Чтение онлайн

Может, не так уж и плохо, если она скажет всего одно предложение. Или два. В конце концов, она не желала ему зла. Она любила его и хотела помочь.

Фортинбрас выдавил из себя вялую улыбку, взял её ладонь и прислонил к своей щеке, поцеловав запястье. Пайпер улыбнулась и, набрав в грудь побольше воздуха, сказала:

— Может, ты не хочешь говорить о том, что мы видели, сейчас, но когда захочешь, — если, конечно, вообще захочешь, — я тебя выслушаю. Я буду рядом.

Фортинбрас считал странным это уточнение, — в конце концов, как можно не быть рядом, если два человека разговаривают?.. — но ничего не сказал. Лабиринт мог давить на него, показывать худшие его стороны и моменты слабости, раскрывать его секреты другим, но благодаря Пайпер Фортинбрас знал, что он в этом не виноват.

— Я очень хочу тебя поцеловать, — тихо произнёс он, на этот раз улыбнувшись совершенно искренне, — но господин Сандерсон смотрит, и мне немного неуютно.

— Он не будет смотреть вечно.

— Я буду смотреть вечно, — достаточно громко возразил Джонатан.

Пайпер покраснела, но, приподнявшись на носочках, быстро поцеловала Фортинбраса.

— Когда мы закончим с Лабиринтом и я лично раскрошу черепа всем демонам, устрою нам самое потрясающее свидание на свете.

— Что такое свидание?

— Тогда будет тебе сюрпризом.

— А это что?

Пайпер рассмеялась, вновь поцеловала его и, улыбаясь от уха до уха, сказала:

— Давай как можно скорее найдём источник силы, который удерживает богов в плену, и я покажу тебе, что такое сюрприз.

— К слову, об источнике силы… Я больше ничего не чувствую.

Пайпер нахмурилась.

— Что-то мешает?

— Не знаю, это как-то… Странно. Раньше, когда мы с Клаудией спускались в Некрополи, я всегда чувствовал эту магию, даже если Лабиринт пытался её спрятать. Чувствовал чары и барьеры, потоки чужой силы, которые должны были меня запутать, но сейчас… Ничего этого нет. Я даже не чувствую давления самого Лабиринта.

— Может, он просто решил не мешать нам, — пробормотала Пайпер, криво улыбнувшись.

— Но источник силы пропал. Я нигде его не ощущаю, и не думаю, что даже Николас сумеет быстро найти его.

— Тогда будем искать Блуждающие Души. Уж они-то точно знают, в чём тут дело, да?

Фортинбрас не ответил. Ощущение, которое неустанно преследовало его каждый раз, когда он оказывался в Некрополе, исчезало медленно, и он никак не мог ухватиться за него, надеясь отыскать место, где скрывался источник. Обычно магия давила, сковывала разум и тело, но теперь этого не было, что сильно беспокоило Фортинбраса.

Он не понимал, как устроен Лабиринт и что можно ожидать от него. В одно мгновение он показывал им иллюзии, построенные на воспоминаниях, в другой выводил к древним развалинам, которые были поглощены магией этого места тысячелетия назад. Лабиринт перестраивался по своему усмотрению, путал их и одновременно подталкивал к нужному пути, как если бы его первозданную магию контролировали сразу двое существ, которые никак не могли прийти к соглашению. Настоящее чудо, что место, где они остановились этой ночью, так и не изменилось.

— Эй! — вдруг закричала Твайла, подскочив на месте. Она едва не свалилась со стены, на которой сидела всё это время, но Николас, тут же прыгнувший к ней с помощью магии, подхватил демоницу. — Я видела тень!

Фортинбрас напрягся, проследив за тем, куда указывала Твайла. Примерно в лиге от них начинался склон, за которым была уже знакомая им пустыня. Совсем далеко, практически за линией горизонта, Фортинбрас разглядел очертания зданий, которые медленно выстраивались и тут же разрушались. И при этом — никакого ощущения магии, даже намёка на неё. Будто Лабиринт сам по себе воздвиг барьеры, которые ограждали только определённые места.

