Чтение онлайн

То что лисы — ночные хищники и очень неплохо видят в темноте, особенно хорошо замечают любые движения. То есть у нас есть ночной визор, который среагирует на движение.

Именно движение было очень важным фактором, который сослужит нам добрую службу и поможет лисе заметить их.

Я очень сомневался, что преследователи будут ставить своих караулить нас всю ночь. Это как минимум будет значит то, что те будут уставшими весь следующий день во время перехода. А усталость будет копиться и, в конце концов… Короче, тут даже идиоту ясно. Поэтому я сомневался, что разведчики будут загонять своих людей до потери пульса, снижая у тех результативность и осторожность.

А значит, ночью те обязательно сменятся. А сменяются — значит двигаются, и мы сможем засечь их точное положение, так как они обязательно должны как минимум видеть нас. Следовательно, мы сможем видеть их тоже.

Поэтому я с вечера пришёл проведать Юи, которую напоил снотворным, после чего объяснил, чего хочу от лисички-сестрички. Не сказать, что Стрими была рада, но стать чей-нибудь шубой её тоже не прельщало, поэтому она быстро согласилась на моё предложение и без приказа.

Мы расставили охрану так же, как и в прошлый раз, после чего якобы легли спать с открытыми глазами. При этом лисичка рядом с Юи была повёрнута в сторону предполагаемого противника, внимательно высматривая супостата. Ну а я по своему обычаю спал в доспехах и рядом с ней, но уже держа ружьё наготове.

Спорим, что наблюдающих двое? А у меня два ствола — вот так удачное совпадение. К тому же что может быть лучше, чем…

Барабанная дробь.

Картечь.

Что может быть лучше, чем старая добрая картечь в задницу какой-нибудь суке? Верно, два заряда картечи. Но так как у нас скорее всего две цели будет, значит обойдутся по выстрелу в каждого.

Хотя я не уверен, что у меня картечь, так как это может быть и дробь, судя по размеру. Я её вечером делал, расплавив свинцовые шарики, после чего накапал их в обычную воду маленькими капельками, где они приобрели примерно нужный мне размер. Спасибо, старый добрый двор и ребята, что плавили кастеты за гаражами — вы так много мне позволили узнать… хоть потом побили и ограбили меня на десять рублей. Но всё же, теперь я не жалею потраченных денег, ведь знания — сила.

Так что у меня была… пусть будет дробь. У меня была дробь в обоих стволах, так что в темноте, при практически нулевой видимости она будет куда предпочтительней пули. К тому же она может и не убить, что будет весьма кстати.

Так же дробью я зарядил все пистолеты, чтоб устроить настоящую бойню, перебив всех, кого только смогу найти в этом сраном лесу. Я надеялся переловить всех, хотя понимал, что, скорее всего, кто-то да уйдёт.

Тут ещё мучил меня вопрос, насколько я правильно поступаю. С одной стороны, мы могли бы не показывать, что заметили их, и двигаться дальше, будучи готовыми к неприятностям. А в нужный момент быть готовыми и дать неожиданно сильной и дружной пизды. С другой стороны — можем их переловить или просто спугнуть, что даст нам время быстро свинтить подальше. Это усложнит им жизнь, не давая чётко контролировать наше передвижение и подготовить нормально ту же засаду.

Что лучше?

Я решил рискнуть, так как мне надо хотя бы знать, кто на нас ведёт охоту. И кого нам надо остерегаться. Вдруг это вообще зверолюди-разбойники, а я кипишь поднимаю? А так сегодня и посмотрим.

Ночь была действительно тёмной и того света, что давала луна, нам просто не хватало, чтоб видеть нормально. То же самое можно было сказать и про противников, которым приходилось наверняка трудно.

В обнимку с ружьём я лежал прямо около Стрими и Юи, уже сразу повернув ствол в примерном направлении. В принципе я могу даже с позиции лёжа на боку выстрелить, это была не проблема для меня с моей силой, ловкостью и меткостью. Главное знать, куда стрелять.

