Чтение онлайн

Позднее Аристарх создал революционную теорию вращения Земли вокруг Солнца. За восемнадцать столетий до Коперника он сформулировал первую гелиоцентрическую теорию планетарного движения. К сожалению, позднее астроном должен был отказаться от своего взгляда и вернуться к древней геоцентрической модели. Правящая верхушка за такое сжигает заживо; и даже в те времена Аристарх за такую теорию был обвинен в безбожии.

Астрологические идеи были не просто принадлежностью круга специалистов, они были предметом интереса любого образованного человека в классическом мире. Важной причиной этого была поддержка, оказанная астрологии, философами-стоиками. Стоицизму впервые учил афинянин Зенон, живший во время правления двух первых Птолемеев (он умер около 264 года до н.э.). Он делал акцент на вере в провидение и подчинение собственной судьбе как способу привести свою жизнь в гармонию с Космосом. Все стоики тогда поддерживали и использовали астрологию: вавилонская концепция соответствия между Небесами и Землей нашла удобное прибежище в этом движении. Последователь Зенона, Клеант, учил поистине мистическому представлению: Вселенная — живое существо, Бог - его душа, а Солнце - сердце.

Одним из друзей в Афинах был астролог и поэт Аротос. Он написал две астрономические и астрологические поэмы, получившие широкую популярность среди граждан греческих государств. Благодаря ему, эти идеи стали доступны огромному большинству народа, который учил его поэмы наизусть и таким образом узнавал о звездах, созвездиях и зодиаке.

Во второй половине третьего столетия до н.э. в Александрии работал астролог Аполлоний. Он занимался (как все астрологи и астрономы тех дней) созданием теории, которая могла бы охватить все планетарные движения, в том числе ретроградность планет. Аполлоний, исходя из более ранних работ, особенно, Гераклита, создал уточненную планетарную теорию, позднее использованную вначале Гиппархом, а затем Птолемеем. Они приняли ее как базовую модель планетарных движений.

Гиппарх — также оказавший влияние на Птолемея — работал спустя столетие после Аполлония, также в великом центре Александрии; умер он около 127 года до н.э. Он твердо отказался от гелиоцентрической системы, постулированной Аристархом, и все свои усилия сосредоточил на геоцентрическом представлении, использовав теорию движений, предложенную Аполлонием. Таким образом, на Гиппархе лежит ответственность за утерю правильного гелиоцентрического представления о небесах вплоть до времени Коперника. Может быть, стоило бы задаться вопросом, насколько в отрицании Гиппархом гелиоцентрического преставления отразились его астрологические убеждения: несомненно, что он был практикующим астрологом, а астрология убежденно утверждала геоцентрический подход ко Вселенной.

Гиппарх, как сообщают, обнаружил прецессию равноденствий и произвел точное измерение этого движения. Он, однако, продолжал оставаться в неведении относительно его истинной причины. Его измерения удивительно точны. Определенная им ежегодная прецессия - около 46 дуговых секунд — тогда как истинное значение близко к 50-ти секундам.

Знание прецессии позволило Гиппарху ввести различие между звездным годом — временем между возвращениями Солнца к данной звезде, первоначально Альдебарану — и коротким тропическим годом — временем между возвращениями Солнца к всегда ретроградной точке равноденствия. Отсюда следует, что каждый тропический год делается все короче и короче и все больше отличается от звездного года. В двадцатом столетии это несоответствие достигло около 24 1/2 градуса. Пользуясь этим открытием, Гиппарху удалось около 139 года до н.э. произвести точное измерение тропического года, изобретя современную форму тропического зодиака. Начало нового года весной, которое Кидинну поместил в 8° Овна, Гиппарх переместил в 0° Овна, и этой системой мы с тех пор пользуемся на Западе, конечно, в первую очередь, под влиянием Птолемея, принявшего ее.

С самых ранних времен Итальянский полуостров отличался своеобразным развитием предсказаний будущего, явно независимым от развития на Среднем Востоке. Древние этруски, например, славились своими способностями к предсказаниям, в особенности с использованием метеорологических явлений, хотя у них существовала и простейшая астрология. Раннее римское общество продолжало их практику включения предсказаний в процесс принятия важнейших решений. Основные использовавшиеся методы включали чтение по внутренностям жертвенных животных или консультации оракулов. Астрология, видимо, играла относительно малую роль в раннем Риме, ограничиваясь такими простыми и нечастыми событиями, как кометы и затмения. В действительности, усложненная астрология возникла лишь после установления в дальнейшем контакта с месопотамским миром. Именно в начале последнего столетия до н.э. математическая астрология начала входить в римскую жизнь настолько, чтобы суметь оказывать культурное влияние.

