Чтение онлайн

– Я в курсе про вирус и ДНК, – вставил я свои пять копеек.

– Так почему ты думаешь, что здесь должен быть рай? – спросила Ольга. И не дав мне ответить, продолжила: – Твой мозг, долгое время осознававший, что только мужчина может стрелять, убивать, сражаться, зарабатывать и кормить семью, никак не может принять, что то же самое может делать женщина? Когда ты уже поймешь, что от женщин твоего мира у нас осталась большей частью оболочка и функция продолжения рода. Как ты там меня иногда обзываешь? – задумалась моя супруга. И хмыкнув напомнила: – Мужик в юбке?

– Это я так шутил. И всего один раз, – вскинул я в защитном жесте руки. – Согласен, шутка глупая, но я за неё уже извинялся. И настоящей, в моем понимании, нежности в тебе более чем достаточно.

– Да, да, я помню, – усмехнулась Ольга. И произнесла: – Будет правильнее считать, что в нас осталось все от настоящей женщины, но к этому добавилась сила и решительность мужчин твоего мира.

Тут наш диалог прервал излишне эмоциональный возглас от журналистки, ведущей репортаж. А там события развивались как в каком-нибудь боевике. Автомобиль с преступницами выскочил на набережную Волги и на всех парах понесся к причалам. "Вот как они собрались эвакуироваться", – подумал я. И тут метрах в трёхстах перед внедорожником практически одновременно приземлилась два тяжелых МПД.

"Вероятно, из вертолета десантировались с помощью специальных модулей," –мелькнула у меня мысль при взгляде на столб огня за спиной этих штурмовиков. "И это не полиция, у тех даже средних МПД нет, это клановые воительницы," – снова подумал я. Двойка пехотинцев одновременно открыла огонь из плазменных пушек, и я уже ждал, что машина вспыхнет, как свечка, и взорвется согласно законам жанра, но вокруг него замерцало защитное поле, прикрыв от первых выстрелов. "Ты смотри, как хорошо подготовились", – продолжило комментировать увиденное мое подсознание. МПД тут же добавили к выстрелам из пушек залп из ракет, выпущенных с небольшим интервалом. Ракеты поочередно стали взрываться, остановленные защитным полем амулета. И когда я уже начал думать, что несущийся внедорожник столкнется с штурмовиками, последние ракеты прошили-таки защитное поле. Машину от взрыва подкинуло, после чего, перевернувшись в воздухе, она рухнула на асфальт, сминая крышу. Воительницы, не удовлетворенные полученным результатом, продолжили долбить плазмой по загоревшейся машине. Вдруг из полуоторванной двери автомобиля, обращённой как раз в сторону ведущих огонь МПД, выползла женщина и, подняв руки над головой, в универсальном жесте "сдаюсь, не стреляйте", попыталась отойти от машины."Похоже, одаренная, да еще и с амулетом была, раз смогла выжить", – пришла ко мне мысль. Но поднятые руки не спасли девушку. Я с удивлением смотрел, как штурмовики безжалостно расстреляли уже сдавшуюся преступницу. От начала появления тяжелых МПД и до расстрела на месте последней выжившей из группы бандиток прошло минуты две. А едва воительницы перестали стрелять, как к месту событий тут же подкатили машины полиции, пожарная и даже скорая. Видно, стояли где-то недалеко, ожидая, пока штурмовики прекратят огонь. А репортер тем временем радостно вещала как минимум на все княжество:

– Как вы можете видеть, уважаемые телезрители, только что на ваших глазах восторжествовала справедливость и, в лице личной гвардии княгини Ольги, покарала этих жестоких убийц.

Репортерша что-то там ещё говорила, но я уже отключился от сюжета, с удивлением вопрошая жену:

– Милая, я что-то не понял, – вкрадчиво начал я формулировать свой вопрос, – а почему это твои девочки так жестоко сработали? Зачем добивали последнюю и несопротивляющуюся выжившую? – И, выдохнув, добавил: – Вроде суд в Нижнем Новгороде ещё не отменили.

– Суд уже был, и их приговорили к смерти, – равнодушно пожала плечами моя супруга.

– И когда это успели сделать, они же только-только кого-то грабанули? – удивленно спросил я.

