Чтение онлайн

— Я ожидала… большей истерзанности, что ли, — растерянно пробормотала Пайпер.

— Это невозможно, — ответила демоница.

— Все великаны красавцы? — попыталась отшутиться Пайпер, но очень быстро поняла, как это глупо. В парнях она не разбиралась, даже представления не имела, какие у неё понятия о красоте, да и из великанов ей встретился только Гилберт. К тому же, взгляд Третьего казался не только спокойным, но и тяжёлым — она заметила это только сейчас, вновь задрав голову и вглядевшись в его голубые глаза.

— Я некрасивых великанов не видела, если честно, — ответила демоница. — Но я помню такого Третьего, а не истерзанного, потому что с ним я рассталась вместе с Йоннет.

— Таким он был до Вторжения, — заключила Пайпер. Избавиться от ощущения, что перед ней стоит настоящий Третий, а не демоница, принявшая его облик, было трудно. Пришлось сосредоточить взгляд на деталях его одежды.

— Я знаю, что надеяться опасно… особенно мне, тёмному созданию, — пробормотала демоница. Её шёпот, звучащий голосом Третьего, казался слишком завораживающим. — Но я надеюсь, что если он не сгинул окончательно, он не сильно изменился.

«Возлагать надежды на Предателя вообще опасно», — мысленно отметила Пайпер. Она узнала о нём больше, чем рассчитывала, но не понимала лишь одного: кого именно он предал? Сигридцев, приведя тёмных созданий во время Вторжения? Или тех, кто до сих пор верил в него и его возвращение?

— Хебраска, верни свой настоящий облик.

Вместе с тем, как таял образ Третьего, исчезало недовольство на лице господина Илира. Оно осталось лишь в уголках его плотно сжатых губ, точно немой упрёк Пайпер, о котором она должна была догадаться и из которого должна была сделать соответствующие выводы.

Демоница вернулась к облику невысокой девушки с рогами и чёрными склерами, и Пайпер убедилась, что это её настоящий облик.

— Если ты хочешь сохранить эту власть, то не называй моего настоящего имени другим, — посоветовала Твайла, в очередной раз вцепившись в край своего платья. — Слух демонов лучше, чем у людей, и я услышу тебя за несколько миль — так что шепчи моё имя, но не называй его слишком громко, иначе потеряешь власть.

— Почему ты так доверяешь мне?

Этот вопрос терзал Пайпер с самой первой секунды их разговора. И ответ на него был озвучен раньше, чем Пайпер успела моргнуть:

— Потому что я доверю Силе.

Магии, которая не позволяет отличать правду от лжи, но и не натягивается до напряжения в нитях, когда тёмное создание заявляет подобное. Либо Лерайе спит слишком крепко и не может управлять взбунтовавшейся без её чуткого руководства Силой, либо уповает на слова Твайлы и верит, что Пайпер примет их.

Пайпер разрывалась в сомнениях, но вслух произнесла:

— Покажите мне кристалл.

Твайла, повернувшись к господину Илиру, приложила ладони к ушам. Несколько движений, которые проделал маг, как догадалась Пайпер, сняли барьер вокруг него.

— Она хочет видеть кристалл.

Старик, не меняя недовольно поджатых губ, каким-то образом всё же крикнул:

— Егерь, бегом ко мне!

Пайпер ожидала чего угодно, — от слуги до ещё одного демона, — и уже приготовилась к атаке, но сквозь стену, как совсем недавно это делал мейн-кун, проскочил ещё один кот, но на этот раз — совсем уж странный и поражающий своим внешним видом. Его шерсть была салатового оттенка и слабо мерцала, глаза — жёлтые, с расширившимися чёрными зрачками, а во лбу, точно под вибриссами, красовался круглый жёлтый камень.

Кот с радостным мяуканьем подскочил к господину Илиру, и тот, не тратя время на лишнюю ласку, опустил пальцы на жёлтым камень у него во лбу. Никаких чудесных преображений, рассеиваний чар или излечений таинственного камня, спрятанного во лбу кота с салатовой шерстью, не произошло — была только слабая вспышка света, в результате которой в ладони господина Илира оказался маленький прозрачный вытянутый кристалл.

Тот самый, что Пайпер видела у Йоннет и Третьего.

— Это…

— Мы спрятали его в этом драу, потому что на них часто не обращают внимания, — пояснила Твайла, перебив её. — Сначала кристалл хранился у господина Илира, но потом мы заметили, что на Егеря никто, даже гости господина Илира, не обращают внимания. Камень в его лбу отлично маскирует магию, исходящую от кристалла.

— Этот кот салатовый, — закончила Пайпер, указав на кота. — И его зовут Егерь. Почему кот салатовый и почему его зовут Егерь?

— Не знаю, — Твайла пожала плечами так легко, словно объект их обсуждения был слишком незначительным и не заслуживал того внимания, что ему оказывают. — Некоторые драу вообще необычно выглядят… В смысле, необычно для людей, — быстро исправилась она. — А вот имя я ему придумала. Егерю оно понравилось, вот он так и ходит.

— И часто ты даёшь странным драу имена?

— Очень редко, — возразила Твайла. — Я вообще почти не высовываюсь и никак с другими не контактирую… Но иногда, например, говорю с драу, что забегают в сад господина Илира.

«Какой кошмар», — со странной, больше похожей на безумную, улыбкой подумала Пайпер. Она не знала, что поражаёт её больше: тёмное создание рядом с ней или салатовый кот по имени Егерь.

— Но если это тот самый кристалл, — ей пришлось приложить усилия, чтобы вернуться к настоящему моменту и осколку памяти, что лежал в ладони господина Илира, — что был у Йоннет в серьге, то, выходит, она отдала тебе его в вашу последнюю встречу?

Твайла качнула головой.

— А кристалл, что был у Третьего… мог ли он передать его кому-то?

— Не знаю, — со вздохом ответила Твайла. — Надеюсь, что мог, ведь это упростит поиски. С другой стороны, если сам Третий не сгинул и кристалл всё ещё у него…

— Если он не сгинул, то у него не только кристалл, но и магия Арне, — добавила Пайпер, собрав руки на груди. — А коалиция не захочет работать с Третьем, пусть даже он и обученный сальватор с опытом.

— Опытом не слишком удачным, как считает коалиция, — подметила Твайла.

— Удачный опыт или нет, — вмешался господин Илир, всё же не удержавшись и начав поглаживать Егеря за ухом, — но в реалиях этого мира он может быть недействителен. И было бы лучше, если бы Третий расстался с Арне и дал ему выбрать нового сальватора.

— А давайте на минутку забудем об этом, — повысив голос, объявила Пайпер, — и вспомним о кристалле, который создала Йоннет.

Она услышала о ненависти людей к Третьему и считала, что мысли о ней впитались в её кожу, что ей совсем не нравилось. С ним было то же самое, что с Твайлой, стоящей перед ней — внушение не могло быть сильнее собственных эмоций и чувств, но Пайпер не могла рассчитывать на них, не зная Третьего лично. То, что ей показала демоница, было лишь оболочкой во всех смыслах этого слова. А истории о том, что Третий сгинул в поглощённом тёмными созданиями мире, вряд ли следует воспринимать как устрашающую сказку. Встретиться с ним и узнать всю правду от него было невозможным, исключая, конечно же, те моменты, когда странные сны захватывали её разум.