Чтение онлайн

– Каким будет мое будущее… Есть смысл его проживать… – он опускает мокрый взгляд вниз, ни на чём не сконцентрированный и никуда не устремленный. В голову врезается один момент из прошлого, который произошел с ним здесь, практически недавно. «В этой же комнате, у этого же самого окна, где-то полгода назад, примерно в это же время я стоял с Мамой на фоне огромной луны…»

* * *

– Когда смотрю вниз, так и хочется прыгнуть. Меня так и тянет вниз.

«Она сказала – прыгнуть? Вниз? – Пораженный Сарри смотрит на Маму. – Не ожидал от нее такое услышать. Конечно, она не имеет в виду проститься с жизнью, выпрыгнув из окна двадцать первого этажа, но, всё же… при всей своей боли мне такого делать не хочется».

– У меня такого нет, – отвечает Йаген Маме, указывая пальцем на Луну. – Я, наоборот, хочу наверх…

* * *

«Воспоминание короткое, но такое значимое, засело довольно глубоко. Я и сейчас не горю желанием прыгать», – Сарри поднимается на ноги и, не отрывая от луны глаз, медленным шагом направляется к окну.

– Не знаю, слышишь меня или нет, но я никогда не хотел никому зла. Честно, я в своем уме, я бы не умер никогда… – с трудом юноша проглатывает ком в горле, продолжая идти. – Я отдам всё, что у меня есть. Если после всех потраченных сил, нервов и времени у меня ничего не получится, если… если меня постигнет неудача, то дальше жить смысла я не вижу. И, нет, я не боюсь так много говорить, и не боюсь писать так много, пусть слышит каждый – я не выдержу и дня на Земле, будучи несвободным.

Находясь в некой прострации от пережитых за сегодня чувств и эмоций, Сарри, свесив расслабленные руки, роняет голову на подоконник, больно прижимаясь лбом. Ощущение легкой антигравитации лишь подтверждает, что он не в себе. Дрожа из-за холода, Йаген опускается под окно и прислоняется к горячим батареям… где замечает свой телефон.

Личная Замета. Запись 2113.

Что со мною стало, ведь рос нормальным ребенком? Почему другие сильные, а я нет? Я чего-то не знаю, что знают они?

Как же надоело это всё писать. Как же надоело всё это читать! Бред какой-то и сплошное нытье!

Что со мною стало? Я не таким хотел быть.

Круто замахнувшись, Йаген снова швыряет телефон в стену, отчего тот ударяется о тумбу и разбивается вдребезги.

– Хватит! Больно! – заплаканный, дрожащий, встает он с места и открывает окно. Холодный воздух ударяет в лицо и паром врывается в комнату. Мороз мурашками пробегает по телу. Йаген закрывает лицо левой рукой и осторожно поднимает правую ногу, которую далее ставит на подоконник, держась свободной рукой за раму окна. Затем с помощью опоры правой ноги, подпрыгнув, встает в полный рост на подоконник двадцать первого этажа… Убирает левую руку и открывает глаза. Изумленный видом, который открывается для него впервые, Сарри оглядывается вокруг и останавливает взор на огромной Луне, смотрящей прямо на него.

Диалог в голове: Ангел и Сарри

«– Ты хочешь умереть?

– Нет.

– Будешь прыгать?

– Да.

– А если кто-нибудь зайдет?

– Нет… значит, не сегодня»

– …Надеюсь, никто не зайдет.

Внизу во дворе лежат аккуратные двухметровые сугробы. Вокруг никого, бегает только тройка длинношерстных золотистых борзых, время от времени облаивающих друг друга. Сарри не обращает на них внимания, сейчас его волнуют только сугробы: «Какие они?.. Большие? Мягкие?.. Нет ли внутри чего острого?.. Твердого?» Сарри они кажутся весьма безобидными:

– Интересно, падать будет мягко?.. … …Могу ли я сам себе предоставить лучший мир? – вполголоса спрашивает он себя и делает один крупный шаг вперед.

– Холодно.

Изо рта идет прохладный пар. Губы ледяные: синие и твердые, точно лед, как и пальцы ног, и пальцы рук, лежащие друг на друге. Сарри лежит на левом боку с закрытыми глазами – сложно их открыть и сложно пошевелиться. Мозг работает, но тело не слушается. «Неудобно лег спать, вот и тело онемело. Забыл на ночь окно закрыть, вот и комната замерзла. Руки, ноги, голова, пальцем невозможно пошевелить!»

