Чтение онлайн

— Уродливый, говоришь? Нет, парень, ты у меня ещё красавчик. Посмотри на свою физиономию, Минька, ты же вылитый киноартист, а вообще-то ты очень похож на Ларису, только глаза у тебя батькины. Вот что я тебе скажу на счёт твоей уродливости, друг мой, будь на то моя воля, я бы тебя вообще отделал, как Бог черепаху, так что не тошни, дружок, ты достаточно неплохо выглядишь для полуфабриката. Да, тут Игорь точно дал маху. Ему нужно было сделать так, чтобы увидев твою рожу медведи тут же дуба врезали, а все враги разбегались в панике.

Чёрт, может мне взять в руки скальпель и поработать им немного?

Минька, услышав такие речи, немедленно завопил:

— Дядька Семён, ты что, с ума сошел? — От возмущения парнишка даже не стал колотить его кулачками по плечам, голове и не стал душить — Я же серьёзно тебя спрашиваю!

— Цыть, щегол! — Рыкнул Семён — А я серьёзно тебе отвечаю, твой отец недоработал!

Ему нужно было вообще превратить тебя в Квазимодо, может быть тогда ты начал бы думать своей круглой тыковкой и не болтать мне тут всякую хренотень. Ах, ну почему я такой маленький и уродливый? Ох, меня же теперь девушки любить не будут!

Ты бы лучше подумал, недомерок, чем ты этих девушек любить станешь! У тебя же любилки нет.

Минька насупился, понурил голову и отвернувшись в сторону сказал, чуть ли не плача от обиды:

— Я задал тебе серьёзный вопрос, а ты мне не отвечаешь на него и ещё ругаешься, дядька Семён.

Капитан Денисов улыбнулся и скомандовал:

— Отставить сопли и слезливый тон, рядовой Голицын! Ты задал мне серьёзный вопрос, Михаил, вот только сформулировал его неправильно, как-то по-девчоночьи.

Ты должен был задать мне его следующим образом, — товарищ капитан, кто я?

Минька шмыгнул носом и жалобно спросил:

— Ну, и кто я, товарищ капитан?

Капитан Денисов кивнул головой и ответил:

— Уже лучше, рядовой Голицын, но всё ещё не хватает металла в голосе. Ну, да, ладно, это придёт со временем. Так вот, Минька, на этот вопрос я тебе так отвечу, — ты не обычный человек, а Homo Sapiens Magnus — Человек Разумный Великий. Твои родители положили жизнь на то, чтобы ты родился именно таким, а они, между прочим, и сами были далеко не такими простыми людьми, как это могло бы показаться, они, Минька, были индиго, — людьми совершенно особенными. Впрочем я ведь тоже человек-индиго и только поэтому стал твоим носителем, ну, а теперь, поносив тебя на своей спине почти восемнадцать лет, тоже стал Homo Sapiens Magnus, только мне до тебя ещё далеко.

Минька хмыкнул и сказал недоверчивым тоном:

— Ну, ты скажешь, дядька Семён, я и вдруг какой-то там Homo Sapiens Magnus, великий. Ты посмотри в зеркало на себя, а потом на меня. Вот ты действительно великий, а я нет. Я просто уродливый карлик с огромной головой, который прилепился к твоей спине и мне даже противно смотреть на себя в зеркало.

Поднявшись из кресла, капитан Денисов строго сказал:

— Это точно, Минька, ты сейчас не Магнус, ты сейчас просто мелкий, плаксивый говнюк, обиженный на своих папу и маму, но я тебе сейчас кое что покажу и возможно, что ты изменишь свою точку зрения на счёт себя. — Капитан быстро принялся стаскивать с себя и Миньки зимнюю тельняшку, а когда обнажился по пояс, ещё строже сказал ему — Посмотри на моё отражение в зеркале, щегол. Ну, как тебе нравится моя мускулатура, парень? А ведь я, Минька, с прошлого года не брал в руки ни эспандера, ни гантелей, всё как-то не до этого было и тем не менее посмотри, какая у меня сейчас мускулатура. Ну, а теперь послушай, что я тебе скажу, медвежонок. С тех пор, как ты принял первую ударную дозу, я тоже стал быстро прогрессировать, да, ты это и сам уже успел заметить и даже имеешь наглость посмеиваться надо мной, щегол. Ну, да, как же, ведь ты у нас шибко продвинутый телепат, а по части пирокинеза вообще битюг редкостный, только и я, парень, не пальцем сделанный. К твоему сведению, Минька, у меня развилось рентгеноскопическое зрение и я уже здорово насобачился в микротелекинезе, а потому могу сам себя лечить. Не знаю, сможешь ли ты этому научиться, во всяком случае стоит попробовать, но если ты мне полностью доверишься, медвежонок, то я запросто, одной левой могу тебя развернуть. Понимаешь, Минька, твои папка и мамка они ведь очень хотели сделать так, чтобы ты стал первым Homo Sapiens Magnus и у них это прекрасно получилось. Думаю, что они сделали всё правильно, ведь они вона на что замахнулись, — улучшить творение божье, человека. Правда, перед тем Господь Бог их самим, как и мне, повелел родиться индиго, людьми куда более продвинутыми, чем обычные люди, во всех делах, так что ты никакой не урод, медвежонок, ты пока что просто полуфабрикат, который должен сам себя довести до нужных кондиций. Ну, а теперь давай оденемся и поговорим с тобой начистоту, без слёз и соплей.

