Чтение онлайн

— Да. Пожалуйста. Сейчас.

Я быстро-быстро ходила вокруг фонтана. Скоро дан Каллиора вернулся. Видно было, что он торопился.

Книга была небольшая, написанная очень мелким почерком. Что за летописец? Нет имени. Ах да, в церковных книгах не сохраняются имена, но переплет не из коричневой кожи с позолоченными застежками, как принято, а зеленый…

— Это более подробное и правдивое описание. Первая часть книги — церковное изложение, вторая же часть говорит о том же, но, скажем так, более… вольно. Ее посчитали… мм… недостаточно соответствующей церковным постулатам и основному учению.

— Дан Каллиора, вы даете мне еретическую книгу?! — ахнула я.

— Половину, хотя ты явно ничего не смыслишь в религии, — монах покачал головой. — Смысл служения — искание правды. Два сочинения, два взгляда… Не показывай ее кому попало и постарайся сохранить и вернуть мне.

— Хорошо, — ошарашено кивнула я.

Монах развернулся.

— Дан Каллиора… Последнее… Вы здорово рискуете, давая ее мне… Почему?

— Отобрать? — ровно поинтересовался монах, повернувшись.

Дан Каллиора внимательно посмотрел на меня и едва заметно кивнул. Он все понял, он же не дурак…

— Будь осторожней, Аза.

И он ушел. Он понял, с кем связалась его знакомая. И промолчал. И даже помог. А я и не знала, что так бывает. Вернее — не знала, что это будет со мной.

Спасибо тебе, дан Каллиора…

Итак, я вновь уходила. На этот раз — в Берию, имея рядом двух дроу, молчаливое благословение дана Каллиоры за спиной и неизвестное дело в перспективе.

Последней остановкой на земле Эрьего была деревенька Россошник, где мне предложили убить упыря. Удивляясь такому количеству упырей (за пять дней — девятый), я шумно снаряжалась на бой. На упырей дроу ходили со мной всего два раза, по очереди, и оба решили, что процесс не представляет собой ничего интересного. Ждать приходилось долго, так что мы успевали переговорить на десяток разных тем. С Идэром мы так душевно поболтали, что я едва не упустила обнаглевшую нежить, а с Галеадзо так громко поругались, что, должно быть, подняли из могил еще парочку мертвецов. Я даже не удивилась, что вместо обещанного нанимателем одного упыря, обнаружилось трое.

Засунула мечи в ножны на поясе, поправила рукава рубашки и ворот, скрывая серебряный амулет на руке и русалочьи бусы. В отличие от других магов и ведьм, я не люблю выставлять напоказ всяческие магические вещицы и талисманы. Все моя подозрительность, наверное. На левую руку надела перчатку. Надеюсь, не придется лишний раз вытаскивать меч из кьяррата, как-то не по себе мне им драться после слов русалки и ее огромных, наполненных страхом глаз.

Через полчаса пошел дождь. Мило. Чувствуется близость холодной Берии. Я тихо зверела и ждала упыря. Такую жертву — дуру, сидящую в паршивейшую погоду на могильной плите на неспокойном кладбище, — он не пропустит. А магию они практически не чувствуют.

Упыря дождь тоже не порадовал. Он явился пред мои очи мокрый, озябший, в темно-алом плаще, яростно ругающийся на четырех языках сразу.

«Какой странный упырь…» — вяло отметила я.

— Слушай, зараза ненаглядная, как только ты приближаешься, от меня разбегаются все мертвяки, — поприветствовал меня упырь.

Стоп. А был ли упырь? Я оттерла с глаз капли воды и хмыкнула. Надо же, моя первая встреча с Айсо Заро тоже произошла на кладбище — я занималась тем, что третий день пыталась засунуть двух вылезших мертвецов обратно в могилы. Попросту сжечь или убить их другим образом было нельзя, так как при жизни они являлись горячо любимыми родственниками нанимателя. Хотя официально с ожившими трупами расправляются негуманными способами, десять обещанных за это дело золотых меня смирили. Загвоздка была лишь в том, что на кладбище обнаружилось не два живых трупа, а целых восемь. На опознание наниматель идти категорически отказывался, так что была я непомерно злая. В довершение ко всему я встретила настоящего некроманта, с которым впоследствии и упокаивала «клиентов». Ага. Я играла роль отвлекающего маневра, и это еще не самое худшее.