Только с седьмой попытки он, всё же, открывает глаза и видит перед собой ничего, кроме белого повсеместного цвета. Сарри неожиданно для себя легко встает на ноги, словно онемения нет…

«Непонятно, что вокруг: то ли стены – то ли не стены, то ли потолок – то ли не потолок. И пол однородного белого цвета: ни углов, ни дверей, ни окон. Я даже не уверен, есть ли подо мной пол». В чистом темно-бордовом плаще с выглаженными рукавами и не надетым капюшоном, Йаген стоит, стараясь понять, где находится, но на ум ничего внятного не приходит.

«Внутри еще такая легкость, будто войн у меня нет: все прошли, и все с победой». Или будто все прожитые годы и вся увесистая ноша бытия разом спали с сутулых плеч на Землю: ни страха, ни волнения, ни боли – ни в плече, ни в голове. ''Ничего'' его не пугает, и даже то, что он тут совершенно один. «Напротив, здесь чувствуется свобода, будто плохого со мной никогда не случится».

Улыбаясь, Сарри задается вопросом, произнеся вслух:

– Неужели я… свободен?

«Что холодно – это точно. Но это не тот холод, убивающий с первых же секунд. Он приятный, согревающий. – Тело сейчас не такое уязвимое; каждая нервная клетка расслаблена, отчего Сарри, не переживая, вольно разгуливает в кромешной белизне… – В голове ни одной мысли. Я не могу дать конкретного объяснения, но мне необходимо куда-то добраться. Главное – идти. Как в старинных байсийских сказках, когда герой просто бредет вперед, неведомо куда и не зная зачем, но главное вперед навстречу к счастью».

Спустя двадцать минут бесцельного хождения ничего не меняется. Пройдя третий километр, Сарри останавливается и в ожидании осматривается по сторонам: «Я же не буду вечность так ходить?.. Что тут еще делать? Кричать?»

– Здесь кто-нибудь есть? – Эхом проносятся предложения. – Почему я никого не вижу? Почему никого не слышу? Выйдите и поговорите со мной… Пожалуйста, выйдите и поговорите со мной.

Только Сарри начинает, как ему кажется, приближаться к стенам, как они тут же отдаляются от него назад. Но он не сдается и бежит, пытаясь догнать хоть что-нибудь, но всё безрезультатно, из-за чего в голове возникают яростные мысли: «Они просто не дают мне выбора, заставляя снова и снова бежать из одной стороны в другую!» Так старается, что в упор не обращает внимания на предмет, взявшийся из ниоткуда. Увидев, куда его привело подсознание, Сарри вздрагивает.

Напротив юноши, в полный его рост, стоит зеркало в прямоугольной золотой раме. Боясь спугнуть предмет, находящийся в пятнадцати метрах, Йаген, ни на секунду не отрывая сфокусированного взгляда, делает к нему маленькие шажки. «Вблизи оно больше. И выше!» Очарованный чистым предметом, Сарри медленно протягивает руку и касается золотого ободка, окончательно убеждаясь, что оно здесь, так же, как и он, настоящее. В зеркале виднеется отражение некого господина, так похожего на Йагена. «Но парень в зеркале не я. Это прекрасный молодой человек с добрым лицом и живыми глазами. Это не я». Отражение немного выше и намного симпатичнее и, несмотря на обычные черты лица, имеет неистово привлекательную внешность и богатый статный вид.

– Я так давно мечтал тебя увидеть.

– Ты знаешь, кто это? – проносится рядом незнакомый властный голос.

Совсем не испугавшись, Сарри оборачивается и, ошеломленный, наблюдает пред собой просто огромного господина с большими белыми крыльями. «Крылья даже больше, чем он сам! Пройдет, раздавит, не заметит!» Большой господин парит на высоте более одного метра. Ростом он метра три, а размах крыльев и того чудовищно, раза в три, больше. Стоит взмахнуть, – вокруг образуется шумный ветер. У Большого господина не видно лица, его скрывает широкий капюшон, как и тела, закутанного в мантию, местами ободранную и по виду миллион раз постиранную. Цвет крыльев немного темнее: старый, изношенный – смотрится грязным.