— Вон там! — снова крикнула Твайла.

Из-за пелены высоких облаков, разрывая их крыльями, появилась фигура, опустившаяся как раз за только что воздвигнутой стеной. Всего на мгновение, но Фортинбрас, казалось бы, услышал, как далеко-далеко дрожит земля.

— Чёрт возьми! Я вижу! — истерично выпалил Николас. Он спрыгнул со стены вместе с Твайлой и, даже не убедившись, что она твёрдо стоит на ногах, подбежал к Пайпер и Фортинбрасу. — Всё очень и очень плохо!

— Да, вот об этом я и хотел рассказать, — немного опешив, сказал Фортинбрас.

— Да не в этом дело! То есть, да, конечно, я тоже не понимаю, почему вдруг источник той силы пропал, но, может быть, дело в Иснане?

Краем глаза Фортинбрас заметил, как Энцелад резко вскинул голову и уставился на Николаса. Тот, начав заламывать руки, нервно продолжил, едва не зажёвывая слова:

— Я пытаюсь отслеживать изменения Лабиринта, и их так много, что порой мне становится просто тяжело, но…

— Николас! — разъярённо рявкнул Энцелад, мгновенно нависнув над ним.

Юноша пискнул, растворился в воздухе и, оказавшись за спиной удивлённого Стефана, пролепетал:

— Я чувствую, как Иснан использует магию. Я вижу её потоки и знаю, что он здесь, в Лабиринте.

***

Иснану уже порядком надоели постоянные изменения, происходившие с Лабиринтом. Однако он считался с ними, искал новый путь, если Лабиринт вдруг заводил их в тупик, и стойко терпел насмешки Маракса и его споры с Карстарсом. Честное слово, Иснан скорее умрёт из-за их глупой болтовни, чем сумеет добраться до Хайбаруса.

Голос короля демонов то затихал, то становился громче. Несколько часов назад, — хотя Иснан не мог точно сказать, сколько времени прошло на самом деле, — Хайбарус кратко рассказал ему о том, что попытался испытать Третьего сальватора. Иснана ничуть не обрадовало, что тот полез в Лабиринт, однако своего разочарования он не показал. Вскоре после этого Хайбарус сказал, что «глупая защитница людей вновь мешает ему», но Иснан его не понял.

С тех пор Хайбарус молчал. Не ответил он и после того, как Иснан начал отчаянно взывать ему. Лабиринт менялся, испытывал его, но в этот раз он зашёл слишком далеко.

Вокруг них возводился и рушился древний город, поглощённый Лабиринтом тысячелетия назад, когда Иснан впервые увидел Аннабель, пробежавшую по соседней улице.

Поначалу он решил, что это лишь игра его воображения. Образ Аннабель всегда существовал где-то на задворках его сознания, но никогда не становился более реальным. Иснан помнил, как жизнь покидала её изломанное тело, как фейская кровь текла по его губам, а Ренольд, запертый внутри него, беззвучно кричал. Иснан считал это абсолютно нормальным: Аннабель оказалась слабой, и они её убили, украли Слово и поместили его в Иснана.

Но теперь она казалась слишком реальной. Аннабель пробежала совсем рядом, коснувшись его руки. Её светлые волосы всколыхнулись, точно от ветра, и карие глаза блеснули, когда она всего на мгновение посмотрела на Иснана. Она был так близко, что он мог пересчитать каждую веснушку на её лице. Он инстинктивно попытался ухватить её за руку, остановить, но Аннабель побежала вперёд и и скрылась за поворотом. Иснан рванул за ней, проигнорировав предупреждение Маракса.

Переулок, в котором он оказался, был весь в крови. Та стекала со стен и подоконников открытых окон, скапливалась в огромные лужи на земле. Аннабель стояла в самом конце, возле небольшой лестницы, ведущей вправо, и выжидающе смотрела на него. Её босые ноги были по щиколотку в крови. Иснан тряхнул головой, но фея никуда не делась.