Никто не спал.

Ощущение времени естественно исказилось и теперь казалось, что оно вообще остановилось. А каждый шорох, каждая тень от костра теперь казалась тем самым засранцем, что хочет словить пулю.

Не буду скрывать, что я нервничал и вёл себя несколько дёргано. Да чего уж там, коленки тряслись в моей любимой манере, да и по телу пробегала дрожь, просто в броне этого не видно. Даже пальцы слегка дрожали. А вот наёмники были спокойны. Или может со стороны они так выглядят, а внутри чувствуют то же самое, что и я…

— Вы спите? — едва слышно спросила лисичка. Её голос практически сливался с треском костра.

— Ты видишь их? — тут же насторожился я. Сердце начало учащённо биться, и я буквально чувствовал, как пульсирует голова.

— Не уверена. Едва-едва какие-то движения, — зашептала она.

— Где именно? — я пытался вглядеться в темноту, примерно зная, что где находится, но из-за костра, который создавал около нас своеобразную сферу света, нихера ничего не было видно. Свет в таких ситуациях всегда зло — нас все видят, мы же за границей света никого.

— Он… вот тот куст, потом правее было дерево, большое и широкое такое. В верхних ветвях иногда проскальзывает что-то, закрывая свет луны.

Блять, нихуя не видно. От слова совсем, сколько бы я не присматривался…

Делать было нечего.

— Лежи смирно и не двигайся, — сказал я, вставая, после чего направился в сторону леса медленной походкой человека, который только что встал отлить.

Подошёл к одному из караульных, начал типа снимать броню, для сброса балласта. Тот и глазом не повёл, это было вполне нормальным теперь явлением, встать рядом с караульным и поссать. Все понимали, что это безопасность и вынужденная мера. Но я не для этого сюда подошёл.

— Через пол часа отходишь и толкаешь другого на смену себе. Сам посиди около костра между делом типа перед сном, и притуши его хорошенько, чтоб так ярко не светил.

— Но моя смена… — начал было он.

— Скажешь, приказ, — отрезал я, надевая броню и возвращаясь.

Сейчас станет немного темнее… сейчас я поохочусь…

Я вернулся к лисичке, ложась уже перед ней, чтоб прикрыть собой её и Юи. Мне в моём экзоскелете никакие стрелы и небольшие клинки не были страшны. Но при этом я лёг чуть ниже, чтоб Стрими из-за меня могла как бы выглядывать, видеть обстановку вокруг и направлять меня.

Ружьё привычно оказалось в руке. Люди не знали, что это такое, оттого для них ружьё выглядело словно дубинка, оббитая железом или что-то в этом роде. Поэтому я мог не бояться, что вызову у них подозрения, странно перехватывая эту дубинку в руках, заставляя их заволноваться и свалить. Конечно, что-то заподозрить могут, но это будет максимумом их действиям.

Ебаные минуты для меня превратились в часы, пока я лежал и всматривался в темноту через щели своего шлема, пытаясь что-либо разглядеть. Для меня прошло не менее нескольких часов, когда свет от костра стал заметно слабее и ночной лес во всей красе смог открыться нам. И за эти несколько часов я умудрился хорошенько поволноваться и потрепать себе нервы, буквально сгорая от волнения.

— Стрими, направляй меня, — шепнул я едва слышно, но для её слуха достаточно громко.

— Направлять?

— Скажи, где они сейчас.

— А-а-а…

А ты о чём подумала?! Стрими, твою мать, что за мысли в такой момент?!

Она смолкла. Смолкла на минуту где-то, если не больше.

— То же самое дерево, видите?

В едва пробивающейся луне через тучи я не сразу смог найти то дерево. Меня спасало только то, что сегодня я не поленился изучить местность вокруг себя, оттого примерно знал, что где находится. Например, дерево, о котором говорила лисичка, было в метрах десяти от куста с розовыми цветочками.