раздражение.

— Так и не выбросили их? — спросила я. — Я же подарила вам на Рождество семь прекрасных хрустальных стаканов!

В последнее время рентгеновским взглядом меня просвечивали все реже, на лице домовладелицы часто появлялось отчужденное выражение, и даже мой вопрос не вызвал вспышку внутреннего маяка.

— Ну зачем же их портить? — сказала она. — Я берегу их до лучших времен, принцесса!

— Бережете? Разве я дарила их вам для того, чтобы вы их берегли? — расстроилась я.

— Если я буду пить из них, непременно какой-нибудь да разобью.

— Ну и пусть! Разобьете один — принесу вам другой.

— Нельзя заменить все, что разбито, — возразила она. — У первых стаканов есть аура, их семь — хорошее число, не шестерка, к тому же ты прикасалась к ним и заворачивала их.

— Я с таким же успехом могу завернуть и новые стаканы.

— Это будет уже не то. Нет уж, пусть пока полежат.

Я сдалась и сообщила ей об интересном разговоре с Тоби.

— А ведь я могла бы поклясться, что он влюблен в Пэппи!

— И никогда не был. Она привела его пять лет назад, чтобы потрахаться по-быстрому, а потом сообразила, что карты расскажут мне о них. Король Мечей. Так в Доме появился свой Король Мечей, принцесса, а найти такого гораздо труднее, чем Королеву. Мужчины не так сильны, как женщины. Но Тоби другой. Славный он, наш Тоби, — кивнула она.

— Знаю, — резко ответила я.

— Знать-то ты знаешь, да только слишком мало, принцесса.

— Слишком мало?

Но миссис Дельвеккио-Шварц уже сменила тему: оказалось, перед каждым Новым годом она устраивает вечеринку. Как она выразилась, «попойку и гулянку». Она уже стала традицией Кросса, все жители округи хотя бы раз побывали в гостях у нашей домовладелицы. Даже Норм, Мерв, мадам Фуга, мадам Токката, мисс Честити Уиггинс и еще несколько «постоянных» девушек урывают часок-другой, чтобы перед Новым годом заскочить к миссис Дельвеккио-Шварц. Я тоже пообещала прийти, но добавила, что в Новый год буду работать, так что праздновать придется без меня.

— Работать в Новый год тебе не придется, — возразила хозяйка. — Можешь мне поверить.

— Опять карты… — страдальчески протянула я.

— А как же, принцесса!

Выяснилось, что хозяйке не обойтись без помощи на кухне. Ребятам поручено закупить выпивку, женщинам Дома (во главе с Клаусом) — приготовить еду. Сама миссис Дельвеккио-Шварц по традиции жарит индейку — наверняка выйдет сухая и резиновая, с содроганием подумала я. Клаус приготовит молочного поросенка, Джим и Боб настрогают салаты, запасутся колбасой и булочками с сосисками, Пэппи — китайскими рулетами и жареными креветками, а мне достались десерты, любые, лишь бы можно было есть их руками. Я остановила выбор на эклерах, кексах с глазурью, шоколадном печенье с кокосовой стружкой и пирожных «Ниниш» с желе.