У некромантов с Хозяевами обычно складываются особенные отношения. С одной стороны, и те, и другие часто пользуются дурной славой как окончательно повернутые на своем деле маньяки, с ними подсознательно неприятно вести дела — с одними из-за близости к тому свету, с другими из-за боязни потерять волю. Но с другой стороны, как у «недомагов», на могучую магию стихий смотрящих только издали, но, тем не менее, не испытывающих недостатка в работе, между Хозяевами и некромантами разыгрывалась настоящая борьба за работодателя. То Хозяин, пыхтя, засунет пару упырей в землю, то некромант заклянет-таки на навьем полухрипе виверну. Оба потом будут день ходить, врезаясь во все углы, но в слабости не признаются… Сама такая, знаю.

После памятной первой встречи мы вместе упокаивали мертвых на втором погосте, потом на третьем, а на четвертом я все-таки сдалась. Надоело прыгать перед заинтригованными упырями и изображать приманку, пока они не подойдут на расстояние удара меча. Однажды Айсо что-то напутал с заклинанием и замешкался, а я с четверть часа отбивалась от трех весьма активных особей сразу.

— Не замечала за тобой страсти к безумным экспериментам над мертвыми, — пробормотала я.

— И не заметишь, — пожал плечами Айсо. — Я — специалист, и не оставляю за собой следов.

Я хмыкнула. Айсо усмехнулся:

— А по-настоящему, я отношусь к той редкой породе некромантов, кто действительно только упокаивает. И неплохо на этом зарабатывает, — он помолчал. — Пока Хозяева не переходят дорогу. Аза, какого лешего?

Официально некромантия разрешена, так как с большинством нежити могут справиться только такие как Айсо. Но доверия к ним не было никогда, и, зная лишь Заро, я могла только предполагать, почему. Как любой одиночка, привыкший надеяться только на себя и заботиться только о себе, Айсо имел множество вредных привычек и целый воз недостатков, не поддающихся исправлению. Он ругался, подсмеивался, откровенно издевался, нахальничал, был иногда высокомерен, иногда прикидывался дураком, иногда строил из себя (весьма убедительно) законченного злодея, иногда делал вид, что ему нет дела ни до чего на свете, но отпетым негодяем никогда не был. По-моему, он вообще хотел казаться хуже, чем он есть на самом деле, и получал от этого какое-то странное удовлетворение.

— Опять поработаем на пару? — вздохнул он. — Только не визжи, а то будет, как в прошлый раз…

— Что?! — возмутилась я. — Штаны чистые захватил, оболтус?

Айсо хмыкнул и вполне сердечно пожал мне руку:

— Как же я рад вновь слышать твой голос, моя милая.

— Счастлива опять лицезреть твою физиономию, дорогой.

— Ты не меняешься.

— А ты хорошо выглядишь. Для некроманта.

Да, наверное, мы друзья. А у дружбы, как и у вражды, много лиц.

— Что, Аза, снова за старое? Отбираем работу у честных некромантов?

— Нет, у тебя… Тихо! Он здесь.

— Что? Надо же! Да он уже целый час бродит вокруг и не решается напасть.

— Чего-о? А сразу сказать?

— Сначала раздумывал, не лучше ли засунуть его обратно самому и посмотреть на выражение твоего лица. Но потом решил, что надо кому-то могилу закапывать и ставить на место плиту…

— Подлец…

— Обижаешь. Готова? Ну, пошли!

Все же Хозяин и некромант вместе — это страшная вещь! У упыря был такой несчастный вид, будто он готов самолично закопаться обратно.

— Даже неинтересно, — протянул Айсо, брезгливо морщась, двумя пальцами поднимая с земли и швыряя в развороченную могилу отрубленную кисть руки.

— Он задел меня, — буркнула я, демонстрируя порвавшийся рукав куртки.

— В прошлый раз твоя одежда выглядела гораздо хуже, — «утешил» меня некромант.

— Айсо, один вопрос… Ты лопату взял?

— А ты мне на что? Не притворяйся, будто обратно землю закидать не сможешь, знаю я тебя… Ты к кому нанялась?

— К купцу, Лидко зовут.