Мир за мир
Шрифт:
— Ещё раз добрый день, дамы! — голос мужчины звучал слегка иронично. — Меня зовут Артур, а вы, я так понимаю, Кристина?
— Да, — женщина, чуть привстав, мило улыбнулась. «А глаза-то — умные. Нет, Оксане не обломится! Неужели со мной знакомиться пришёл?»
— Приятно познакомиться! Оксана, Ната сказала, что у вас барахлит розетка, может быть, посмотрим?
— Да-да, пойдёмте покажу! — они прошли в комнату. — А вы умеете чинить розетки? Мой-то… — хозяйка была в своём репертуаре.
Кристина со стыдом схватилась за голову:
— Наталь, ты что, такого мужика — Оксане?! Видишь, как она клеится сразу? — женщина приглушила голос до шёпота.
— Ни Оксане, ни тебе, не волнуйся, — успокоила её Лесная Сестра. — Артур — стихиаль Воздуха. Не только я учениц беру.
— Лёня? — сообразила Кристина. — Знаешь, было бы здорово! Умный мальчик, такой учитель ему и нужен! Только мама у него, ты же видишь…
* * *
— Мама! — ворвалась Белка. — Ната! Ура!
— Здравствуйте! — смущённо выдавил из себя юный джентльмен лет восьми.
— Добрый вечер, — кивнула Лидия Николаевна.
— Добрый вечер! — выложил весёлую улыбку Страж Вихрей, незаметно изучая мальчишку. «На первый взгляд — да, возможный ученик. На второй, впрочем, тоже».
— Мам, пойдём домой! — девочка настойчиво тянула Кристину за рукав. — Мы такую обезьянку видели!
— Я с вами, можно? — подмигнула Лесная Сестра.
— Артур, давайте хоть чаю попьём? — тоскливо, хотя ей самой казалось — кокетливо, посмотрела Оксана.
* * *
— Ба, а почему у тебя булавка в зубе? — выпалила Белка.
— Какая булавка? — не поняла Лидия Николаевна.
— Ну, в зубе… — девочка загибала пальцы. — Который третий с края, внизу.
— Мама, у тебя же искусственный зуб на штифте! — сообразила Кристина.
— Фигасе! — выдохнула Ната. — Белочка, а ты только у бабушки такое видишь или у всех? Ну, бяку всякую?
— Бяку? — Белка начала вспоминать. — Видела в зоопарке, что у одной тёти гриб растёт вот здесь, — она показала на низ живота.
«Миома», — поняла Лесная Сестра. — «Так вот что может Белка!»
— На себе не показывают! — машинально одёрнула внучку Лидия Николаевна. — Белка! Ты что, это видела?
— Да… А это нельзя?
— Ведьма… — в ужасе прошептала бабушка. — Рыжая… Доченька, говорила я тебе — не путайся с этим Димой! — она тихо заплакала, обессиленно опустившись на стул. — И Ната твоя ведьма, потому и ходит к нам — ученицу себе готовит!
— Лида… — Лесная Сестра приобняла женщину. — Я фея, а не ведьма.
— Ну нет, добрые феи только в сказках бывают! — зло посмотрела на всех Лидия Николаевна. — А в жизни — одни злые ведьмы! Сглазили внучку мою, — она резко поднялась. — Где у меня святая вода была? И завтра же в церковь на отчитку! И серёжки ей надену, чтобы не сглазили больше! — бабушка вытаскивала все суеверия, сваливая их в одну кучу.
— Мама, какая отчитка? Нет здесь никаких бесов! — начала с жаром возражать Кристина. — Средневековье какое-то! Как что непонятное — так тебе сразу бесы? А святая вода — ну дай ты Белочке, увидишь, спокойно выпьет.
— Только пусть эта ведьма уйдёт! — Лидия Николаевна достала серебряную фляжку с крестом. — А то испортит воду!
— Хорошо, — не стала спорить Ната. — Через пять минут вернусь, — она поднялась со стула и исчезла.
— Мама, не богохульствуй! — взвилась Кристина. — Да, ты именно богохульствуешь! Ставишь Христа на один уровень с колдунами! Как освящённую Самим Господом воду может «испортить» присутствие феи? Да даже все силы ада не смогут! Это черти святой воды боятся, а не наоборот! Белочка, помолись сначала, хотя бы просто «Господи, благослови».
— Господи, благослови! — очень серьёзно произнесла девочка и медленно выпила воду.
— Ох… — слегка воспрянула духом Лидия Николаевна. — Ну хорошо, нет никаких бесов, но жить-то ей как с этим? В психушку ведь посадят! — пожилая женщина подсознательно понимала, что реакция чиновников на такой феномен не будет ничем отличаться от её собственной.
— Пусть только попробуют! — вновь появилась Лесная Сестра. — Белочка, но ты, в самом деле, никому не говори, что видишь, только маме или мне.
— А бабушке можно? — уточнила Белка.
— Да, теперь и бабушке можно, но больше никому. Лида, ну чего ты боишься? Внучка твоя людей спасать будет, как ты не понимаешь?
— «Людей»? Хозяев она пользовать будет в кремлёвской больнице, а не людей! А то и вообще в Штаты уедет!
— Ну уж нет! — возмутилась Ната. — То есть да, но на общих основаниях. Для фей нет разницы между олигархом и бедняком. Если Лесная Сестра начнёт искать власти и пренебрегать простыми людьми, она быстро потеряет свой дар.
— Лесная Сестра? — ахнула Лидия Николаевна. — Так ты — Лесная Сестра? Ох, прости меня, дуру старую!
* * *
Страж Вихрей с жалостью смотрел на суетящуюся женщину. Какие же они все разные — русские юдольщицы! Мать Ани, когда они познакомились, хоть несла знамя своего страдальчества — несла с отвращением и оттого с удвоенной гордостью, а эта Оксана… Да у неё попросту нет своего мира! Какие-то куски на ментальных щупальцах окружающих бабонек — не более того. А у самой половины щупалец недостаёт, а всё равно чешутся — такой вот фантомный зуд. «Щупальца…» — усмехнулся он про себя. — «Удачно Кристина выразилась, наш человек!»
— Вы… муж Наты? — с надеждой на «нет» спросила Оксана.
— Нет, она не замужем, — Артур не принял игру и не сказал «я не женат», чтобы женщина не обнадёживалась в попытках подкатить. — Кстати, может быть, на «ты»?
— Давай, — улыбка женщины была вполне искренней, но всё равно какой-то слизистой. — Зови меня Ксюша, что ли?
— А можно «Кси»?
— А тебя тогда как — «Арчи», как в Англии?
— Ну, меня кое-кто Туриком называет, — засмеялся Страж Вихрей.