Чтение онлайн

Элиза ярко представила себе, как приклад ее ружья вреза­ется в эту похотливую физиономию, — и мысли эти, надо ска­зать, помогли ей сдержаться, чтобы не сделать этого в реаль­ности.

Веллингтон усмехнулся, но ответил решительным отказом. Дивейн коротко кивнул своему слуге, и сигарету в его руке сменил заряженный дробовик.

— Боюсь, что сейчас для этого действительно не время, — с придыханием произнес он, поднимая ружье.

Элиза машинально подняла и свое оружие, но Веллингтон с неожиданным изяществом перехватил ствол ее дробовика, прежде чем тот уткнулся в Дивейна. Выставив дуло вперед, он одними глазами сказал ей: «Я должен справиться сам». Те­перь Веллингтон и Элиза повернулись в том направлении, ку­да шел Дивейн. Что бы ни привело его в такое возбуждение, это не могло быть делом хорошим.

Внезапно раздавшийся крик подтвердил их худшие опасе­ния. Время в этот ужасный миг, казалось, тянулось чудовищ­но медленно. Через низкий кустарник продирались Фэрбенк­сы — точнее, журналисты, которые, как уже знала Элиза, выдавали себя за Гарольда и Далию Фэрбенксов; скорость, с которой они двигались, была хорошо знакома агенту Браун. Ошибки быть не могло: они бежали, спасая свою жизнь. Ес­ли бы она была вооружена, она бы тут же открыла огонь по охотникам, рассматривавшим погоню за обманщиками как спорт. Однако все это происходило слишком стремительно. Наблюдать было легко, а вот реакция на увиденное сильно за­паздывала.

Члены братства и кандидаты на вступление в общество стреляли по ним. Специально или случайно, но пара эта бе­жала зигзагами, спотыкаясь и падая на неровной и незнако­мой местности.

Молли в ужасе кричала, задыхаясь, моля о пощаде и спа­сении, а Фред тащил ее за собой. Горло Элизы сжалось. Мол­ли и Фреду не повезло, а члены братства были неплохими стрелками.

Бартоломью уже неторопливо поднял свое ружье и теперь отслеживал их передвижение, двигая ствол в горизонтальной плоскости. Затем он дважды выстрелил. Два выстрела, два прекрасных расчетливых выстрела. Молли упала, тут же за ней последовал и Фред. Один из них, к счастью, был милосерд­ным выстрелом в голову, но внутри у Элизы все оборвалось, когда она услышала треск в кустах, сопровождаемый хриплым отрывистым кашлем. Молли задыхалась в собственной крови. Элиза догадалась, что у молодой женщины прострелено горло. Она должна была вот-вот умереть.

— Вот это настоящий спорт! — воскликнул Дивейн. Он был близок к экстазу. — Прикончите ее, старина? — спро­сил он Веллингтона.

— Простите меня, Бартоломью, — услышала голос Вел­лингтона Элиза, которая не могла оторвать глаз от побоища. Девушке было не больше двадцати лет. — Я предпочитаю уби­вать с первого выстрела.

Смех Дивейна превратился в отвратительный стон.

— Ну ладно, Хьюитт, — бросил он через плечо, протяги­вая назад свой разряженный дробовик, — пожалуйста, поза­ботьтесь об этом жалком создании.

— Разумеется, сэр, — ответил слуга, забирая у лорда ору­жие и возвращая ему все еще горящую сигарету.

Хьюитт небрежно проверил свой пистолет, а затем широ­кими шагами направился в кусты. Даже с этого расстояния всем троим было видно трепыхающееся белое платье Мол­ли, перемазанное кроваво-красными мазками безумного ху­дожника.

Элиза почувствовала, как у нее начинает кружиться го­лова. Прошлой ночью на Молли был тот же самый наряд. Они с Веллингтоном стояли неподвижно, глядя, как Хьюитт подходит все ближе. От ужаса ситуации у нее перехватило дыхание.

Их спутник с удовольствием сделал глубокую затяжку и сквозь табачный дым посмотрел на них.

