Чтение онлайн

– Намишто!* - произнес кто-то моим голосом. Я открыл глаза и посмотрел на своего недруга, замершего в паре сантиметров на меня. Мой рот, словно живя отдельно от всего остального моего тела, повторил: - Намишто! На кэр акадякэ!** (* "плохо"; ** "не делай так" с цыганского).

По телу прошла волна тепла, успокаивая боль, но принесшая собой усталость и слабость. Я обессилено, но с большим облегчением, опустился на пол, тупо разглядывая ноги Казаринова, обутые в дорогие кожаные ботинки. Он несколько минут стоял, не шевелясь, потом развернулся и пошел к дверям. Где его уже ждал наш мастер. Я тупо улыбнулся, скрывая за усмешкой злость. Где же он раньше-то был? Кроме того, из-за спины Серпуховского выглядывала мать этого придурка, а это значит, что опять во всем обвинят меня.

Колокол ударил последний, двенадцатый раз и замолк. Я поморщился, надо будет поговорить с Кощеем, все спят уже давно, а этот звонарь работает, чтоб ему ни дна, ни покрышки. Я устало откинулся на спинку кресла и потер виски, пытаясь сосредоточиться. Идея сопровождать своих учеников на вечер мне не понравилась сразу, хотел переложить все на Сира, но он каким-то образом отвертелся. И зачем я только вернулся? Надо же было повестись на обещание Кощея, поверить в то, что в этом году все будет не так, как раньше. Поверил, вернулся, но не могу понять: что изменилось? Единственный, кто из всех моих учеников смог заинтересовать меня, так это тот шувани, но он, к сожалению, не оправдал моих надежд.

– Не помешаю?
– появился в аудитории Сир.

– Что там?

– Да все в порядке, - он опустился на край одной из парт и, поджав под себя ноги, продолжил: - Они уже спят. Правда, обоих пришлось усыплять, потому как у одного сотрясение, а другой так возбужден и обрадован тем, что у него прошла мигрень, что терять время на сон просто не может. Так что там все-таки произошло?

– А они разве тебе ничего не рассказывали?

– Они?!
– вампир хмыкнул.
– Они и двух слов связать не могут, все на эмоциях, выдают полный сумбур.

– Волкодлак не обученный там случился, - я не стал сдерживаться и выругался.

 Стоило мне вспомнить заполошную мамашу этого бедного недоволка, обвинившую во всем моих учеников, как вся моя выдержка, выпестованная годами и тысячелетиями, отказывалась мне служить. Это же надо настолько дорожить репутацией семьи, чтобы обвинить собственного сына в сумасшествии! Готовы пойти на все, что угодно, лишь бы сохранить место в Совете, а если окажется, что слухи не врут (а после устроенного мальчишкой представления, сомневаться в этом не приходится), то ее мужа попросят оттуда. Вежливо так, но попросят. Безумные у них уже были, к ним Совет привык, но вот стихийного оборотня этот состав не переживет. Магия-то на них почти не действует, остановить и успокоить такого в моменты острого помешательства почти нереально. А уж если у них сын такой, то почему в один прекрасный день что-то или кто-то не сможет активировать оборотня в отце?

– Им крупно повезло, что действие активатора неожиданно прекратилось, и он их не убил.

Вампир насторожился:

– Активатора? Вы его нашли?

Мой ответ ему не понравился. Улегшись на парту (я за такое учеников гоняю, и тут едва сдержался, напомнив себе, что он все-таки старше меня на пару тысячелетий), он задумчиво прикусил нижнюю губы клыком, пустив немного крови, и словно отключился. Я не стал его отвлекать, придет к какому-нибудь выводу, сам все расскажет, если посчитает нужным. А активатор это действительно проблема. Сейчас мальчишкой займутся специалисты, будут учить его контролировать агрессию, сдерживать инстинкты и использовать это все на благо Мира. Только все это бессмысленно, если активатор не будет найден.

