Чтение онлайн

– В моем мире бытовало мнение, что для зачатия женщине не требуется мужчина, она вполне может забеременеть и без него, только рождаться будут одни девочки. У вас как с этим вопросом? – попытал я Ольгу.

– Есть такой момент, -кивнула Ольга, – Многие однополые семьи для зачатия используют яйцеклетки друг друга. И у них рождаются девочки.

– О-о, – протянул я. Задумался и задал очередной всплывший вопрос: – Слушай, а ты мне как-то говорила, что у одаренной женщины всегда рождается одаренная.

– Да, все верно.

– А если взять двух одаренных женщин, например, Валькирий, какой силы будет ребенок?

– Никакой.

– Но почему? – удивленно спросил я.

Ольга вздохнула и повозилась, устраиваясь в нашей кровати, где мы вдвоем и лежали.

– Я не генетик, и возможно, то, что я скажу, будет звучать немного неправильно. Но суть вот в чём. Ген источника встроен в структуру ДНК любого человека. Расшифровать его до сих пор не смогли. Единственное, что выявили, – у одаренных женщин этот ген один, у тех, кто со спящим источником, другой, а у мужчин вообще не похожий на первые два. Более того, у разных одаренных, в зависимости от ранга, он тоже отличается. Разницу генома в зависимости от стихий пока не нашли, но мне кажется, она тоже есть, повторюсь – его еще не расшифровали. Лет восемьдесят назад, когда научились делать экстракорпоральное оплодотворение, в просторечии ЭКО, начали проводить исследования по твоему вопросу, которые не прекращаются до сих пор.

Ольга ненадолго прервалась и продолжила:

– Девочки рождаются всегда и без особых проблем. Но если использовать только женские яйцеклетки, то всегда будут рождаться простые, неодаренные дети. А используя мужские гены, одаренная женщина родит одаренного ребенка, и если беременная женщина была из простых, то её ребенок тоже может стать одаренным.

– А сделать так, чтобы рождались одни мальчики, нельзя? – спросил я.

– В теории можно, но даже если выделять из семенного материала только Y-хромосомы, то большой частью продолжают рождаться девочки. У некоторых животных пол зависит от температуры среды, при которой развивалась особь, а у нас пол ребенка определяет источник. И, к сожалению, закономерность, по какой именно системе это делает наш инопланетный и полуразумный гость, до сих пор не выявлена. Кстати, ограничение максимума на троих детей связанно именно с этим. Основная версия – чтобы женский организм не перегружался.

– Тогда я не понял. Ты говорила, что у меня абсолютно чистая ДНК, а как тогда София родилась с таким сильным источником?

– Во-от, – протянула Ольга. – Ты даже не представляешь, как мучается Виктория. Головой об стенку бьется, а толку нет. А последний год вообще истерит, как не знаю кто.

– А что случилось? – спросил я.

– Твое ДНК изменилось, теперь там тоже есть ген источника, – ответила жена. И усмехнувшись, добавила: – И Виктории очень не терпится посмотреть, каким будет наш следующий ребенок.

– Как будто ей больше не на кого смотреть, – недовольно буркнул я. – Чемоданчик с моими генами регулярно к ней приезжает.

– Ну так Валькирии детородного возраста у неё под рукой больше нет, – улыбнулась Ольга. И добавила: – Ярослава уже не может, а Альфы и Беты ей не настолько интересны.

– Слушай, а когда СБ клана искала меня, сверяя ДНК с известными вам родами, они что, не заметили, что мое ДНК отличается? – вспомнил я один момент.

– Нет, – улыбнуласьОльга. – Сотрудница СБ просто закинула твой материал в аппарат и нажала кнопку поиска на соответствие. Какое у тебя ДНК, чем оно отличается – никто и не понял, иначе Марине бы сразу доложили. Марина давно все изъяла, а компьютер почистила, чтобы потом нигде не всплыло.