—Журналисты. Но вовсе не хорошие — к тому же, явно не справившиеся со взятой на себя ролью. Хавелок сразу за­метил это. А мы не прощаем обмана, старина.

Это было еще одним подтверждением того, что Общество Феникса представляло собой нечто гораздо большее, чем сво­его рода современный Клуб Геенны Огненной. Элиза незамет­но придвинулась поближе к Веллингтону. Скрыться от груп­пы людей, вооруженных оружием дальнего боя, — у них были лишь минимальные шансы...

Над холмами грянул пистолетный выстрел. Элиза даже не вздрогнула. Как и Веллингтон. Внешне Элиза, возможно, ви­ду и не подала, но про себя поклялась Молли отомстить за нее. Когда они с Веллингтоном уберутся из этого места, наступит расплата за все, что Общество Феникса так беспечно растопта­ло своими ногами. Очевидно, Молли никому не рассказала про «еще одну курицу в лисьей норе», но это было слабым утеше­нием. Элиза уже никогда не сможет забыть лицо девушки.

Веллингтон посмотрел на нее, а затем скривил губы в при­творной усмешке.

— А я считал, что Общество Феникса нестрого придержи­вается своих высоких стандартов. Приятно было узнать, что дисциплина здесь соблюдается столь хорошо. — Он обнял ру­кой Элизу и притянул ее поближе к себе. В напряжении его руки она чувствовала бушевавшую внутри ярость, но внешне он виду не подавал. — И что вы — хороший стрелок.

— Благодарю вас, старина. — Дивейн покачал головой. — Хотя вы меня немного разочаровали.

Пальцы Элизы сжались на руке Веллингтона, но тот лишь спокойно ответил:

— Я не заканчиваю то, что было начато другими, лорд Ди­вейн, и сам бы я не промахнулся.

— Прекрасная стрельба, Барти! — крикнул Хавелок, ко­торый направлялся к ним со стороны особняка. Улыбка его была широкой и обаятельной, как у акулы. — Но что случи­лось с этой женщиной?

— Возможно, я выпил сутра слишком много бренди, — по­жал плечами Дивейн, не сводя глаз с Веллингтона. — В сле­дующий раз постараюсь быть точнее.

—Да уж, постарайтесь, — проворчал тот. Хавелок затем повернулся к Веллингтону и Элизе, стараясь ободряющим взглядом вернуть им утраченное веселье. — Эти Фэрбенксы, как мы выяснили, были журналистами. Они собирались напи­сать статью про частные клубы, вроде нашего. Мы просто не могли этого допустить.

— Разумеется, не могли, доктор Хавелок, — быстро под­держал его Дивейн.

— А теперь, — с улыбкой сказал Хавелок, — как насчет того, чтобы перекусить?

— Если только холодные закуски не имеют ничего общего с тем, что сейчас подстрелил лорд Дивейн, — ухмыльнулся Веллингтон.

Элиза заметила, что Дивейн поддержал шутку смехом, а Ха­велок промолчал. Лицо его оставалось холодным, как камень.

— Мы находимся не в колониях, Сент-Джонс. Мы — ци­вилизованное общество. — Он поправил свой воротничок. — Мы сделаем из них чучела и повесим на всеобщее обозрение.

По интонации его голоса было трудно сказать, шутит он или нет. В любом случае, Элиза решила, что, в какие бы игры их ни втягивали, сегодня ночью они на самом деле исполнили свои роли неплохо.

Вечером за ужином отсутствовали не только Фэрбенксы. За столом все было так же, как во время празднования Первой Ночи, но Веллингтон явственно ощущал: что-то исчезло. Со­всем. О погибшей паре никто не говорил, но он не верил, что это делалось из уважения к их памяти. Это был страх. Страх какой-то причастности к ним. Страх стать похожими на них. Упоминание их имен в лучшем случае могло поставить крест на шансах вступить в общество, и, судя по тому, как обошлись с Фэрбенксами, любых поводов для отклонения своих канди­датур следовало избегать.