Мир за кромкой
Шрифт:
«Назовись! Назовись», – щебетали тени. Они сожрут меня, если я не дам им другое имя, то что можно сожрать. Они будут хранить меня. Станут ходить по пятам. Князь не сможет разглядеть меня настоящую.
«Ремир!» – прохрипела я, но прохрипела твёрдо. Голос не должен дрогнуть ни на йоту, иначе провал, но он и не дрогнул. «Отныне я огненный барон Ремир!» – повторила второй раз, и тени согласились. Тени протекли через меня, сквозь мою кожу. Я снова оказалась в воде. Я снова тону. Меня больше нет. Терия Лорис умерла. Утонула. Всё так. Сердце пропустила удар.
Я свалилась лицом в траву. Я задыхалась. Я задохнусь. Кругом так было темно. Кругом ничего не было. Только дым. Только лёд, хрустящий над головой. Этим всё бы и закончилось. Но не заканчивается.
Мне нужен хранитель, связь с этим миром или я сойду с ума. Мне нужно к Астрис.
Глава 4
Можешь звать меня милорд
Астрис.
Я упала перед ней на колени. Я не помню, как попала сюда. Кажется через окно. Астрис смотрит ошарашенно. Она не понимает, кто я.
– Это я, это я, – прошептала я. Она не поняла, не понимает. Мне слышаться по-птичьи тонкие голоса теней. Я чувствовала: время утекает. Я уже не помнила… Я не помнила! – Это я, это я… Астрис… Помоги мне…
Она покачала головой.
– Я позову врача.
– Астрис!
– Вам нужно…
– Ася…
Она наклонилась ко мне. Она убирала волосы с моего лба.
– Тера?
Я кивнула.
– Тера, что случилось, боги? Тера! – она не кричала, а может кричала. Я не понимаю. Я точно под водой.
Я будто утонула.
Я утонула. На самом деле я утонула, ещё тогда, и здесь не я, а только тень гвардейская.
– Ника…
– Кто? – она наклонилась, чтобы погладить меня по спине. Я видела, что гладит, но рук не чувствую.
– Н-ника… – я запнулась, я не могу. От Астрис пахло чем-то сладким вроде жасмина и мне хотелось плакать, но я не могу заплакать, а говорю и всё происходит не со мной: – Девочка, которую… которая со мной.
– Она устроила пожар?
– Что? – Этот бред почти отрезвил меня. – Нет. Это я. Это я! Из-за меня. Из-за меня. Астрис. Я не хотела, он нашёл меня.
– Кто нашёл?
– Князь. Он явился ко мне во сне. Он хочет знать, где ты. Я не смогла его прогнать. Я подожгла себя и всю таверну во сне. Я не хотела, Астрис. Так получилось. Я не хотела. Он был там. Он настоящий. Боже…
– Рьяла Светозарный!
– Нужно уйти. Нам нужно уйти. Помнишь, ты говорила? Ты говорила, нужно уйти. Давай уйдём? Пожалуйста, давай уйдём Астрис?
– Хорошо.
– Сегодня? Уйдём сегодня? Он найдёт нас… Он… у меня даже меча теперь нет. Я… забрала вещи. Я забрала. Нам хватит денег. Давай уйдём? Мы же уйдём?
– Утром.
– Утром, – повторила я за ней. Утром. Уйдём утром.
– Скажу Рею. Боже… Эти твои чары…
– Он нашёл меня. – Кажется, она теперь разозлилась, у меня не получается остановиться. – Так он не найдёт меня снова. Скажи Рею, что я твой друг из Академии, что мы учились вместе. Что я узнал, что за вами охотится князь. Хочешь я сама скажу?
– А ты?
– А я умерла. Сгорела.
– Я скажу, что ты решила остаться в городе.
– Астрис!
– Сходи в душ и ложись спать. Возьми моё полотенце. Я разбужу тебя.
– Я не засну…
Она уже вышла. Астрис…
Утром мне стало полегче. Утром я просто встала, но в голове и над головой ещё плескалась густая черная вода. Мир стал серей на несколько тонов. Или это просто утро выдалось такое? Нужно было спуститься к Нике. Я почти вышла на лестницу, чтобы спуститься к Нике. Я бы сказала Нике: прости, нам нужно уехать. Злой человек ищет нас. Но Ника надышалась дыма и, наверное, ещё спит, и мне страшно её будить, мне совестно её будить. А я ещё барон, Зютов барон Ремир в жарких красных сапогах. Даже Астрис меня не узнала. Значит чары вышли крепкие.
Я смотрела на себя в коридорное зеркало. В зеркале отражался мальчик. Растрёпанный щуплый мальчик с обгорелым носом с веснушками на щеках, с тоненькими ручками. Если я барон, я должна смотреть по-другому. Я должна быть наглой, выпрямить спину, нос задрать, пусть он и обгорелый. Ника меня не узнает. Ну и ладно. Так будет лучше для Ники. Я и без того подпортила ей жизнь. Я показала средний палец отражению. Я поправила рубашку, чтобы не было видно нагрудника. Я надела нагрудник под низ, потому что щеголять в латах в занюханном городишке глупость та ещё, и тащить латы в рюкзаке не хотелось, он и без них тяжеленный. А ещё нагрудник прячет грудь. Чары, конечно, тоже прячут, но мало ли.
Астрис с Реем сидели в столовой перед тремя тарелками овсянки.
– Это твой столичный друг? – сказал Рей вместо приветствия.
Я рухнула на стул поближе к Астрис. Стул скрипнул и проехал назад, остановился уперевшись в соседний стол.
– Зют! – сказала я, и это тоже не было похоже на приветствие.
– Да, это мой столичный друг, – проговорила Астрис выучено и вымученно будто в плохой радиорекламе. Врать она не умела. За неё всегда вру я.
– Барон Ремир! – я улыбнулась так широко, как только могла, – Рад встречи, – и протянула блондичику руку.
– Р-раймонд, – ему пришлось встать и перегнуться через стол. Барон Ремир вставать не собирался. Да ещё и стул этот. – Вы…
– Мы вместе учились. У нас ещё будет время познакомиться поближе. Это что кофе? – Я потянулась к стакану. – Дрянь какая!
– Это какао, – прошептала Астрис. Этот маскарад, маскарад, адресованный, как ей казалось, её блондинчику, Астрис бесил.
Барон Ремир брезгливо оттолкнул стакан.
– Не будем медлить. Чем быстрее мы отсюда уберёмся, тем лучше.
– У меня ещё смена, – прошептала она, – я обещала отработать до обеда.
Блондичик молчал, блондинчик никому ничего не обещал, а только буравил меня своими синенькими глазками. Если бы я его не знала, испугалась, что он заметил чары. Но Раймонд граф Тормийский, как прочая знать колдовать не умеет.
– Хорошо, – я кивнула. Я кивнула очень благодушно. – Я пока подыщу нам повозку и…
– Да во имя Рьялы! Куда мы вообще едим?! – наконец взорвался блондинчик. Он давно зрел. Явно ещё до появления барона.