Чтение онлайн

– Мама переживает. А я не хочу, чтобы она расстраивалась из-за этого идиота, – в гневном голосе зазвучали нежные ноты.

– Сделать то, о чём ты просишь, я не могу. Не потому, что не хочу – не могу.

– Но всё-таки хочешь?

– Нет, – прозвучало очень категорично.

Инга остановилась в комнате с особенно монументальными часами. Большинство из них были напольными или парили в сферах над землёй. Взгляд девушки привлекли три похожие башни коричневых оттенков, от тёмного до светлого с рыжиной. Словно осенняя листва. Резные, с множеством плавных линий и замысловатых украшений.

На стенках первых часов в дереве застыли складки ткани. Инга прочла небольшую надпись под циферблатом: «Швея-ткальщица». Цифровая линейка уходила глубоко внутрь. Стрелки на ней не было.

У вторых часов украшения напоминали вязанные цветочки. Стрелки вновь не оказалось. На табличке значилось: «Швея-вязальщица».

Третьи часы несколько отличались. На их корпусе прорези и царапины образовывали вышитый крестом рисунок. Сам механизм выглядел особенно ветхим, и… Уставшим. Линия циферблата шла неправильной спиралью, и там, где у неё должен был быть конец, она перетекала в начало. По ней мерно, натужно бродила изящная стрелка, говорящая в пользу жизни. Надпись гласила: «Швея-вышивальщица».

– Тогда я просто отдам его тётке. Она ведь за ним пришла!

– Аргх, Лёд, послушай. Я устал с тобой спорить. Но… Пойми одно, твоя мать любит твоего брата. И тебя тоже. Она очень расстраивается, когда вы оба совершаете глупости.

– Может, ты ему это скажешь?

Оглушительно скрипнула половица. Инга поняла, что под ней. Что ж, задерживаться дальше не имело смысла. Девушка побежала обратно к лестнице.

– Ко мне пришли, – в голосе второго человека слышалось облегчение.

– Не уходи от разговора!

Говорившие находились прямо над Ингой, и за очередным витком лестницы она их встретила.

– Э-эм, здравствуйте, – начала она, как только выглянула из проёма, – Извините, не хотела мешать. Но Вы просили меня зайти.

Комната представляла собой просторный кабинет. Здесь тоже мебель имела причудливое расположение. Например, два красных кресла и чудный чайный столик прикручены к боковой стене, а книжный шкаф к потолку. Но всё же основной ориентир был на пол, тот самый нормальный пол.

У круглого окна с синим витражом стоял рабочий стол с секретером, за ним стул. На стуле, закинув ноги на столешницу, а руки за голову, восседал парень. Нагловатого и необычного вида. Он был несколько прозрачнее остальных жителей этого мира. И от него веяло холодом… Хотя куда уж больше? Взгляд его острый, колючий, вцепился в девушку, и ей тут же захотелось отвести глаза. Из-под капюшона ледяной олимпийки выбивались необычайно светлые волосы.

– Здрасьте, – отозвался он.

Девушка неуверенно кивнула.

Рядом с парнем стоял хозяин Башни. Часовщик прислонялся к столу, сложив руки на груди.

– У меня работа, Лёд. Давай мы продолжим этот разговор…

– …никогда, – фыркнул незнакомец, – Все вы одинаковые. Что ты, что мать. Никогда не ищите лёгких путей из-за каких-то там моральных принципов. Бесите меня.

Он скинул ноги со стола. Встал, убрав руки в карманы олимпийки, и спускаясь, толкнул девушку плечом. Она так удивилась, что возмутиться не успела.

Часовщик сжал пальцами переносицу:

– Не сердись на него. Лёд у нас с характером.

– Со скверным… характером. Но я начинаю привыкать. У вас здесь все такие?

– Нет, – улыбнулся хозяин Башни, – Только избранные.

Часовщик и сам выглядел немногим старше неприветливого Льда. Непослушные тёмные вихры торчали в разные стороны, портя аристократический образ. Шестерёнки на сюртуке, как выяснилось, были не просто украшением, а своего рода инструментами первой помощи. Среди прочего Инга разглядела пинцеты, крохотные отвёртки и молоточки. Как раз сейчас он оказывал первую помощь древним часам с кукушкой, разобранным на столе.

– Проходи, присаживайся, – Часовщик указал на своё рабочее место, – Мы, видишь ли, не ждали гостей, потому извини за неудобства.

Инга кинула взгляд на привинченные к стене кресла:

– А нельзя?..

– Не… Башня должна повернуться, а она у меня дама с характером, – он сам подтолкнул девушку к стулу, словно хотел, чтобы та быстрее села, – Так что…

Но опуститься Инге не удалось. Пол заходил ходуном, снизу раздался жуткий треск, и стоять стало сложно.

– Ну спасибо! – Часовщик обиженно перекрикивал шум движущихся камней.

Он успел послать в затрясшиеся на столе детали шар фиолетового света. Магия обволокла шестерёнки, застывая в воздухе, как желе, и не позволяя им разбежаться в разные стороны.

Инга пыталась схватиться за что-нибудь, но не успела. Башня начала двигаться. Словно коробка с безделушками, переворачиваемая неосторожным ребёнком. Комната постепенно клонилась в бок. Девушка упала, не удержав равновесия. Часовщик, давно привыкший к таким поворотам, спокойно спускался по наклонявшемуся полу к стене, которая теперь становилась полом.

Инга скатилась по одной поверхности и кубарем выкатилась на другую. От жуткого шума в ушах звенело, и на мгновение все звуки пропали.

– Значит, как я прошу, так мы капризничаем. А девушке не удобно – так это пожалуйста! – возмущался Часовщик.

Постепенно всё приходило в норму. Ну… Относительную норму. Башня наклонилась на бок, и теперь всё резко оказалось по-другому. Лестница вниз стала проходом в стене. Высокое окно находилось на уровне земли, а на рабочий стол можно было смотреть сверху.

Девушка пыталась собрать в голове это перемещение.

– Женская солидарность, – фыркнул парень, подавая Инге руку, – Ты как?

– Вроде… Ничего, – она потёрла ушибленную голову.

Боль была настоящей.

– Что ж, зато теперь гораздо удобнее. Присаживайся.

Часовщик вновь повёл гостью, но на этот раз за чайный столик в окружении красных кресел. В шоке от происходящего, девушка плюхнулась в нежные бархатные объятия.

Миль так и не проснулся. Вот же соня!

– Что ж, – Хранитель опустился напротив, – Зачем ты пришла?