Чтение онлайн

— Похоже, что совещаются, как быть, — ответил я, наблюдая за тем, как трое командиров сгрудились за самым большим валуном у подножия. Вдруг от валуна отделилась фигура и метнулась в сторону тропы наверх.

— Вали его, это разведчик, — прицелившись, я выстрелил, но не рассчитал того, что противник бежит, взяв к тому же, еще и немного выше. Последовали еще хлопки тетивы, несколько снарядов также пролетели мимо. Но вот Лина, похоже, пристрелялась. Стрела влетела во врага, и тот кубарем покатился по снегу, но тут же вскочил и бросился в обратном направлении. Еще несколько снарядов пролетели мимо, один вроде бы попал, но не принес очевидного результата.

— Я, кажется, его зацепила, может слабо, — Дайна накладывала новый болт на ложемент.

— Не тратить снаряды! — Я отдал короткую команду, — они слишком далеко, а стрел мало, пусть идут ближе.

— МОЖЕТ ПЕРЕГОВОРЫ?! — Заорали снизу.

— ВЫХОДИ! — Прокричал я, надеясь, что кто-нибудь выйдет под выстрел. А что, на переговоры я не соглашался, а если захочет выйти, сам себе слабоумный, но из-за камня никто выходить не спешил. Смекнули.

Вечерело.

— Мы тут торчим уже весь день впустую, из-за этих гадов! — Дайна негодовала.

— И что ты предлагаешь? Напасть на них? — Дворф критично посмотрел на напарницу. Та буркнула что-то нечленораздельное и отвернулась.

Спрятавшись за камнями немного ниже входа в пещеру, я расположился между двух приличных валунов. Добираться сюда, чтобы не привлечь внимание противников, пришлось ползком.

Я осматривал окрестности. На полторы сотни шагов вперед простирался склон горы. Снег за день слегка подтаял, да и температура воздуха поднялась. Черно-зеленые проплешины земли вперемешку с травой и камнями выступили из-под снега в разных местах. Рытвины, кочки и редкие кусты сильно помешают врагу быстро подобраться к нашим укрытиям. То, что они задумали подкрасться поближе, скрываясь в темноте, и напасть, не оставляло никаких сомнений.

Я взял с собой дюжину коротких стрел гоблинов. Грубо сработанные, они наверняка полетят хуже, чем мои, но выбирать не приходилось. Хоть наконечник у них был острый. Нормальных же снарядов осталось только восемь штук.

Вдруг я заметил, как снизу от леса отделилось несколько силуэтов. Затем еще, и еще. Решились, все-таки. Первый сразу с двумя щитами в обеих руках прикрывал собой других бойцов, которые устремились в сторону узкой тропы, где с трудом могли разойтись двое.

— Они полезли, — я негромко предупредил остальных. Попасть с такого расстояния пока было трудно, но я натянул тетиву, целясь в противника, и начал выжидать. Чем хорош лук Лины, так это тем, что позволяет бить на практически вдвое большее расстояние. Стрел у нее осталась всего четырнадцать, так что она получила приказ стрелять, только если выдастся действительно удобный момент. Арбалеты волшебника и жрицы представляли нечто среднее, такое оружие освоить было проще, хоть и тратилось больше времени на перезарядку.

Рослый воин закрылся двумя щитами и двигался по тропинке ниже меня в сотне метров. Надо выбить щитоносца, а остальные полягут быстро, оставшись без укрытия. Дуги лука разогнулись, отправляя стрелу в свободный полет. Первая ударила в нижнюю часть щита, с хрустом переломившись. Группа противника издала боевой клич, перемежающийся возгласами "вперед" и другими нелестными в наш адрес замечаниями. Скрываться для них больше не имело смысла. Вторую стрелу я пустил еще ниже, целясь в ноги, вынуждая танка опускать щиты. Древко ударило практически в тоже место, но вот третью я пустил, целясь поверх. Удача и в этот раз была на стороне противника. Стрела попала ему прямо в лоб, но срикошетила от крепкого шлема, уйдя вверх. Максимум, что я выиграл, так это легкий звон в ушах врага. Я продолжал выпускать стрелы, а противник приближаться. Слава богу, тропа была не прямой, и с учетом изгибов увеличивалась раза в три. Еще несколько раз, угодив в крепкие части доспехов, я уже было начал готовиться к отступлению, как следующая стрела нашла-таки уязвимое место. Древко глубоко вошло под наплечный щиток справа и воин, сбившись с шага, не смог удержать щит высоко.

