Минус двадцать для счастья
Шрифт:
Здесь я замолчала, потому что мне надо было перевести дыхание и набраться храбрости и произнести вслух то, в чем боялась даже в мыслях признаться сама себе.
— Простите, но все, что было у него до меня, — неважно. Я люблю его. И принимаю со всем его прошлым.
— Ты не можешь… — опешила женщина. — Я думала, ты умнее… а ты… такая, как все те дурочки…
На удивление, мне обидно не было. И я не расстроилась, услышав нелепые обвинения.
— Простите ещё раз, — сказала женщине, — но то, что вы думаете об этом, для меня таке значения не имеет.
На душе было светло и уютно. Улыбнувшись, я отвернулась от мамы Виталика и… попала в объятия Савелия. Как долго он стоял практически у меня за спиной? Как много он слышал?
Я не успела задать эти вопросы. Я вообще ничего не успела сказать. Потому что он намотал мои волосы на свой кулак, заставляя меня сделать шаг к себе, немного потянул, принуждая смотреть ему в глаза, и обжег признанием:
— Я тоже не сразу разобрался в своих чувствах к тебе. Но когда понял… Я готов был дать тебе столько времени, сколько понадобится, чтобы ты поняла, чтобы на этот раз не смогла заставить меня уйти. И тапочки… Ты думаешь, их дарят каждой девушке? Нет, только той, которая нужна, и хочется, чтобы она осталась…Я очень люблю тебя, Лера. Я схожу по тебе с ума, Пушинка!
— Докажи, — потребовала я тихо.
И когда Савелий поцеловал меня, мне стало все равно — и что рядом зачастили вспышки фотокамеры, и что за спиной возмущалась моему аморальному поведению Марина Андреевна, и что Матеуш причитал, как он счастлив от тoго, что Добрый Фей всегда побеждает Зло.
Все это было совершенно неважно, тем более что Савелий, не прерывая поцелуя, подхватил меня на руки и стремительно двинулся к выходу. Мы ненадолго оторвались друг от друга, пока ехали в машине, а когда прибыли домой…
Ну, что сказать, е краснея?
Он умеет быть убедительным. И настойчивым. И…
В общем, я ему поверила. И не жалею. Ведь глупо соалеть, когда счастлива, верно?
Эпилог
Буквально на следующий день после показа позвонил Матеуш и сообщил, что, как и обещал, нашел мне работу. А еще скинул ссылку на какoй-то сайт и попросил открыть дверь посыльному, когда тот придет.
Посыльный действительно вскоре прибыл. Я как раз открывала ссылку, когда в дверь позвонили.
Дверь открыл Савелий. Он же и положил передо мной стопку свежих газет, первые полосы которых были… ну, скажем, украшены… нашими с Савелием фотографиями.
Проcматривая газеты, я смогла вдоволь «налюбоваться» тем, как мы с Савелием смотрим друг на друга на самом показе, как он меня обнимает, как его палец танцует у моих губ, как он уходит, а я смотрю ему вслед и… Как я решительно выхожу следом за ним, за что получаю награду в виде поцелуя. Жаркого поцелуя, надо признать…
Я немедленно позвонила любимому братцу.
— Матеуш! — возмущенно начала я.
— Это ещё цветочки, — ответил довольно он. — Такой успех! Скоро ваши фото появятся в модном глянце!
— Знаешь, пожалуй, я все-таки позволю маме тебя четвертовать!
— Эх, не пугай, — отмахнулся он. — Я знаю, что ты меня слишком любишь и этого не допустишь.
— Хорошо, я сделаю это сама.
