Чтение онлайн

Глаза Валенты были открыты, и взгляд их, совершенно осмысленный и живой, был безошибочно направлен прямо на него, словно девушка знала, на кого смотрит. И Трей не мог опустить глаз, а душа его стремительно, как подбитая метким стрелком птица, камнем рушится вниз, в страшную непроглядную бездну, из которой ему уже никогда не выбраться. «Милый, милый, — звучал в голове тихий и немного печальный голос Валенты, а ее глаза, совсем не похожие на те, что были у нее при жизни, мудро и проницательно заглядывали прямо в его суть, излучая спасительное тепло и не позволяя сорваться в разверзшуюся под его ногами жадную пропасть. — Ты ни в чем не виноват, помни это. Я люблю тебя…» Трей ладонью закрыл ей глаза, больше не в состоянии выдерживать этот живой взгляд. Наклонился и поцеловал холодные губы невесты, которая так и не стала его женой. Взял ее на руки. Поднялся с колен и пошел прочь, не видя дороги, не замечая людей, расступавшихся перед ним. Из всего этого мрака и пустоты он запомнил почему-то лишь лицо белокурой хорошенькой девочки, которая смотрела на него со страхом и еще каким-то неоформленным, непонятным даже для нее самой чувством.

— Что же теперь с вами будет? — в двадцать третий раз горестно вопросил дед Радек, ни к кому конкретно не обращаясь. Демиан, мрачный как грозовая туча, сидел прямо на выжженной траве, скрестив ноги, и швырял первый попавшийся под руку мусор в разворошенную гору золы, оставшуюся после вчерашних упражнений напарника в высшей боевой магии, причем делал это с такой ненавистью, будто пепелище было лично виновато в случившейся трагедии. Время от времени парень бросал быстрые взгляды в сторону Трея, как будто тот мог испариться из Кри в любой момент или отмочить чего-нибудь еще того хлеще. На самом деле, опасения молодого мага не были беспочвенны — не далее чем полчаса назад он силой вырывал кинжал из рук друга, причем никаких сомнений, относительно цели применения сего оружия, у Демиана быть просто не могло. Увесистая оплеуха, способная запросто свалить с ног горного тролля средних размеров, которой волшебник сгоряча наградил своего товарища взамен традиционных в подобных ситуациях утешений, не оставила никого из присутствующих равнодушным. Но, как это ни странно, сомнительная первая помощь «бессердечного» Демиана оказала на Трея отрезвляющее воздействие. Никак не отреагировав на тумак, отвешенный выведенным из себя другом, парень только молча потер ушибленную скулу и смирно опустился на землю, где и сидел до сих пор, не выказывая больше никаких попыток свести счеты с жизнью. Впрочем, эти гипотетические попытки, как справедливо решил про себя дед Радек, были заведомо обречены на провал. Старик был абсолютно убежден в том, что доведенный до состояния сжатой пружины и готовый взорваться в любую минуту, Демиан подобного безобразия не допустит и будет использовать для предотвращения очередной глупости со стороны приятеля любые доступные ему средства, благо выбирать было из чего. Отомстить проклятым тварям и надавать им так, чтоб еще пару десятков лет неповадно было высовываться в Кри из своего гадюшника, — это Демиан понять мог и полностью разделял сие достойное стремление. Но накладывать на себя руки и прыгать в могилу вслед за погибшей невестой — всё это было где-то за границей понимания далекого от тонких душевных переживаний любимого внука. «Что ж, может оно и к лучшему», — печально подумал дед молодого мага. То, что Демиан сам едва сдерживается от какой-нибудь безумной выходки, было видно невооруженным глазом, да молодой человек и не старался ни от кого это скрыть. Радек все-таки решился нарушить гробовое молчание и в очередной раз попытался пробиться сквозь глухую оборону внука — соваться со своим назойливым любопытством к еще не пришедшему в себя Трею старику попросту не позволяла совесть.

— Деми, — осторожно спросил Радек, присаживаясь на какое-то бревно рядом с магом, — вас за это накажут? — Парень поднял лицо, и в его невеселых глазах мелькнула ироническая усмешка. Старик не к месту подумал, что ласковое детское прозвище уже совсем не вяжется с этим волевым и умным молодым человеком.

— По головке погладят, — хмыкнул он, поглядывая на друга. По отрешенному виду последнего было предельно ясно, что такие мелочи, как суровое наказание за нарушение всевозможных магических правил, конкретно его сейчас мало волнуют. — Трей! — не выдержал, наконец, Демиан. — Тебя это, кстати, тоже касается! Магистр нас с тобой не похвалит!

— В подвал посадят, — флегматично отозвался Трей. И на том спасибо. — Тебе не привыкать. По-моему, из десяти лет пять ты провел именно там.

— Размечтался, — сардонически усмехнулся Демиан. — После того, что Магистр нам на радостях устроит, подвал эльфийскими садами покажется.

— А что мы такого сделали? — вяло пожал плечами друг. Похоже, сейчас он действительно был не в состоянии трезво осознать всю серьезность сложившейся ситуации. Делая скидку на случившееся, Демиан мысленно смирился с тем, что выпутываться из того положения, в которое они угодили, ему придется в одиночку, и принялся терпеливо растолковывать приятелю их нынешний весьма неутешительный расклад.

