Мирай
Шрифт:
– Роза!
– треплет меня за плечо.
– Просыпайся…
– Что случилось?
– Пойдем.
Верчу головой, ищу взглядом Яна.
– Я переложил его в кроватку.
Нахожу глазами малыша, мерно посапывающего в своей кроватке.
Булат берет меня за руку и выводит из детской, аккуратно ступая по коридору, заводит меня в свою комнату.
– Ты меня пугаешь! Что случилось?
– шепчу я.
– Роза, у отца большие проблемы. Он распродает конюшню.
– Что?
– Он продал Мирай. Ему нужны деньги.
– Почему именно Мирай?
Задыхаясь рывком стираю накатившие слезы, они подступают повторно, всхлипнув, снова тру глаза.
– Почему, Булат? За что вы так со мной поступили?
– прижимаю ладони к губам, глотая всхлипы, рвущиеся наружу.
– Тише ты… Роза, это меньшее из зол. Отец все распродает, - понизив голос почти до шепота, говорит он.
– А Урус! Уруса тоже продал?
Крупные горячие слезы бегут по моим щекам.
Брат опускает голову и кивает. Оседаю на кровать. Уруса отец любил больше остальных лошадей.
– Этого хватит на первое время… - вкладывает мне в руку сверток. Поднимаю на него глаза.
– За тебя принесли выкуп, и отец его принял.
Сердце обрывается. Голова идет кругом.
– Ты лжешь! Он не мог!
– отрицательно мотаю головой.
– Роза, ты либо уезжаешь, либо через неделю выходишь замуж.
– Почему ты мне помогаешь?
– Потому что я слишком хорошо тебя знаю. Ты не сможешь жить в неволе. Надеюсь, что воля тебя не погубит.
Глава 7
– Кто ее купил!? Куда ее увезли!?
– подскакиваю с кровати и начинаю колотить его по груди. Вмиг мои руки оказываются скручены. Ладонь Булата зажимает мой рот.
– Тише, Роза!
– шепчет сквозь зубы.
– Ты ничего не знаешь… Поняла? Утром я постараюсь тебя вывезти. Поедешь, поживешь у родственников Ани. Я уже обо всем договорился. Она поедет с тобой. Когда все более-менее уляжется, я помогу тебе поступить. Скорее всего тебе придется переждать этот год. Веди себя разумно и все будет хорошо.
Он так сильно зажимает мне рот, что мне едва хватает воздуха. Слезы брызжут из глаз. Сердце ноет и горит. Я никогда больше не увижу свою Мирай… Она это чувствовала, потому и не ела.
– Хватит!
– довольно агрессивно прикрикивает на меня стараясь не слишком сильно повысить голос.
Со всех сил наступаю ему на ногу. Вгрызаюсь зубами в ладонь. Он ослабляет захват, и я вырываюсь.
– Ты знал! Ты обо всем знал! Предатель! Я тебя ненавижу! Ты не брат мне больше, - глотаю всхлип, сама зажимая свой рот ладонью. Снова толкаю его в грудь.
– Почему она? Почему нельзя было продать ваши машины? Да все, что угодно! Можно было продать твою квартиру или взять кредит.
– Не волнуйся, скоро у нас кроме этого дома ничего не останется. А может и его не останется, - разводит руками.
Осознав последние слова брата опускаюсь на пол около его кровати. Булат садится рядом со мной. Нащупав мою руку крепко ее сжимает.
– Роза, мне жаль…
Я отрицательно мотаю головой. Вырываю свою ладонь. Стираю с щек мокрые дорожки.
– Кому он меня продал?
– Не говори так.
– А как это еще назвать?
– Отец не хочет никому зла. Он пытается найти для вас состоятельные семьи. Ты же знаешь, что возраст у тебя уже не тот, чтобы перебирать.
– Не говори, что он отдаст меня Паво!
– Никто никому тебя не отдаст. Я же сказал, что ты уедешь, - отвернув от меня лицо говорит брат.
– Значит ему… - слезы снова подкатывают и душат.
– Роза, не держи зла на отца. Они богаты. Если бы ты за него пошла, то никогда, ни в чем, не знала бы нужды.
– Что ты такое говоришь!? Он ведь мерзкий!
– Он, сватал тебя три года назад. Ты же знаешь!
– Почему он до сих пор не женился?
– закрываю лицо ладонями.
Я ненавижу этого человека. Его липкие взгляды и двусмысленные намеки стоят, словно кость поперек моего горла последние несколько лет. Он ровесник Булата, живет вольной жизнью. Но всем известно, что когда он нагуляется и женится, то вернется с женой в родительский дом, потому что он младший ребенок. А младший сын обязан жить со стариками. Любая девочка из нашей семьи была бы рада стать его невестой, но только не я.
– Возможно… ждал тебя. Отец же сказал, что раньше восемнадцати тебя не отдаст. Вот… тебе восемнадцать. Прекрати плакать, - аккуратно утирает мои слезы.
– Я постараюсь все решить. Главное веди себя разумно. Сейчас ты пойдешь к себе и соберешь необходимые вещи. Много не бери. Аня купит тебе все на месте. Утром я заберу твое золото. Деньги я тебе уже дал. Периодически буду переводить деньги Ане.
– А документы?
– Пока поедешь без документов. Это для твоего же блага. Я не уверен, что ты не захочешь ими воспользоваться.
– Зачем тогда даешь мне деньги и золото?
– На всякий случай. Так у тебя будет шанс выжить, если случится какой-нибудь форс-мажор.
– А ее кому продали, Булат?
– Отец нашел для нее хорошее место.
– Мне это ни о чем не говорит.
– Хорошим людям, Роза! Ты можешь быть спокойна.
– Ее далеко увезли?
– Этого я тебе не скажу.
– Почему?
– хватаю его за руку, заглядываю в глаза.
– Этот разговор окончен. У Мирай теперь другой хозяин. Забудь про нее.
– Как я могу ее забыть? Ты думаешь, что говоришь?
– Роза, тебе сейчас нужно подумать о себе. Если ты не хочешь замуж, то будь добра слушай меня и делай то, что я тебе говорю.
Всю ночь я перебирала свои вещи тихо, как мышка. Откладывала самое необходимое. Я понимала, что никогда больше не вернусь в этот дом, поэтому решила взять с собой то, что будет напоминать мне о хороших днях, прожитых здесь. Надеюсь, Булату удастся забрать мое золото, потому что в нем лежат серьги моей мамы. Ощупываю пустую мочку. Хотя бы гвоздики… Пусть там будут хотя бы они. Их носила мама, и ничего более памятного о ней у меня нет. Аккуратно складываю в папку несколько рисунков Нику. Он рисовал их для меня. На одном из них я верхом на Мирай. Этот рисунок висел над моим письменным столом. Еле слышный скрип паркетных дощечек заставляет встрепенуться и засунуть рюкзак под кровать.
– Это я, - тихо шепчет брат, приоткрыв дверь моей спальни. Заходит.
– Собрала?
– Да, я взяла немного. Все собрала в рюкзак.
– Давай его мне.
– Зачем?
– Роза, - смотрит на меня удивленно.
– Ты выйдешь налегке. Просто, подышать свежим воздухом. Поиграешь с собаками. Посидишь в саду.
– Как будто ты не знаешь, что мне нельзя выходить на улицу.
– На этот раз будет можно. Отец не станет возражать, а мами поедет к Азе в больницу. Некому будет тебя контролировать.