Чтение онлайн

Я была под впечатлением от его заявления, но подумать о нем Савелий мне не позволил. Он завел меня в бар «Холостяк», познакомил с немногочисленным персоналом, а когда мы сели за столик и нам принесли кофе, увлек беседой.

У него это вышло просто и непринужденно, несмотря на то, что я была не расположена к разговору. еще, сама не могу понять как, он умудрился выхватить у меня обещание на еще одну встречу.

— Зачем? — удивилась я.

— Странно, да? — задумчиво рассматривая меня, сказал он. — Сам так же думаю. Но ты обещала, Пушинка! Помни это, когда я тебе позвоню.

Откровенно говоря, я была почти уверена, что Савелий не станет звонить. Он видел, что я не слишком жажду общения с ним, и наверняка его гордость пожелает утешиться с кем-то другим. К тому же — что у нас общего, кроме Виталика? Да и тот уже в прошлом.

Я действительно считала так, как сказала ему: случайно встретились, покатались, выпили кофе, и все. Но через пару дней он позвонил и напомнил о моем обещании. Я обещание выполнила, и мы встретились. К моему удивлению — посетили какую-то странную выставку современных художников, потом отсидели час в филармонии, а потом у меня возникло четкое ощущение, что я на встрече с тетей Тамарой, и мое терпение лопнуло.

– ватит, пожалуй, — в антракте я твердо решила сбежать и с концерта, и от Савелия, и не была готова к тому, что он тоже запланировал побег, но вместе со мной.

— Значит, такие ухаживания тебе не по нраву, — сказал он, когда мы вышли из филармонии и все звуки навязчивой музыки остались за стенами. Приподняв мое лицо, он заглянул в мои растерянные глаза и предупредил. — Тогда я попробую так, как хотел изначально.

Спустя одно дыхание, он склонил лицо к моему и поцеловал меня. Жестко. Напористо. Так, будто давно об этом мечтал, но был вынужден сдерживаться. И так, будто мы были не на улице и в центре города, а одни и в запертой комнате. И будто нам можно было позволить себе все. Абсолютно все.

Услышав чьи-то аплoдисменты, я вздрогнула. Отшатнулась от Савелия, взглянула на случайных зрителей и, избегая смотреть в глаза тому, с кем только что целовалась, попросила:

— Пожалуйста, отвези меня домой.

— К тебе или ко мне?

И вот тогда я посмотрела на него — совершеннo спокойного, уверенного, что не сказал ничего странного, и более того, ожидающего, что я склонюсь ко второму варианту.

— То, что случилось сейчас…

— Повторится, — перебил он. — И зайдет куда дальше, чем ты боишься.

Ну, что сказать? Савелий мне не солгал.

Не знаю, как он подгадал, но в следующий раз он позвонил спустя почти две недели. Как раз когда я перестала себя накручивать, успокоилась и пришла к выводу, что ничего страшного не было. Подумаешь — поцелуй! К тому е у меня было грустное настроение — просто так, без причины, а здесь звонок…

– ватит киснуть в офисе, — телефон передал насмешливый тон и полную убежденность в правоте звонившего абонента. — Жду тебя на улице.

— У меня работа, — попыталась отбиться от категорического приглашения.

— Если тариф двойной, я, так и быть, подожду в кафе и потрачу деньги на суррогат, который они продают под видом кофе. А если ты сидишь там бесплатно, поднимусь наверх.

— С чего бы это двойной? Обычный тариф.

— После шести? — пораженный выдох и злое предупреждение: — Поднимаюсь!

— Так, стоп! — рассмеялась я, вдруг осознав и причину своего скверного настроения, и то, что рада звонку. — Сейчас я спущусь.

Пока спускалась, все думала: и зачем я иду? Зачем так легко согласилась? А когда вышла на улицу и увидела Савелия возле байка, засмотрелась на него и выбросила все мысли из головы. Полагаю, как и большинство девушек, которые выходили из бизнес-центра. Да, там было на что пoсмотреть: привлекательная внешность, солнце, заблудившееся в светлых волосах и серых глазах мужчины, и грозный байк. Они подходили друг другу, а вот я, судя по взглядам девушек, выбивалась из этой прекрасной картины.

И что с тогo? Улыбнувшись мужчине, который ждал меня, а не их, я уверенно подошла к нему. Под пристальным взглядом провела рукой по рулю байка, подняла взор на Савелия и… буквально задохнулась от страсти, которую он не пытался скрывать.

— Я уверен, — сказал он чуть хрипло, — что пусть подсознательно, но ты понимаешь, что это значит.

— Что именно? — пискнула я.

И залилась румянцем, когда, не отпуская мой взгляд на волю, он провел моей ладонью по рулю байка. Сначала ласково. Потом с едва ощутимым нажимом. потом резко выдохнул и провел еще раз, сильно, длинно, обхватывая моими пальцами…

— Перестань! — возмутилась я и попыталась одернуть руку.

— Ты возбудилась, — он положил мою ладонь на ремень своих брюк и сделал соблазнительное предложение. — Может, теперь попробуем так?

— Я не собираюсь…

— Правильно, — оставив мои руки в покое, он обнял мое лицо и приподнял его, заставляя смотреть в глаза. — К чему тратить время на сборы? Главное, что ты понимаешь — все будет, Пушинка.

— Не уверена.

— Тогда, может, это тебя убедит?

Не давая опомниться, он склонил лицо к моему, нашел мои губы своими и перешел убеждениям.

Его поцелуи…

Сочетание горечи с медом, наркотик, от которого легко впасть в зависимость. Ни одной внятной мысли, когда его губы сминали мои, только бешеный пульс — словно просьба-мольба дать ещё одну дозу. Он не уговаривал ответить, принять его — прoсто брал. Словно зная, что это его.

Подавлял своей страстью, окутывал ею, заставляя тянуться к себе, задыхаться, обнимать, зарываться пальцами в волосы. Не было важно, где мы и кто на нас смотрит. Хотелось еще, хотелось сильнее, хотелось… его. И так, как он говорил…

— Лера… — прервав поцелуй, он схватил меня чуть ниже спины, прижимая к себе и заставляя почувствовать, чего ему стоило остановиться. Но тут же убрал руки, отпуская и давая время прийти в себя, а когда это произошло и мир для меня перестал кружиться, снова безжалoстно выбил из-под ног почву. — Пока твое желание — как бледная искра. Стоит отойти — сразу тухнет. Но я заставлю тебя гореть для мея. Заставлю плавиться. Единственное, o чем ты будешь думать, — это когда, как и сколько раз я тебя возьму. И вот когда это произойдет…

Он усмехнулся, поправил лиф моего платья, проведя рукой по груди и следя за реакцией.

— И вот тогда я приду, — шепнул он, мазнув губами у моего уха, — и дам все ответы. В красках. Много раз. И без слов.

Отстранившись, он провел пальцем вдоль линии моих губ, взглянул вверх, на окна офисов, и самодовольно улыбнулся, видя, что мои щеки снoва алеют. Я только что… у всех на виду… и окна нашего офиса тоже выходят сюда… Впрочем, была надежда, что шеф не смотрел…

— Он видел, — тут же убил надежду Савелий и кивнул на свой байк. — Поехали — что-нибудь перекусим.