– А пока ты Софию на спине катал, тогда я и отдала приказ на ликвидацию, – выдала мне офигительную новость моя жена.

Я завис на пару секунд, а потом ошарашено изрёк:

– Солнце,можно с самого начала, а то мне начинает казаться, что я четыре года проспал, раз не в курсе таких занимательных подробностей еще одной стороны жизни моей очаровательной жёнушки.

– Ну ещё бы ты был в курсе, – с явным сарказмом ответила моя половинка. – Ты же у меня такой занятой, сначала МПД изучал, теперь на пилота робота обучаешься, где же тебе, бедненькому, найти время, чтобы почитать про права и обязанности собственной жены, которая, если ты припоминаешь, является правительницей собственного удельного княжества.

Последние свои слова Ольга проговорила явно повышенным тоном, превращая их в обвинительную речь прокурора.

– Никогда не знаешь, что может в жизни пригодиться, – попытался я погасить назревающий скандал. И добавил: – Возможно, это когда-нибудь спасет мне жизнь.

– Если кое-кто не будет искать приключений себе на задницу, то это не пригодится, – жестко отрезала Ольга.

"Фуф, – выдохнул я мысленно и, усмехнувшись про себя, подумал, – про мое участие в турнире точно сейчас не стоит говорить, сожрет вместе с роботом"

– Мама, не лугайться на папу, – вдруг выступила в мою защиту трехлетняя дочь.

Я еще даже не начинала, солнышко, – ласково улыбнулась Оля. – Мама просто напомнила папе, что есть вещи поважнее игрушек.

– Папа, а какие у тебя игхлушки? Дашь мне поигхлать? – тут же зацепилась за ключевое слово София.

– Конечно, – улыбнулся я, – только подрасти сначала.

– Ну вот, малышка, куклы спят, и кое-кому тоже пора ложится спать, – нежно проворковала Ольга.

Сегодня София не спорила, поэтому, обняв поочередно нас с Ольгой и пожелав спокойной ночи, выбежала за дверь, где её тут же подхватила на руки Яна. Моя жена, закрыв за дочкой дверь, вернулась ко мне и хотела сесть на диван рядом со мной, но я её перехватил и усадил к себе на колени. И, не теряя лишних секунд, принялся жарко целовать свою супругу, в то время как правая рука уже забралась под блузку и вовсю тискала волшебную грудь. Спустя короткое время Ольга, оторвавшись от поцелуя и с хитрым прищуром посмотрев на меня, иронично сказала:

– Не подлизывайся, двоечник, до сих пор основополагающих моментов не знаешь.

– Солнце, ну ты же видишь я стараюсь, – попытался оправдаться я.

– Я повторюсь, но единственно важное в твоем старании – это изучение источника, – наставительным тоном проговорила моя жена. – А ты распыляешь свои силы на вещи, которые навряд ли тебе пригодятся.

– Ну я же рассказывал тебе про книгу, прочитанную в детстве, – в десятый уже раз начал я свою, объясняющую мою неуспеваемость речь. – Эти роботы, как ожившая мечта, и желание научиться управлять этими машинами сильнее доводов разума.

– Мечтатель, – потеребила Ольга мои короткие волосы, потом вздохнула и начала просвещение жуткого двоечника в моем лице.

– Одна из моих должностей – это верховный судья, и помимо рассматриваемых мной апелляций от людей, не согласных с приговором городского суда, я выношу решения по особенным делам, таким, как сегодня.

Ольга замолчала, а я тут же воспользовался паузой и нетерпеливо спросил:

– Я это понял, но мне не ясно, почему их убили на месте. Где открытый процесс с доказательством их преступления и приговором суда к смертной казни?

– А зачем такие сложности? – спокойно ответила моя княгиня. И добавила: – Если бы у них была просто кража, тогда да, – такие жестокие меры выглядели бы чрезмерными. Но трое из этих четверых бандиток при ограблении ювелирного магазина убили трёх человек. Так что все справедливо, смерть за смерть.

– Так стреляли только трое, получается, – зацепился я за нестыковку. И горячо продолжил:

– А если четвертая девушка там вообще случайный персонаж? Вдруг её заставили как-то принять участие в этом нападении, шантажом, например, или она вообще в первый раз пошла на такое преступление, её тогда за что?