Чтение онлайн

Совет Союза – орган принятия решений. Он собирается на уровне министров национальных правительств, в связи с чем иногда именуется Советом министров. Однако в отличие от национальных советов министров он выполняет и законодательные функции; его решения, имеющие обязательную силу, образуют вместе с основополагающими договорами право ЕС (или коммунитарное право). Другое отличие состоит в том, что Совет Союза не имеет постоянного состава. Фактически существует множество советов, состав которых зависит от сферы деятельности, к которой относится рассматриваемый вопрос: Совет министров экономики, Совет министров сельского хозяйства, Совет министров иностранных дел и т. д. Но именно здесь представители стран – членов ЕС защищают свои национальные интересы.

Уникальным институтом является Европейская комиссия, или Комиссия Евросоюза (КЕС), имеющая наднациональный характер. Именно на нее приходится львиная доля повседневной рутинной работы, которая выполняется многими тысячами функционеров во всех областях деятельности, переданных на уровень Сообщества. Главное в работе КЕС – подготовка решений и их исполнение, включая контроль над тем, как они исполняются национальными органами. Комиссия управляет финансами ЕС – бюджетом и структурными фондами. В круг ее деятельности входят вопросы экономики, вчаст-ности энергетики и транспорта, сельского хозяйства, занятости и социальной проблематики, научных исследований и здравоохранения, статистики, образования и культуры.

Европейский парламент (ЕП) – представительный орган, избираемый с 1979 г. прямым всеобщим голосованием граждан всех государств-членов один раз в пять лет (до этого депутаты ЕП избирались национальными парламентами). Европарламент – главный демократический форум народов, объединившихся в ЕС. Со временем функции ЕП расширялись, ныне он осуществляет широкий контроль за деятельностью Комиссии, располагая, в частности, правом вынесения ей вотума недоверия, утверждает бюджет ЕС и отчет о его исполнении, участвует в процессах выработки и принятия новых законодательных актов, запрашивает и выслушивает Совет и Комиссию по различным вопросам их деятельности. Его одобрение обязательно при заключении договоров о вступлении новых членов в ЕС и соглашений ЕС с третьими странами.

Уникальную роль играет Европейский суд. Он призван обеспечивать единообразное толкование законодательства ЕС и его примат над национальными законодательствами в пределах юрисдикции, установленной основополагающими договорами. В соответствии с этим он рассматривает и регулирует разногласия между государствами-членами, между ними и ЕС, между институтами ЕС, наконец, между ЕС и физическими либо юридическими лицами. Он также дает заключения по международным соглашениям и предварительным слушаниям дел, переданных ему национальными судами. Главным в работе Европейского суда является обеспечение применения прав.

Институциональная система ЕС не имеет исторических аналогов. Западные правоведы подчас называют ее «юридическим кошмаром», имея в виду то, что ЕС сочетает черты классической международной организации и государства двух типов – федеративного и конфедеративного. Создавая и на ходу реконструируя эту систему, участники ЕС руководствовались не доктринальным и зачастую даже не политическим, а функциональным подходом, т. е., по сути, тем же здравым смыслом.

Едкие и ничего и никому не спускающие западные журналисты давно избрали своей мишенью «брюссельских еврократов». Действительно, громоздкая бюрократическая машина ЕС, в которой заняты 25 тыс. человек, действует со скрипом, и ей свойственны все черты современной бюрократии. Тем не менее сложность этой организационной структуры обусловлена необходимостью согласования интересов как государств, так и различных социальных или профессиональных групп; она создана с учетом асимметричности интеграционных процессов, более развитых или динамичных в одних областях экономической, социальной и политической жизни, неразвитых или замедленных – в других. В итоге эта, казалось бы, немыслимая гибридная система выдержала не одни заморозки, живет и приносит увесистые плоды.

Особо следует сказать о таком «механизме» интеграции, как мобилизация общественной поддержки строительству объединенной Европы. Ведущую роль в этом сыграли наиболее влиятельные политические партии – социал-демократические, христианско-демократические, либеральные и консервативные, которые, за редким исключением, активно поддерживали курс на интеграцию. Таковы же были позиции большинства профсоюзов, всех предпринимательских объединений, а также подавляющей части средств массовой информации, деятелей науки и культуры. Способствовало этому и само Сообщество. Молодежь, вступая в рабочий возраст, все больше проявляет желание считать себя не только немцами, французами, бельгийцами или итальянцами, но прежде всего европейцами.