– А сколько там, говоришь, бегает моих детей от Альф? – попытался подловить я свою жену.

На мой вопрос Ольга стремительно поменяла позицию и села мне на низ живота, слегка наклонившись вперед, отчего в поле моего зрения появился никогда не надоедающий образ её потрясающей груди. Моя жена тяжело вздохнула, отчего её волшебное устройство по привлечению мужского внимания красиво колыхнулось и едва не сбило с пути пару дельных мыслей, которые все же зацепились в мозгу, чудом не затоптанные нахлынувшим желанием.

– Твой отцовский инстинкт меня поражает, -о ткровенно заявила моя половина. – У нас здесь мальчики, обязанные ежемесячно сдавать в банки спермы свою семенную жидкость, относятся к этому абсолютно спокойно и не страдают от того, что где-то гуляют их дети. Даже тех, которые выросли у них на глазах от их многочисленных жен, большинство мужчин воспринимают как неизбежное зло, которое мешает им развлекаться. И все воспитание детей в основном ложится на женщин. Ты же с удовольствием нянчишься с Софией, постоянно требуешь у Агнии привезти сюда Андрея, да ещё и хочешь, чтобы он пожил с нами хотя бы пару недель.

– Потому что я считаю это нормальным, интересоваться и участвовать в жизни своих детей, – веско и почти по слогам выдал я.

– Это было бы почти нормально, если бы ты был обычным мужчиной из этого мира, – устало проговорила Ольга. – Но ты не обычный, и если я начну знакомить тебя со всеми твоими детьми, пойдут вопросы, на которые будет получен единственно верный ответ. Отец всех этих детей – это ты, а посему малышей вполне могут взять и похитить, чтобы разобраться в их генах. Ведь если в роду от одного мужчины так много детей, значит, у него очень хорошие гены, и многие захотят получить образец ДНК хотя бы от твоего ребенка.

Ольга снова вздохнула и жалостливо сказала: – Сто раз уже эту тему поднимали, но ты по-прежнему меня мучаешь. Что ты хочешь от меня при таких обстоятельствах, устроить детский сад из нашего дома? – воскликнула она в конце, чуть не плача.

– Мне парней жалко, вырастят из них не пойми кого, – буркнул я.

Ольга закатила глаза, молчаливо то ли ругаясь на меня, то ли взывая к богу, и устало проговорила:

– Ну я уже сказала тебе, что донесла до всех матерей, у которых родились мальчики, чтобы не смели их баловать. На весь род объявила очередной социальный эксперимент, по воспитанию мальчишек и не только твоих. Что мне еще сделать? – экспрессивно воскликнула моя жена.

– Давно пора было провести такой эксперимент, и не только из-за моих сыновей, – нравоучительно сказал я.

Ольга со стоном завалилась на меня и, уткнувшись в плечо, продолжила мычать что-то невразумительное. В принципе, такая поза мне тоже нравилась и, если бы её красивые волосы не лезли мне в рот, то было бы совсем хорошо.

– Ну что там мычишь, этот вопрос я точно еще не задавал, – отфыркиваясь, спросил я. И добавил: – Если с детства закалять ту же волю и характер, мужчины станут больше походить на мужчин в моем понимании. А вы их балуете, холите и лелеете, вот и вырастает не пойми что.

Ольга, вернувшись обратно в то же положение, посмотрела на меня взглядом учителя, взирающего на нерадивого ученика, который никак не может вспомнить, сколько же будет дважды два.

– Каждый род по-своему воспитывает, – махнула моя жена рукой, – Думаешь, нам нравится вытирать сопли всяким нытикам. Нет! Во всяком случае, среди одаренных женщин как раз наоборот. Сильным обычно нравятся сильные, а слабых мы просто вынуждены защищать, иначе те не выживут. Но если мальчик с детства не способен осилить что-то сложное, если любую проблему он встречает с испугом, а провожает слезами, то что нам с такими делать? Убить? – гневно проговорила Ольга.