Чтение онлайн

К середине июля Днепропетровск был переполнен тяжелоранеными, прибывавшими с передовой. Больницы и школы не вмещали всех нуждающихся. Самый большой городской госпиталь разместили во Дворце труда. Для удобства транспортировки раненых от вокзала к Дворцу труда Щелоков распорядился провести специальную трамвайную ветку. Вагоны с ранеными подходили прямо к подъездам здания.

Как вспоминал Грушевой, Леонид Брежнев приехал в Днепропетровск из штаба Южного фронта ранним утром 7 августа: «И вот он снова был с нами. Такой же, как всегда, только одетый в военную форму, со знаками различия полкового комиссара. Загорелый, немного похудевший, стремительный, то и дело поправляя густые черные волосы, непокорно спадавшие на высокий лоб, Леонид Ильич радостно улыбался старым товарищам, на ходу пожимал руки, обнимал друзей, и только по темным кругам под глазами, по напряженности взгляда можно было догадаться, что за внешним спокойствием таятся озабоченность и тревога.

— Видел ваши оборонительные сооружения, — поздоровавшись, сказал мне Л. И. Брежнев. — Ехал к городу, все рассмотрел. Здорово поработали. По всем правилам фортификации! И главное вовремя…» [23]

Под руководством Н. А. Щелокова также успешно и в срок были построены наплавные мосты через Днепр. Он занимался вопросами организации подполья, комплектования будущих партизанских отрядов, разведывательных и диверсионных групп.

Вообще к своим тридцати годам Н. А. Щелоков был испытан во многих качествах, имел за плечами серьезный опыт. Он был:

— шахтером и рабочим-металлургом,

— инженером-доменщиком,

— пропагандистом, партийным работником,

— решал хозяйственные вопросы,

— обеспечивал работу промышленных предприятий города в условиях военного времени,

— формировал боевые дружины,

— организовывал мобилизацию,

— организовывал эвакуацию заводов, фабрик, населения.

Щелоков не выскочил, как принято говорить, «ниоткуда» лишь благодаря дружбе с Брежневым, а был востребован и проверен временем. Это относится также ко многим из команды днепропетровцев.

В скором времени всем им предстояло пройти самое тяжелое и страшное боевое испытание. Причем, пройдут они его вместе с рядовыми бойцами в грязи, крови, жаре и холоде суровых фронтовых будней.

Бойцы и население Днепропетровска сражались до последнего. Рабочие металлургического завода под огнем противника завершили оборудование бронепоезда, который прямо из цеха вышел на линию огня.

«Ни на один день не прекращалась работа в полуразрушенных цехах завода, выпускавшего огнеметы. Тут же по-прежнему ремонтировались поврежденные в боях за город танки. Речники, несмотря на обстрел, сумели вывести все пароходы и теплоходы в реку Самару, демонтировали там силовые установки плавсредств и отправили эти установки в глубокий тыл. Железнодорожники под бомбами, снарядами и пулями ремонтировали подвижной состав и разбитые пути, обеспечивая отправку последних эшелонов с людьми и заводским оборудованием на восток страны. Медицинский персонал не покидал больниц и госпиталей, где еще оставались раненые и больные. Телефонистки не уходили из здания телефонной станции, подвергавшегося артиллерийскому обстрелу, телеграфисты — из помещений телеграфа» [24] .

После тяжелых боев наши войска оставили город.

Руководство обкома уходило из города в числе последних. Николай Щелоков буквально вынес на себе тяжелораненого прокурора области Игната Варфоломееевича Шейко. Он останется жив и много лет спустя по просьбе Л. И. Брежнева будет работать руководителем контрольного отдела Управления делами МВД СССР.

Большая часть руководства Днепропетровской области собралась в Ворошиловграде (ныне Луганске), где получила направления на новую работу. К. С. Грушевой и Н. А. Щелоков были зачислены в состав оперативной группы Военного Совета Южного фронта и направлены в Сталинград.

С этих пор на войне Щелоков пробыл до Победы. Был участником многих сражений, много пережил, испытал горечь отступления до предгорий Кавказа и радость наступления. Фронтовыми дорогами прошел до Варшавы и Праги.

В октябре 1941-го гитлеровцы быстро продвигались вперед, советским войскам приходилось вести тяжелые оборонительные бои. Враг занял Харьков, наступал на Ленинград, рвался в Крым, к Севастополю, к Ростову-на-Дону. Тяжелая обстановка сложилась под Москвой: был занят Калинин, немецкие войска наступали на Можайск и Волоколамск, захватили Мценск, рвались к Туле. С 20 октября в Москве и прилегающих к ней районах было введено осадное положение.

После Днепропетровска фашистами был захвачен Ворошиловград. На оккупированной территории находился Анисим Митрофанович Щелоков, решивший не покидать свой дом. Кстати, где-то за месяц до оккупации Щелоков вместе с Брежневым навещали Анисима Митрофановича. По воспоминаниям местных жителей они вместе возле дома посадили яблоню, которая растет до сих пор.

Мария Ивановна находилась в эвакуации с женой старшего брата Филиппа. Фрида Грушевая вместе с Викторией Брежневой и детьми находились в Алма-Ате.

Сталинград в те дни был еще далек от линии фронта. Грушевому было поручено сформировать оперативную группу для помощи сталинградцам в организации сверхпланового выпуска вооружения, боеприпасов и различного снаряжения для войск Южного фронта.

Одним из первых крупных дел этой группы стала организация на Сталинградском тракторном заводе быстрого и качественного ремонта танковой техники. Сделать это было нелегко. Огромные осложнения возникали, в частности, с двигателями. Завод испытывал острейшую нужду также в стали, в различных приборах. При этом он работал на два фронта: обслуживал и Юго-Западный фронт. Произведенная «продукция» делилась поровну.

Оперативная группа решала сложные проблемы с нехваткой сырья, инструментов, документации для производства различных видов вооружения на предприятиях города. Занималась снаряжением и экипировкой формировавшихся в Сталинграде частей.

На консервном заводе был налажен выпуск 82-миллиметровых минометов. Металл удалось разыскать на месте, а вот прицелов для выпускаемых минометов не было. Достать их можно было только в Куйбышеве, где в то время находился Совнарком СССР, который непосредственно распределял самую дефицитную продукцию военного времени. Но зачастую командированные туда представители возвращались обратно с пустыми руками…

Константин Грушевой, находясь в затруднительном положении, решил направить за прицелами Николая Щелокова. Полагался на его обаяние и пробивные качества. И не ошибся. В Куйбышеве Щелокова поняли, и он довольно быстро доставил в Сталинград целый товарный вагон прицелов. «Мы обрадовались: никто не смел даже мечтать о таком богатстве!» — вспоминал впоследствии Грушевой.

На этом же «консервно-минометном» заводе в короткие сроки оперативной группой был налажен выпуск противотанковых гранат.

В декабре в Сталинград приезжал Леонид Брежнев. Ему было поручено проверить положение дел в группе резерва политработников и подобрать людей для укомплектования частей и соединений фронта.

Встретившись с секретарями обкома, он побывал в оперативной группе. Большинство входивших в нее Брежнев знал лично, и встреча получилась душевной и радостной. Говорили о событиях на фронте, о своей работе, трудностях и успехах, о том, как Николай Щелоков доставил вагон прицелов из Куйбышева… Все вместе съездили на консервный завод, показали процесс изготовления гранат и минометов.