— Не утруждайся, — вновь отмахнулся беспечно он. — Я рассчитываю, что ты направишь свои силы в нужное русло. Такие перспективы, сестра. Теперь все, глядя на эти снимки, увидят, что, даже если женщина чуть-чуть… имеет слабость к еде, она шикарна! Слышишь? Это комплимент, мой любимый Пух. Но не благодари — ты сама молодец, сама себя запустила — сама одумалась, сама любовь упустила — сама за ней не поленилась пройтись. И ты вдохновила фотографа на эти модные снимки — весь показ он с тебя глаз не сводил, каждый шаг отслеживал. Савелий тоже вышел неплохо: глаза горят, видно, что он от тебя без ума. Вы все молодцы, я вами горжусь. В общем, все, как я и говорил: движение — жизнь! А ты теперь будешь вместе со мной вести новый проект под кодовым названием «Пончик». Пока, Лера-Лера. Жду послезавтра на работе! Оклад хороший, работа интересная. Не опаздывай, ладно?
В общем, через день я приступила к новой работе. Я мало что в ней понимала, мало чем могла помочь команде, но очень старалась не упасть в грязь лицом. Это было бы уж совсем плачевно и нектасти, так как меня сделали как раз лицом нового проекта. Я долго отказывалась, но Матеуш умеет быть нудным.
— Ну, хорошо, — сдалась я после его уговоров. — что мы будем делать, когда я постройнею?
Это был очень важный вопрос, так как останавливаться на достигнутом я не собиралась. Ничего не имею против полных красивых женщин, но я хотела вернуть свой вес — в нем мне было комфортней.
— Постройнеешь — и замечательно, — не растерялся Матеуш. — Возможно, это станет стимулом для многих девушек, которым не нравится их внешний вид, поверить, что все возможно, и взяться за себя. К тому же, наряду с твоими снимками, мы будем публиковать небольшие заметки о правильном питании и полезности спорта.
Так мы и сделали.
Была запущена мощная рекламная кампания, я постепенно втягивалась в работу и… потихоньку стройнела.
Несмотря на дополнительные нагрузки в виде ночей с Савелием и стресса в виде приготовлений к мамиой свадьбе, а вскорости и моей, — увы, этот процесс занял довольно много времени, и в свой вес я вернулась только спустя пять месяцев. Не раз был соблазн сорваться, но… в меня слишком верили и я слишком хотела увидеть в зеркале свое прежнее отражение.
А когда это произошло, из зеркала на меня взглянула стройная симпатичная девушка. Это была я. Но не прежняя — нет! А я — настoящая. Совсем другая. Уверенная в себе, влюбленная и очеь любимая. И, пуcть это прозвучит нескромно, мне понравилось то, что я видела.
еще в тот момент я отчетливо вспомнила весь долгий путь, по которому мне пришлось пройти, чтобы достичь таких результатов. И с благодарностью подумала о Макаре. С тех пор, как он пропал после нашего свидания, я видела его один раз. Это была недолгая встреча, внезапная и, думаю, что последняя.
Я как раз заходила в бизнес-центр, повернула голову, чтобы поздороваться с охраной и случайно заметила, как из лифта вышел Макар. Он направился к выходу из здания, а потом заметил меня и, немного помедлив, подошел.
— Привет, — улыбнулась я, — а… как ты здесь? Случайно?
— И все же ты чем-то похожа на нее, — сказал он задумчиво. — Ты, как и она, думаешь обо мне лучше, чем я есть на самом деле.
— То есть… ты…
Не знаю почему — возможно, почувствовав взгляд, — я подняла голову вверх и увидела где-тo там, высоко у перил лестницы, Матеуша, который за нами наблюдал.
— Прощай, Лера, — сказал Макар, мазнул взглядом по моему обручальному кольцу и по улыбке. — Я рад, что у тебя все хорошo и ты счастлива.
— Прощай, — повторила я.
Нет, я не спрашивала после у брата: случайно ли была моя встреча с Макаром тогда — у спорклуба. Это совсем неважно. Даже если и нет… Я буду искренне рада, если Макар однажды найдет свою половинку. Не ту, что будет похожа на девушку, все еще любимую им. А ту, которая зажжет в его сердце новую любовь и подарит свою.
Потому что, вольно или невольно, но он помог мне найти дорогу к моей любви и путь к себе самой. А этот второй путь иногда не менее сложный, чем первый. И настоящая удача — если оба пути совпадают!