Чтение онлайн

— …Вернись в столицу и передай совету, чтобы продали часть сокровищницы Оттавии и купили их наёмников, также, пусть подымут всех сотников и попробуют вовлечь магов в это дело. Если всё будет слишком плохо, пусть обратятся к Виктору.

— Понял, доберитесь в столицу в здравии и порядке. Сказал Ломар, после чего повернулся и начал уходить, но вдруг решил что-то добавить. — А, и ещё, вашему сыну понравилось новое имя.

— Прекрасно, значит сегодня будут не только плохие новости. Ладно, до новых встреч Ломар.

— До новых встреч.

Как только они попрощались, в дилижанс вошёл юноша с чашей, в которой он нёс кипяток. Когда малец открывал дверь, то явно слышал, что внутри было два человека, однако войдя внутрь, он застал там лишь короля. Этот прислужник был новым, и ему оставалось лишь гадать что же только что произошло.

Но одно он знал точно, это не было шуткой его воображения, ведь на столе перед королём лежало две чаши, в обеих из которых был сахар.

Что же это было? Юноша мог лишь гадать.

В то же время пока происходили эти действия, в глубине леса, некое существо нашло следы, оставленные телегой Сергея.

Сквозь толщу леса медленно пробиралась телега странной конструкции, ведомая разношёрстной группой подозрительных индивидов, и возможно, самой судьбой.

Чёт меня на высокое потянуло, так завернуть описание толкания телеги.

— Знаешь, Кирилл. Вот ты меня вчера быдлом назвал, а я может быть и обиделся. Неожиданно начал я разговор с доспехом, что сейчас был одет на мне.

— Да? Ну тогда это хорошо. Ответил он мне с удовлетворённым тоном.

— И вот я подумал, какое я тебе быдло, если я издавна славился как человек высокой культуры? Сказал я Кириллу, проигнорировав его грубые манеры. — Я считаю, что эта грубая ошибка с твоей стороны была допущена из-за моей манеры речи, и я собираюсь с этих пор начать говорить так, как подобает человеку моего интеллекта.

— Будешь издавать звуки новорождённого?

— Захлопни хавальник. Кхм. Я буду материться завуалированно. Я бы не посмел полностью отказываться от столь сильного коммуникационного инструмента, но сейчас явно настало время для его перемен.

— Чё, аж прямо сейчас? Сними шлем, пожалуйста.

Я снял его шлем и положил себе на руку, после чего стал наблюдать за его круговыми движениями. Он что, осматривает лес?

— Бля, хватит весь настрой портить, пидрила. Я тут вообще-то, стараюсь. Наигранно обижено сказал я, одевая его кастрюлю обратно на голову.

— Ну давай, поплачь на дядю Кирилла, пусть он заржавеет и канет в лету.

— Слушай, если тебе настолько сильно не нравится моя ласточка, что ты аж готов сраться со мной часами на пролёт, то почему бы тебе не пойти к другим людям, чтобы они тебя отвезли в столицу?

— К сожалению, ты единственный долбаёб, который захочет взять с собой говорящий доспех.

— Вот раз уж я единственный тогда прекращай бычить на меня, а то оставлю посреди дороги, или даже кузнецу продам.

— Мужик, ну ты чего так кипятишься, ну я же чисто по приколу, в знак дружелюбия.

— Знаю.

Кирилл задумался после моих слов, а я использовал это время чтобы сообщить гоблину, что он молодец. Ну вот реально, если бы он не пугал птиц всё это время, какая-то падлюка точно наделала бы нам на голову.

Надо бы ещё купить шапок, когда придём в другой город, а то я со своим плащом остаюсь единственным кто защищён от палящих лучей солнца и обстрела пернатых.

Другие планы на будущее тоже можно попытаться перестроить, даже можно перестать уповать на дождь, и вместо этого просто помыться в реке. Хотя, после встречи с рыбой в той пещере, мне чёт ссыкотно в реки лезть. И всё же, глядя на Арию, стиль волос которой начинает медленно переходить в афро, и на Гильома, который явно не привык быть таким нечистоплотным, у меня появляется желание пойти против своих страхов и избавить нас от бремени нечистоплотного бытия.

Чего только не сделаешь, чтобы погладить приятные на ощупь волосы, и чтобы не смотреть на грустное ебало священника.

— А смысл тогда такую обиженку строить из себя? Наконец произнёс Кирилл то, что сейчас гложило его душу.

— Смысла не было, просто я наебал тебя чтобы посмотреть насколько ты смешно оправдываешься.

— И все эти разговоры о высоком, всё это тоже ложь? Произнёс Кирилл голосом полным неверия.

— Про это? Неа, я действительно собираюсь переходить на другой жаргон, но это как-нибудь потом.

Потом, потом. Зачем я пёрся в этот треклятый лес? Тут настолько скучно, что мне даже приходится говорить с доспехом. Кстати странные ощущения от этого диалога, чисто из-за того, что его говорящий котелок в это время находится на мне. Он же издаёт звуки ветром, и весь этот сквозняк проходит сквозь меня.

Могу поспорить что пока он говорит, мои отросшие патлы красиво развеваются, как если бы они были на ветру.

— Слушай, Кирилл, а как именно ты говоришь? Ты типа, магию для этого используешь, да? Спросил я в порыве любопытства, прекратив размышления о своей красоте.

— Именно так, мой лживый друг.

— И откуда ты берёшь эту ману? Или, она генерируется вне зависимости от того, мешок ли ты с костями или нет?

— Я не генерирую ману, а храню я её в самом себе, раскидав по всему доспеху.

— Ничего себе, так ты человек-батарейка! Прошу прощения, доспех-батарейка.

— Зови как хочешь, но делай это уважительно.

— Ты ещё не заслужил уважения. Хохнул я, и дал леща по нагруднику. — А вот откуда ты тогда берёшь ману, если сам не генерируешь?

— Как откуда, из тебя высасываю.

Вот тут я прекратил толкать телегу и начал снимать халявщика, который платит оскорблениями за жизнеобеспечение.

— Серёг, остановись Серёг! Я мало потребляю, совсем крошечное количество и лишь ту ману, что ты выделяешь, внутреннюю я не могу затронуть, не проникнув в чужое тело! Начал оправдываться вор бесстыдник.

— Ты паразит ёбанный, какая к чёрту выделяемая мана?

— Каждое существо выделяет ману, вне зависимости от того, владеет ли оно магией или нет. Именно из-за этого покрытия, ты и не можешь создать огонь внутри другого живого существа, или тупо заморозить его кровь.