Минька глядел на мощный торс капитана Денисова во все глаза, тем более, что посмотреть действительно было на что. Как только его дядька Семён стал натягивать на себя и на него тельняшку, он восторженным голосом спросил:

— Дядька Семён, а ты правда можешь сделать меня таким же, как ты? А что мне для этого нужно сделать?

Одевшись, капитан Денисов вышел из спальной комнаты и направился в его с Минькой кабинет с большой библиотекой и несколькими телевизорами с огромными плазменными экранами. Там он сел в кресло перед одним телевизором, вложил диск с видеозаписью, сделанной через шесть с половиной месяцев после появления Миньки на свет, в DVD-плеер. Эту запись он ещё ни разу не показывал своему питомцу. Он включил телевизор в сеть, нажал на пульте кнопку и на экране показался ярко-зелёный лес, на фоне которого стояли на цветущей полянке перед видеокамерой Игорь и Лариса, к тому времени уже оправившаяся от беременности и кесарева сечения. Они оба помахали сыну и Лариса первой обратилась к нему с такими словами:

— Минечка, сынок, ты уже стал совсем взрослым, раз смотришь эту видеозапись. Мы с папой желаем тебе счастья и хотим сказать тебе, что ты не совсем обычный человек. Мы тоже, но теперь ты наверное понимаешь, что так же как мы все, я, твой папа и Семён отличаемся от обычных людей, точно так же и ты отличаешься от нас. Минечка, ты первый человек, который уже родился с такими удивительными способностями, какими не обладают не то что обычные люди, но даже мы, люди-индиго приобретают не сразу и только в том случае, если они принимают специальные препараты, — пси-стартеры, но не такие, какие все эти годы давались тебе, а другие, приготовленные искусственно…

Лариса и Игорь, записывая этот видеоролик, недели три обсуждали друг с другом и с капитаном Денисовым, который был моложе их, что именно они должны сказать своему сыну, когда тому исполнится лет шестнадцать, а то и все семнадцать. В итоге они договорились, что не будут говорить ему о том, что он обязательно станет полноценным человеком, но всё же довольно убедительно высказались в пользу того, что так оно возможно и будет спустя какое-то время. Минька все эти сорок две минуты сидел молча и напряженно сопел. Когда же экран погас, он посопел ещё пару минут, глубоко вздохнул и спросил:

— Дядька Семён, почему ты не показывал эту запись раньше?

— По кочану. — Огрызнулся капитан Денисов — Я ждал, когда ты начнёшь лить слёзы и размазывать сопли, что ты не такой, как все, маленький, уродливый и всё такое.

Твои мать и отец, которые как и я знали, что такое может вполне случиться, вообще-то я думал, Минька, что ты умнее и сам обо всём догадаешься, но ошибся, в общем твои родители специально записали этот короткий видеофильм, чтобы объяснить тебе, почему ты родился не таким, как все нормальные дети, и почему у тебя есть я, твой дядька Семён. Ну, а теперь, парень, соберись, сожми себя в кулак и посмотри ещё один видеофильм. Он немного длиннее и на нём ты увидишь Ларису с огромным животом, когда этот фильм снимался, а на это ушло почти год, она ещё носила тебя в себе. Думаю, что у тебя хватит силы воли не закрыть глаза.

Капитан Денисов снова нажал на кнопку и пустил запись. Сначала Минька увидел его сидящего на стуле совершенно голым. Его дядька Семён широко улыбался и говорил:

— «Игорёха, делай своё дело и ни о чём не беспокойся. Парень, пойми, у нас нет иного выбора. Лариске скоро рожать и ваш сын без меня не проживёт и часа, поэтому соберись с мыслями, отрешись от всего и начинай превращать меня в кенгуру. Мне уже доводилось лежать на операционном столе, один раз из меня в медсанбате наш военврач вынул сразу три осколка без наркоза, ну, и что? Да, ничего, парень, через шесть часов я снова был на передовой. Знаешь, я ведь в своей жизни ещё ни разу ничем не болел, у меня же сверхимммунитет и на мне всё зарастает, как на собаке, даже шрамов почти не остаётся, так что режь меня смело».

После этого Минька увидел, как его отец, сделав последовательно добрых два десятка операций, буквально изуродовал спину дядьки Семёна, а тот во время этих операций, которые делались под местным обезболиванием, спокойно лежал на операционном столе, читал книжку и даже разговаривал со своим мучителем.

Ну, а потом Минька увидел, как он появился на свет благодаря скальпелю своего отца, разрезавшему живот его матери. У него даже возникло такое ощущение, что дядька Семён специально пустил запись чуть ли не вдвое быстрее, такими стремительными были движения его отца. Достав из чрева Ларисы Миньку, красного, как помидор от её крови и просто чудовищно уродливого, с огромной головой, треугольным тельцем с впалым животом и крошечными ножками, Игорь тут же стал засовывать его в сумку, выращенную на спине Семёна Денисова. Лариса в это время закусив губы, бледная, с глазами чуть ли не выпученными от боли, зажимала разрез руками, смотрела на то, как мелькают руки Игоря и подсказывала ему, что тот должен сделать. Отец Миньки стал оказывать помощь ей только после того, как закончил операцию. Мать Миньки спасло только то, что перед началом операции капитан Денисов настоял на том, чтобы Игорь подготовился к прямому переливанию его крови роженице.