Римляне называли астрологов "халдеями" от старого названия Месопотамии. Название это перешло от древнего племени "калду", источника Халдейской династии, правившей Вавилоном с 612 по 539 годы до н.э. Это название говорит о том, что большая часть астрологов в раннем Риме были иностранцами, вавилонянами или сирийцами, прибывшими в Рим в качестве ученых или, возможно, привезенными как пленники, либо для обслуживания легионов. Плиний подтверждает вторую возможность, отмечая, что астрология, насколько ему известно, была впервые введена в Италии рабом Антиохом, привезенным с Востока.[68]

В последнем столетии до н.э. интеллектуальный климат в Риме стал более благоприятным для астрологии, особенно вследствие распространения греческой философии стоиков. Одной из ключевых фигур был великий учитель-стоик Посидоний (около 135-51 года до н.э.), возглавивший школу на Родосе — ставшую вторым после Александрии учебным центром, где он обучал как философии, так и астрологии. Посидоний чрезвычайно восхищался учениями Платона и Пифагора, и неудивительно, что он считал астрологический труд "Тимей" центральным в идеях Платона. Стойкую славу Посидонию создало объединение им элементов традиций Платона и Аристотеля в единую философию. Этот синтез лег в основу того, что позднее стало называться неоплатонизмом, философией, ныне Лежащей в основе астрологии и, кстати, современной науки. Неоплатоническая философия Посидония была принесена в Рим молодым ученым Нигидием Фигулусом, позднее ставшим известным астрологом. Нигидий Фигулус и его друг Цицерон вместе учились в родосской школе.

Посидоний постоянно приезжал в Рим, где стал учителем и другом Цицерона. Последний, однако, несмотря на продолжающуюся дружбу с Нигилием Фигулусом, постепенно разочаровывался в астрологии. Около 44 года до н.э., после смерти Посидония, он выпустил резко критическую работу "De Divinatione", в которой отказался от любых предсказаний, включая астрологию. Причиной его враждебности, видимо, стали беспорядки гражданской войны, возникшей между Помпеем и Цезарем в 49 году до н.э. Цицерон поддерживал Помпея, и после поражения последнего в течение короткого времени был в изгнании. Ранее Цицерон занимал высокие правительственные посты, но он ненавидел Цезаря и никогда активно не участвовал в новом режиме. Именно в этот горький послевоенный период он опубликовал "De Divinatione". В этой резкой работе он упоминает экстравагантные обещания астрологов Помпею:

“Я вспоминая множество предсказаний, которые сделали Помпею халдеи...” [69]

“Могу привести бесчисленные (случаи), когда пророчества предсказателей были либо безрезультатными, либо факты оказывались прямо противоположными пророчеству. О боги, сколько раз они ошибались в прошлой гражданской войне! Какие пророческие послания предсказатели направляли из Рима тогда сторонникам Помпея в Греции! Какие заверения давали Помпею”. [70]

Цицерон вернулся в Италию с поста губернатора провинции в Турции и нашел свою страну расколотой войной. Некоторое время он был в нерешительности, кого поддерживать, но в конце концов выбрал Помпея, Не могло ли случиться, что он сделал свой выбор по совету астрологов? И когда события показали, что выбор неверен, сколько нужно было горечи, чтобы проклясть их всех? “Что за непостижимое сумасшествие,” — так называет он астрологию, — “потому что ведь мало назвать "глупостью" то, что совершенно лишено разума?”[71] Несмотря на попытку Цицерона уничтожить астрологию, его друг Нигидий Фигулус позднее получил широкое признание за то, что предсказал окончание гражданской войны, если не возможного победителя.[72]

Хотя астрология играла роль в интеллектуальной жизни республиканского Рима, видимо, она не выходила сколько-нибудь значительным образом на политическую арену, несмотря на то, что у большей части великих людей того времени имелись построенные карты рождения. Юлий Цезарь, видимо, не проявлял большого интереса к астрологии или к другой системе предсказаний. Казалось, он наслаждался, действуя вопреки советам предсказателей, и ничего плохого в результате не происходило, если не считать дня его убийства, который был предсказан (несомненно), но по внутренностям, а не по планетам. Противник Цезаря Помпеи, получил много астрологических советов, как и несколько последующих претендентов на власть. Плутарх сообщает, что Марк Антоний пользовался услугами египетского астролога, бывшего в его окружении.