Чтение онлайн

Мы ныряли из одного двора в другой, из одной подворотни в другую, выйдя из не самых обеспеченных районов в довольно престижные. Не супер-люкс, где живут сливки, но обычные добротные богатые дома. Может в таких даже прислуга имеется.

Здесь стражи, что примечательно, было меньше, но и места, где можно было спрятаться, практически отсутствовали. Дома располагались сплошной стеной вдоль улиц, создавая своеобразные кварталы. Нам приходилось передвигаться бегом вдоль стен, прячась около лестниц, в тени карнизов, в кустах клумб.

— У них есть охрана? — тут же спросил я, когда мы пришли к назначенному месту.

— Внутри точно есть, — сипло ответил проводник, которым был зверолюд с кошачьим хвостом и ушами. — Как есть и слуги. Тебе нужно справиться побыстрее, после чего мы поднимемся на крыши и пройдём по ним подальше отсюда и вернёмся обратно.

— Ты пойдёшь со мной?

— Я всё проконтролирую.

Как будто с клятвой это нужно, но я не стал возражать.

Мы стояли перед достаточно зажиточным домом, который абсолютно ничем не отличался от остальных. Такой же ухоженный, аккуратный и по-своему стильный с множеством всяких горшочков и контейнеров под окнами.

— Тогда идём. Кстати, как зовут главу семейства?

— Крайстернац Виолд.

Я, воровато оглянувшись, перешёл улицу и постучал в дверь. В добротную дубовую дверь, которую и не сломаешь с ноги, если ты там не танк ходячий. Хотя я знал одного чувака, он бы её точно проломил.

Сейчас у нас было времени всего лишь до следующей стражи, что наворачивала здесь круги с подозрительной пунктуальностью. Несколько минут на то, чтобы открыть сраную добротную дверь перед собой.

Следящий остановился позади меня, не предпринимая никаких попыток вмешаться или что-то сказать. Словно так и должно быть.

Дверь нам открыли через минуту после того, как я постучал. Вернее, не открыли, а громко спросили.

— Кто беспокоит? — раздался женский голос.

— Личное письмо от мэра для Крайстернаци Виолда! — громко и уверенно сказал я. — Срочное. Он требует получить ответ на него немедленно!

Послышался шум, топот ног (или копыт) и уже мужской голос спросил меня.

— У вас письмо к Крайстернаци Виолду?

— Да! — громко ответил я. — Мэр требует от него ответ немедленно!

Дверь слегка приоткрылась и показалось лицо какого-то быка с красными глазами. Его ноздри буквально расходились от его выдохов. Казалось, ещё немного и оттуда как в мультиках пар пойдёт.

Однако стоило ему увидеть нас, как он тут же попытался закрыть дверь. Но слишком поздно.

Я уже целился в щель и просто нажал спусковой крючок. Свинцовая пуля вошла быку глубоко в череп. И хоть она не пробила её насквозь, но откинула ему голову, и тот завалился на спину. Хлопок разнёсся по всей улице, извещая стражу о том, что здесь что-то происходит, и ещё долго эхом расходился, словно гром, по городу. Значит наше время начало очень быстро тикать в обратку. Вообще, быка можно было убить и мечом, но я сомневался, что мне хватит реакции, если у него там семидесятый, что вполне возможно.

По ту сторону раздался визг, будя весь дом и извещая всех о том, что на них напали. Я попытался толкнуть дверь, но практически сразу в ответ на мои потуги в дверном проёме блеснула цепочка, весело и издевательски звякнув. Но вряд ли она способна спасти этот дом от вторжения.

Без лишних церемоний я тут же что есть сил пнул дверь, и та приветливо раскрылась нараспашку. Лопнула даже не цепь — вырвало кусок дерева, к которому она на двери крепилась.

Не теряя времени попусту, я тут же вскочил в коридор, с одного удара отправляя служанку, что визжала, в аут. Я всё понимаю, но честно сказать, меня всегда бесили визжащие бабы. Ну вот просто бесили, визжат они по делу или нет. А ещё меня бесят визжащие и кричащие дети. Кажется, что они входят в личный топ самых ненавистных мной звуков.

Оказавшись в довольно богато обставленном коридоре, я закрыл за собой дверь и быстро оглянулся — один дверной проём вёл на первый этаж и лестница, что была передо мной, шла на второй.

— Где его кабинет?

— Не знаю.

Не знает… Блять, хуёво, что не знает. Но предположу, что всё самое важное всегда находится на втором этаже.

Быстрым шагом я начал подниматься наверх, сжимая в руках пистолеты, и целясь от бедра. Честно говоря, их тяжесть вселяла в меня уверенность. Твёрдость рукоятей словно служила для меня сигналом: «всё ништяк, всё путём, я всё ещё самый сильный». Хотя последнее было явным преувеличением.

Мы поднялись на второй, и практически сразу грохнул выстрел — труп ещё одного охранника, зверолюда зайца, упал к моим ногам. Его меч со звоном ударился о пол. Если бы, допустим, у меня был меч, то мне могло бы и не хватить скорости отбить удар. А тут просто крючок нажать.

Предположив, что он выскочил из комнаты, где живут охранники… я бы построил свою комнату подальше от помещения охраны. Рассудив немного странно, я двинулся в противоположную сторону. Каждую дверь я раскрывал с пинка, ломая обычный замок-защёлку.

Две комнаты были пусты. В одной, вжавшись в стену, закрыв глаза и что-то шепча, словно молясь, стояла зверолюдка-служанка с ушами спаниеля.

— Не убьёшь? — спросил меня наблюдатель.

— Я не нанимался карателем, — бросил я с лёгким презрением.

Тот ничего не ответил, словно ему было плевать. Может ему и было плевать, кто знает.

Мы шли очень бодро, да и дверей было немного, всего пять. И удача мне улыбнулась на пятой.

За ней находился большой кабинет, где…

Весёлый звон и не сильный толчок в грудь. В ответ выстрел на рефлексах, и у ещё одного охранника зверолюда взрывается верхняя часть головы. Его тело отбрасывает к стене, где он врезается в картину и вместе с ней падает на пол.

В комнате остался только такой слегка полноватый мужчина фурри похожий на волка с длинными ушами. Женщина зверолюдка кошачьей расы и их ребёнок, которым была девушка лет четырнадцати. Все трое, они забились в угол обнявшись и буквально дрожа.

Когда я вошёл в комнату, мужчина вскочил, закрывая собой семью. Возможно, он хотел повести себя как герой, а может действительно хотел защитить свою семью, но его слова пришлись очень кстати.

— Не смейте, убейте лучше меня, но…

Сказано — сделано. Причём это было не моё желание, а его.

Через секунду он получил пулю в сердце навылет, так и не договорив, лишь забрызгав стену позади себя кровью, и свалился на свою семью, которая безумно закричала. То ли от горя, то ли от ужаса.

Но мне было фиолетово.

— Уходим, дело сделано, — бросил я, обернувшись и возвращаясь обратно в коридор мимо наблюдателя.

— А они?

— В договор не входили.

— Но они свидетели, — сказал он, словно стремясь меня заставить убить всех в этой комнате.

— Хорошо, — я стянул с плеча ружьё. — Тогда я убью абсолютно всех свидетелей, включая тебя, ты не против?