7.6. Расширение ЕС и Россия

Весь ход истории формирования ЕС показывает, что эта организация преследовала достижение в региональном масштабе следующих основных целей:

сбалансированное развитие всех видов экономической деятельности;

непрерывный и стабильный экономический рост; постоянное повышение уровня и качества жизни; выравнивание уровней экономического развития стран – членов ЕС;

поддержание высокого уровня занятости и социальной защиты населения;

охрана окружающей среды;

преодоление раскола Европы и расширение ЕС до границ СНГ. Теперь уже ясно, что в ближайшее десятилетие в ЕС вступят еще примерно 10 стран. Первой группой «новичков» стали страны Центральной и Южной Европы, ставшие полноправными членами ЕС

в мае 2004 г.: Эстония, Латвия, Литва, Польша, Чехия, Словакия, Словения, Венгрия, Мальта и Кипр. В этих странах проживает 72 млн человек, и общая численность населения в ЕС составила 455 млн человек. В начале 2007 г. в ЕС вступили Болгария и Румыния (26 млн чел.). Впоследствии возможно вступление в ЕС Турции, Хорватии, Македонии, Боснии и Герцеговины, Сербии, Черногории, а также Украины и Молдовы, в которых проживает около 150 млн человек. И тогда ЕС с населением свыше 600 млн человек станет супербольшой международной экономической организацией, функционирующей на принципах конфедерализма и по своей экономической мощи значительно превосходящей США.

К такому развитию ЕС США относятся спокойно и терпимо, рассчитывая на партнерство и сотрудничество в рамках нового международного порядка, который через 20 лет, конечно, будет уже сформирован. Однако Россия проявляет нервозность и сплошь и рядом совершает противоречивые действия. С одной стороны, мы вроде бы не возражаем против расширения ЕС на восток (в отличие от расширения НАТО), а с другой – выдвигаем перед ЕС полтора десятка так называемых «озабоченностей», которые связаны с аннулированием прежних двусторонних договоров с новыми членами ЕС, а также с проблемой Калининграда. Россия вследствие расширения ЕС, говорим мы, может нести потери на сумму 150–300 млн евро ежегодно. Однако ЕС отвечает России, что снижение для российских товаров торговых тарифов в странах – новичках ЕС в среднем с 9 до 4 % даст ей прибыль на те же 300 млн евро в год.

К сожалению, никто не говорит о новых возможностях для России в плане увеличения торговли и иных видов экономического сотрудничества с расширенным ЕС, связанных с использованием значительно большего объема европейского рынка, потенциала научно-технического взаимодействия, повышения российских норм и стандартов с учетом усиления экономических связей с ЕС и т. д. На этом пути Россия может получить миллиарды дополнительной прибыли или существенные выгоды. ЕС явно набирает силу, и России остается либо скромно отодвигаться на восток, становясь на путь самоизоляции и все большего вовлечения в тяжелые проблемы внутри СНГ, расточая свои ресурсы на преодоление этих проблем, либо идти на более широкое сотрудничество с Западом, в том числе с соседней

Большой Европой в виде расширяющегося ЕС. Совершенно очевидно, что второй путь более выгоден, лучше отвечает национальным интересам России. Тогда и страны СНГ сами пойдут вслед за Россией, будут больше рассчитывать на собственные силы.

Еще в 1997 г. между Россией и ЕС было заключено Соглашение о партнерстве и сотрудничестве (СПС). Это Соглашение, или договор, определяет Россию и ЕС в качестве стратегических партнеров и является основой для развития политических и экономических отношений двух сторон. Нет никаких оснований для того, чтобы подрывать это Соглашение во имя мелких претензий или амбиций. На встрече министров иностранных дел стран – членов Евросоюза в феврале 2004 г. было заявлено, что «ЕС открыт для обсуждения всех озабоченностей Москвы, связанных с расширением, но это обсуждение не должно увязываться с расширением ЕС» [8] . В конечном счете Россия отказалась от своих «озабоченностей».