Чтение онлайн

Земля вокруг деревни хорошая, климат умеренный. Летом в рядом расположенном лесу можно прожить, как говорят, и на подножном корму. Не ленись только ходить. Под ногами всё растет, смотри зорче и не ленись лишний раз нагнуться. Тут тебе и гриб, тут тебе и ягода. А где грибы да ягоды, там тебе и суп, там тебе и чай с вареньем. В лесу всё есть, но пойти туда не всегда есть время. Когда там всего в изобилии, в это время созревает урожай в поле. Весь деревенский народ с раннего утра и до позднего вечера работает в поле.

И только к осени, когда постепенно очищаются поля от стогов сена и от копен и крестов из снопов овса и ржи, а на месте скошенных лугов расстилаются соломенные ковры изо льна и льняного полотна, сельские жители начинают понемногу приходить в себя, более вольно дышать и оглядываться друг на друга.

Молодежное гулянье в Рахманове. Молодежь теперь, как только свечереет, не валится в постель, а идет за околицу на чистую луговину. Какой-нибудь парень выходит с гармошкой и начинает брать аккорды. Девушки, услышав их, начинают торопиться сбросить с себя рабочую одежду, поскорее надевают красивые платки и чистые полусапожки. Бегут за подругами и группами по 3–4 человека подходят к месту сбора.

Девушки идут и вполголоса поют, а если гармонист переходит от переборов к мотиву песни, то и девушки начинают петь погромче.

На полянке народу становится всё больше и больше. Но ребята и девчата стоят ещё отдельными обособленными группами.

Ребята тоже не в рабочих сапогах, портах и грубых посконных рубахах. Большинство в начищенных сапогах с лаковыми голенищами или в яловых сапогах, до блеска смазанных дегтем. Брюки заправлены в голенища, рубашки белые, ворот косоворотки отогнут и застегнут только на две нижние пуговицы. В талии рубаха подпоясана шелковым пояском с кистями. Пиджаки накинуты на плечи, на головах картузы с лаковым козырьком, из-под картуза выпущены кудри. Это вид деревенского щёголя.

Ребята, которые побывали в городе или приехали погостить в деревню из Москвы, приходят на гулянье в брюках навыпуск, в штиблетах (если на улице мокровато, то обязательно в галошах), в шляпах и для форса с тросточкой.

И вот песни поются громче. Сквозь песни иногда слышится смех. Сперва одна подружка смеётся над другой, парень – над парнем, затем постепенно группа девчат подходит ближе к группе ребят. Раздаётся повизгивание.

Постепенно стихает пощелкивание семечками и орехами.

И вот гармонист заиграл вальс. Но пока все стоят, затем постепенно сперва одна пара девчат начинает потихоньку кружиться, к ней присоединяется вторая пара, а вот и пара ребят пошла. Но пока ещё ребята и девчата стоят и вступают в танец обособленными группами, лишь посматривая на противоположные группы. Каждый уже присматривается и выбирает. И вот уже в кругу пара ребят разбила парочку девчат. Тут же за ними и ко второй паре девчат подошли двое парней, а затем уже и другие ребята подходят к девчатам.

Но не все ребята умеют танцевать, и большая часть их остаётся наблюдателями. Среди девчат тоже некоторые не танцуют. Одни не очень привлекательны, другие не совсем красиво одеты. И всё же весело всем – танцуют, поют, шутят, смеются.

Гармонист сменяет вальс на песню, затем раздается весёлая плясовая.

Отчаянный плясун передает пиджак товарищу, поправляет картуз, ударяет ладонями по голенищам сапог и… начинает. Делает круг, гоголем подходит к девчатам и притопывает перед ними. И вот в ответ одна боевая также притопывает в ответ, вынимает из-за пазухи белый платочек и, взмахнув им, выходит в круг. И началось. Сперва медленные подходы парня к девушке и её ответные подходы.

Первые подходы похожи на то, как петух начинает крутиться вокруг курицы, волоча одно крыло по земле. Затем благородные подходы переходят в более быстрые круговороты, и гармонист убыстряет темп. Уже не замечаешь отдельных пальцев, они как будто одно целое. Парень начал приседать, уже девушка притопывает вокруг него. Группы ребят и девчат приблизились к кругу и прихлопывают в такт пляске. Уставшего парня сменил другой, а потом и девушке смена пришла. Смены стали всё чаще и чаще. Окружающие постепенно как-то перемешались, и уже симпатизирующие друг другу парень с девушкой незаметно для других оказались рядом. Завязывается интимный разговор, и вот пары как бы испаряются в темноту.

За вальсом и пляской время прошло как-то быстро. Уже поздно. Постепенно угасают огоньки в домах. Старики первыми ложатся спать, а затем, убравши посуду и постели, ложатся и хозяйки. Молодежное гулянье постепенно тает. Пляска закончилась. Парень с гармошкой в окружении друзей с группой девчат уходит на свой конец деревни. Гармонист заиграл частушечные мелодии, голосистые девчата сразу запели.

Теперь хотел было записать частушки со слов Веры, она их очень много знала. Но всё как-то откладывал да так и не записал. Виню себя! Приведу парочку.

Открывается окошко и раздаётся спросонья возглас: «Что же вы, оглашенные, спать-то не даёте? Ведь завтра рано вставать!»

Группа прошла, частушки умолкли. Затем где-то не так далеко уже тише, опять раздаётся песня. Но вот и песни стихли.

Парни провожают своих девушек до дома. Парочки долго стоят у калиток, затем садятся на лежащие рядом с домом бревна, и идет задушевный разговор о взаимных чувствах друг к другу. Парни угощают девушек взятыми с вечера конфетами, печеньем.

Печенье и конфеты кончились. Светает. Раздаётся не окрепшее, дрожащее кукареканье молодых петухов. Молодежь расстаётся, хотя и не хочется. Рассветает. Чтобы не будить домашних, парень потихоньку открывает окно, влезает в дом и на цыпочках пробирается к столу. На столе различает крынку с молоком и кусок хлеба. С аппетитом выпивает кружки две молока, а до хлеба только прикасается и опять на цыпочках добирается до постели…

Казалось, только что заснул, а уже мать будит: «Вставай сынок, иди в ночное за лошадью, не то скоро проснется отец, будет ругаться».

Сходные чувства вспоминаются и мне. Ох как не хочется вставать. Спал бы да спал. Но мама второй раз будить не будет. Она ушла доить корову. Нехотя встаешь. Надеваю опять рабочую одежду, беру со стола недоеденный мною после гулянья кусок хлеба, на дворе ощупью нахожу висящую на гвозде узду. Ночное было на опушке леса у реки. Когда подошел к ночному, уже хорошо рассвело. Лошади, пофыркивая, жадно жуют траву. Копчика я быстро нашёл. Зову его. Он подымает морду, я протягиваю ему кусок хлеба. Лошадь берёт его, а я в это время быстро надеваю на морду узду. Закидываю поводок повыше, левую ногу становлю на поводок, хватаюсь за гриву, подтягиваюсь – и вот я уже верхом на Копчике. Подъезжаю к реке, опускаю поводья, даю напиться.