Чтение онлайн

Рангар с остервенением потряс головой, борясь с подкатывающейся дурнотой. Снова заныли мышцы. Что это было, что?! ЧТО?! О, он бы дорого дал за возможность узнать ответ на этот вопрос. Да и на кой-какие еще... Всю его самоуверенность смело, как ураганом, и впервые Рангар ощутил себя никчемной щепкой, оказавшейся во власти могучих противоборствующих сил. Остро царапнуло сердце, будто подталкивая изнуренный мозг _вспомнить_. Неужели нечто подобное уже было с ним в той, прошлой жизни? Вопросы, одни вопросы...

– Ничего, придет время и ответов, - услышал он чей-то голос и испуганно оглянулся. Потом криво усмехнулся, сообразив, что это произнес он сам. Да, если так пойдет дальше, то скоро он своей тени начнет пугаться... Бесстрашный боец-гладиатор, непобедимый Рангар Ол, мать его... О, еще одно новое слово вспомнилось!

И тут Рангар начал смеяться - безудержно, до всхлипов и колик в мышцах живота, и без того налитых болью...

Он оборвал смех так же внезапно. Ему было оглушительно стыдно и до тошноты противно самого себя. Надо же, докатился до истерик... скоро в обмороки, поди, падать начнет... как девица, уколовшая иголкой пальчик и узревшая капельку крови... Нет, так не годится.

Рангар поднялся с травы, которую обследовал в поисках пепла, и на трясущихся, непослушных, тряпичных ногах прошелся по поляне. Прислушался к дыханию спящего Тазора. Что ж, главное, рыцарь жив. Но... Он дернул головой, отгоняя назойливую мысль, но она все же прорвалась в сознание. Точнее, это была не просто мысль, а умозаключение. Логический вывод. Итак, если все произошло _на самом деле_, то как Тазор смог узнать, что приближающаяся к нему девушка - ведьма? Если она смогла обмануть даже его, Рангара? Ведь Тазор не маг, он даже волшебный огонь зажечь толком не умеет, не говоря уже о втором зрении...

Логический тупик породил злость на самого себя, что, как известно, является неплохим эмоциональным стимулятором. Рангар, словно издеваясь над собственным телом, трижды в предельном темпе повторил весь комплекс упражнений боевого искусства, известного ему из прошлой жизни. Но это пошло ему только на пользу. Улеглась боль в мышцах, тело вновь стало сильным и послушным, и даже сознание очистилось от ужаса пережитого и горечи безответных вопросов. Впрочем, не совсем. Остался некий уголок сознания, в котором эта ночь осталась навсегда.

Заря занималась с трудом, с потугами, солнце рождалось словно в долгих муках, рывками поднимаясь из розовато-серой мглы на востоке. Бледное небо было исполосовано багрово-сиреневыми рубцами высоких облаков, словно некий исполин отхлестал его в кровь немыслимо огромным бичом.

Первым проснулся Фишур (Рангар решил никого не будить) и, высунув из-под плаща помятое лицо, хмуро уставился на Рангара.

– Что, уже утро?

– А что, непохоже?
– у Рангара вдруг проснулась язвительность. Фишур единственный из четвертых безмятежно продрых всю ночь.

– Ты, смотрю, не в духе.
– Фишур распеленался и встал, смачно потягиваясь.

– А ты хорошо спал?

– Отвратительно!
– с чувством произнес Фишур.
– Мне пес время мерещились какие-то чудовища, пока я не принял меры.

– Меры?
– Рангар поднял брови.

Фишур смущенно хихикнул и извлек из-под плаща флягу. Судя по всему, пустую.

– Ага!
– с сарказмом проговорил Рангар.
– Да, это универсальное средство. Даже завидно...

– Вы сами порешили, что в эту ночь я выходной!
– с обидой провозгласил Фишур.

– Выходной... ну да...
– медленно вымолвил Рангар. Мысли его вновь забежали на запретную территорию, и душная волна на миг затопила сознание.

– Что-то ты сегодня не такой, Рангар, - сказал Фишур, внимательно приглядываясь к тому.

– Какой есть, - буркнул Рангар, отвернувшись.

Фишур покачал головой, но развивать и углублять явно взрывоопасную тему не стал, спросив:

– А почему Тангор и Тазор еще дрыхнут?

– Иди буди, - безразлично отозвался Рангар, не поворачиваясь.

Лицо Фишура как-то неуловимо изменилось, он некоторое время смотрел в затылок Рангару застывшим от мысленного Напряжения взглядом. Вряд ли он додумался до чего-то обнадеживающего или хотя бы приемлемого, потому что лицо его носило явный отпечаток неудовлетворения, когда он наклонился и потряс за плечо тиберийца.

Тангора будто кто-то подбросил вверх; он сел, лихорадочно протирая глаза.

– Что... что случилось?!

– Неужели что-то должно было случиться, а, Тангор?
– сладким голосом спросил Фишур.

– Я говорил - дурное это место. Не послушались. Ну и вот.

– Что вот? Кстати, друг Тангор, я ведь тоже, как и ты, забраковал это место для ночлега. Что же было ночью?

Тангор пожал плечами и с тревогой посмотрел на отвернувшегося Рангара.

– Как ты, брат?

– Нормально.
– Рангар повернулся с фальшивой улыбкой на устах.
– Все хорошо, и мы скоро продолжим наш путь.

– Что-то ты темнишь, брат...
– И обращаясь к Фишуру, продолжил: - Когда я разбудил Рангара на вахту, он был... как будто больной. Едва-едва встал. Правда, потом это быстро прошло, и он стал таким, как обычно. И я уснул.

По лицу Рангара словно прошла короткая судорога. Но голос его прозвучал спокойно:

– У меня сложилось впечатление, что здесь имеют место некие миазмы... ядовитые испарения, возможно, или запах растений. Нам всем снились кошмары - кому поменьше, а кому... Фишур, будь добр, разбуди Тазора.

Это оказалось не простым делом, а когда Фишур все же растолкал его, рыцарь с тонким вскриком подхватился на ноги, схватившись за меч.

– Надеюсь, благородный Тазор, сей возглас не будет засчитан высшими силами как нарушение обета молчания, - добродушно усмехаясь, сказал Фишур.
– Тебе приснился дурной сон?

Поколебавшись, рыцарь кивнул утвердительно.

– Ну, в этом нет ничего удивительного. Прошедшая ночь всех нас щедро одарила кошмарами. Особенно, если не ошибаюсь, нашего доблестного Рангара, не так ли?
– и Фишур, быстро обернувшись, посмотрел Рангару в глаза.

– Я не собираюсь ни с кем обсуждать эту тему, - ответил Рангар чуть более резко, чем это диктовалось ситуацией.

– Извини, Рангар, - Фишур прижал руки к груди, - и не подумай, что я чересчур любопытен... Просто - запомните все, что я сейчас скажу, - придет время, когда каждому из нас _нечего_ будет скрывать друг перед другом. А до этого мы - хоть и называем себя друзьями - просто спутники, пусть даже и связанные кровной клятвой.