Существует два вида оборотней - стихийные и контролируемые, или, так называемые высшие. И если последних в Мире еще пруд пруди, то первых в свое время очень активно истребляли, что привело к логическому результату - почти полному уничтожению этой ветви рода. Все бы ничего, но неожиданно люди спохватились, что их можно было не уничтожать, а использовать и что они вполне поддаются дрессуре. Ведь в отличие от высших оборотней, эти сохраняют свою силу и умение разговаривать с животными и в человеческом облике. Главное - найти то, что активируют, казалось бы, немотивированную агрессию с их стороны, заставляя сходить с ума. Вопреки расхожему мнению это не всегда луна. Даже чаще всего не луна, а нечто, что не нравится волкодлаку, ввиду его особой обостренности восприятия реальности, выводит его из себя.

– Если они найдут активатор, то он поступит в ЛиМиН.

– И, скорее всего, сразу на второй курс, - согласился Сир.

Действительно, что делать на первом курсе человеку, уже закончившему Школу?

Кто сказал, что утро добрым не бывает? Я?! Вранье! Я потянулся на кровати, продолжая улыбаться неизвестно чему и ощущая необыкновенную, непривычную для меня легкость. Впервые за много лет голова у меня не болела абсолютно. Ведь даже лекарства Ладислава Любимовича полностью не избавляли от мигрени, а заклинания если и помогали, то все равно голова оставалась тяжелой. С соседней кровати раздался стон Димки:

– Ох, голова болит... встречу этого урода - закопаю на месте!
– с нежно взлелеянной яростью произнес он.

Я ему искренне посочувствовал и даже предложил заварить один из своих настоев.

– Давай, - простонал он.
– Все равно хуже не будет.

Я вытащил из-за шкафа Кузю, который так успел сдружиться с Димкиным котом, что даже спал с ним в обнимку, причем тот был совсем не против (вот что значит вовремя пригрозить обоих кастрировать, если не прекратят шуметь) и отправил его на кухню, снабдив его травами и инструкциями по приготовлению настоя.

– К обеду будет готова, - пообещал я.

– К полудню я сдохну, - немного невнятно из-за подушки ответил мой сосед.

– Это только так кажется.

– Заткнись!

Я усмехнулся, знакомое состояние. Ничего, переживет, к вечеру уже и думать забудет о боли. А может и сейчас, судя по стуку, к нам пришел кто-то очень злой. Открывая дверь, я надеялся, что это все-таки не Серпуховской и не Сир, пришедшие сообщить мне, что мое обучение окончено, сессию я могу не сдавать, а после окончания курса отправляться на все четыре стороны. Пока это, к счастью, была всего лишь Оксана. Она подскочила к Димке и, ткнув ему под подушку что-то круглое, спросила:

– Где ты это взял?

– Купил.

Я, наконец, смог разглядеть то, что она держала в руках. Это оказался всего лишь подарок, который он вручил ей, не забыв при этом сказать, что покупал вроде как бы от имени всех, но потом всем этот подарок не понравился и они решили купить ей какое-нибудь украшение.

– Дим, вылазь давай и скажи где ты его взял?

– Говорю же, купил на базаре. За три серебряные монеты, - продолжал бурчать Димка, все глубже зарываясь в одеяло.

– Артефакт истинного пути за три серебряные монеты?!
– не знаю, что это за артефакт такой, но, судя по ее глазам и вытянувшемуся лицу, такую вещь просто так на базаре не купишь.

Однако, обсудить это нам не дали, в комнату вломился Марк с известием, что Сир срочно собирает всех в двенадцатой аудитории. Из-под одеяла донесся недовольный мат, потом он все-таки зашевелился и вылез на свет божий. Ничего не скажешь, красиво его Казаринов приложил, если бы не Василиса, то остался бы он на всю жизнь со шрамом, рассекающим висок и скулу. Да, и стало бы в нашей комнате на одного психа больше, потому как обычно такие удары без последствий не обходится.

Мы немного задержались, Димку шатало как какого-нибудь запойного алкоголика. Я пытался уговорить его остаться в спальне, но он наотрез отказался, аргументировав это тем, что раз мастер приказал, значит надо идти. По мне, так он тоже думает, что сюда приперся кто-то из этой долбанутой семейки (вчера в медпункте, пока нас осматривали, я рассказал ему о том, кто такой Казаринов и почему он на меня набросился) и своим видом хочет показать, кто и в чем в данной ситуации виноват. Я, конечно, не против, даже готов сказать ему спасибо за такое самопожертвование, но мне же его потом обратно тащить, а он не такой уж и маленький.