— Нападение на магов при исполнении задания, — с поистине нечеловеческой бесстрастностью принялся перечислять колдун все мыслимые и немыслимые преступления, которые они умудрились совершить в рекордно короткие сроки, — нанесение серьезных магических повреждений двум и более волшебникам, использование боевых заклинаний в пределах Замка, незаконное проникновение на запрещенный объект без наличия высшего на то разрешения, использование недоступного для нас заклятья, самовольный уход с территории Замка, несогласованная со старшими магами боевая операция, ну и так далее, и тому подобное.

— Ох-ё, — только и нашел, что сказать, Трей, малость обалдевший после выслушивания списка, длиннющего даже без этих предполагаемых «и так далее, и тому подобное». Но потом всё-таки пришел в себя и решил «восстановить справедливость»: — Ну, допустим, маги эти сами виноваты, нечего было нарываться, ты же предлагал им убраться с дороги. Повреждения эти они бы нам сами нанесли, если б мы «Щит» не выставили, пусть проверят! А то, что уход несогласованный… Так у нас же времени в обрез было! Мы б пока там все согласовали…

— Побереги свое красноречие для Старших, — вздохнул Демиан. — Я-то с тобой полностью согласен, у нас действительно не было никакого выбора, разве бы я иначе так рисковал, подставлял тебя и себя под Главы Закона? Но выбора не было! — Парень упрямо тряхнул отросшими волосами и вскочил на ноги, зажав ладони за широкий ремень. Трей подумал, что, когда его обычно невозмутимый, как мраморные телларионские статуи приятель так прячет руки, это значит, его просто подмывает кому-нибудь хорошенько врезать. А раз бить поблизости было некого и не за что, Демиан из последних сил сдерживает своего внутреннего зверя, который уже давно проснулся и угрожающе скалится. Неожиданно друг затормозил, будто натолкнулся на невидимую стену, и с ненавистью процедил сквозь зубы:

— Твою мать!..

— Мою? — несмело пошутил Трей. Злобный, как гном, уронивший себе на ногу тяжеленную кирку, Демиан не оценил бледного юмора.

— Я же обещал мастеру Когану не ввязываться ни в какие переделки! — простонал маг.

— Вовремя спохватился, — подколол Трей, но решил немного утешить терзаемого чувством вины друга: — Ты обещал ему следить за своим не в меру длинным помелом, которым регулярно выдаешь такие фразочки, что Магистр зеленеет от злости. А по поводу наших с тобой выходок ты ничего не говорил, так что совесть твоя чиста, как телларионские башни.

— Спасибо за поддержку, — буркнул Демиан, прекращая свои метания взад-вперед. — Ведь сделал всё, как подсказывала совесть, исполнял свой долг, а чувствую себя почему-то, как распоследняя свинья! Так подставить наставника! Он для меня столько добра сделал, а я ему, как неблагодарная скотина!..

— Браво! — съязвил Трей, к которому, похоже, возвращалась жизнь вместе со способностью издеваться над каждым встречным и поперечным. — Я дождался этого знаменательного момента! Какой обличительный монолог, жаль, что учитель его не слышит. Он бы оценил твои самоуничижительные признания.

— Дебильные Законы! — сделал вывод Демиан. — Мы с тобой поступали правильно!

— И что нам за это «правильно» будет? — без особого энтузиазма поинтересовался «соучастник» преступления.

— Понятия не имею, — честно признался друг. — Никогда этот маразм вконец спятивших стариков всерьез не учил. Могу сказать одно — мало не покажется.

— Здорово, — хмыкнул Трей. — Ну, где они? Почему не идут сюда арестовывать нас и всё такое? Может, мы эту пентаграмму как-то… поломали, что ли? И они сюда только верхами могут добраться?

— Трей, — снисходительно улыбнулся Демиан, — ты чего, совсем в этом деле ни бум-бум? Я-то только Закон никогда не учил из принципа, а ты даже на теории магии, похоже, все лекции ушами прохлопал? «Поломали»! Как скажешь, так хоть стой, хоть падай. Даже если бы мы по этой пентаграмме пробегали пару лиг и попрыгали для верности, ничего бы с ней не случилось.

— Тогда что? — недоуменно развел руками «высокообразованный» маг. — А может, они просто не знают, куда мы пошли?

— Ответ неверный. Те символы, что были начерчены внутри пентаграммы, представляют собой конкретные обозначения того места, в которое было совершено последнее перемещение. Для меня, равно как и для тебя, они мало о чем говорят, но знающий человек моментально разберется, куда делись двое жутко недисциплинированных колдунов. Так что единственная причина, по которой я еще не вижу здесь отряд волшебников, посланных по наши души, — то, что Магистр еще сам не придумал, как с нами разобраться так, чтоб другим впредь неповадно было… Стоп! Уже придумал. Ага, посмотрите-ка, сам великий мэтр К`ейлус не поленился самолично присутствовать при том, как нас будут забирать…