В следующий момент я расслышал сверху хлопки. Стрелы кучно ударили по противнику. К сожалению, первый залп не достиг успеха, разбившись о щиты и пластины доспеха, но вот уже второй поставил точку. Танк завалился на бок, пронзенный метко пущенной стрелой. Шедший следом боец в кольчуге с большим щитом и боевым топором выскочил вперед, продолжая наступать, но я уже пристрелялся. Враг был ближе сотни шагов и не успел среагировать. Стрела впилась в шею, нападающий грузно сел на землю, зажимая рану рукой. Следующий за ним, жрец в стальной чешуе, щитом и булавой нараспев начал произносить молитву, выставив вперед символ своего бога. Сразу три снаряда ударили ему в бок, два из которых пробили доспех, сбив концентрацию. Символ, начавший набирать свет, потух. Жрец присел, укрывшись за щитом, но был еще живой. Броня спасла, подумал я, отправляя в полет новый подарочек идущему следом, легкобронированному вояке. Стрела нашла цель, но впилась в руку, вторая тут же ударила ему в грудь, а третья пробила ногу. С протяжным стоном он завалился на идущих сзади, создавая завал.

— Отходим! Все отступаем! — Снизу донеслись крики их командующего, который отсиживался за деревом. Надо отдать должное его умственным способностям. Он сразу сообразил, что последние четыре десятка метров мы положим столько врагов, что справиться в рукопашную с засевшим отрядом уже будет проблематично. Вся толпа в три десятка устремилась вниз. Одни прыгали по склону, уходя из-под обстрела. Другие двигались в обратном направлении по тропе. Люди падали, наступая друг на друга, вываливались на склон, катились, творилась полная неразбериха. Кто-то даже попытался обстрелять камни, за которыми я сидел. Пара стрел разбилась с обратной стороны, не причинив валунам никакого вреда.

В хаотично бегающие фигурки попасть было сложно. Выпустив еще несколько стрел, я с удовлетворением заметил, как одна достигла цели, ранив противника. Потянувшись за следующей стрелой на земле, я не нащупал ничего, они кончились. Быстро же. Обстрел сверху продолжался, и еще четыре тела остывали внизу. Враг потерял восьмерых, раненые не ушли далеко, слишком уж легкая мишень — неуклюже передвигающийся противник по склону горы.

Получен опыт за бой: 142.

Я подполз к остальным.

— Следующий бой сомневаюсь, что так просто отобьемся. Я думаю, они дождутся своих с респа, и нападут. Стрел у нас осталось мало, а к утру они будут здесь. — Бромбург вслух оценивал диспозицию, — надо готовить ловушки.

— Чьорт, подыхать то как-то не охота, — Тавискарон угрюмо жаловался.

— Не ссы, Тавик, прорвемся, — полуорк тихонечко ржал.

— Сам ты Тавик! — Надулся волшебник. А на лицах других компаньонов появились улыбки. Лучше бы он этого не говорил.

Банда Железных Волков укрылась в лесу, выставив только несколько наблюдателей. Вдруг Вириус спросил у меня нечто, заставившее в корне переосмыслить происходящее.

— Слышь, Рион, а где у тебя точка привязки, если что? — Он смотрел прямо на меня, а я не знал, что ответить.

— А? — Я был сбит с толку.

— Ну, точка привязки, респаун, круг воскрешения, ну то, где ты встанешь после смерти, мы в Гибсхольде привязались, в храме Ирмиса, а ты? — Плут смотрел не мигая, как будто пытался выяснить какой-то секрет.

— Эээ, нету у меня точки привязки, — я стал рыться по интерфейсу, пытаясь рассмотреть вожделенную строчку. Вириус кивнул и отвернулся. Я залез на форум и быстро узнал, где она должна находиться. Привычным действием снова вызвал интерфейс, но там, где должно было быть написано Точка привязки: зияла пустота. Если до этого я думал, что шанс на воскрешение есть, то теперь… Недолго размышляя над этим фактом, я отметил для себя, что умирать категорически не стоит.

Из пучин ума меня вырвал крик из леса на непонятном наречии.

— О! — Хог, как называли нашего зеленого гиганта в тесном кругу между собой друзья, внезапно активизировался и стал всматриваться в том направлении.

— Что там? — Дайна тут же проявила интерес и потянулась в туже сторону.

— Кажись, на гоблинском шпрехают, спрашивают, чтобы мы отозвались, — полуорк пожал плечами, дескать, понимаю не больше вашего.

— Ответь что-нибудь, — Бромбург тут же вклинился в разговор.