Чтение онлайн

— Насколько вы помните? — злорадно воскликнул Фич. — Значит, вы могли что-то и забыть?

— Да что вы, мистер Фич. Взгляните, вот схема. Мука, наш основной наполнитель, идет вот сюда, к этим пресс-печам…

Доктор Ян Кристиан Хонвельд не скрывал раздражения. Он был известным ученым, а Виктор Грего, обычный бизнесмен и администратор, пытался навязать ему какое-то задание.

— Мистер Грего, вы должны понять, что у меня сейчас слишком много работы. Доктор Эндрюс, доктор Рейнир и доктор Досихара попросили меня выяснить биохимическую причину преждевременных и дефективных родов среди пушистиков. Вы же требуете, чтобы я бросил все это и узнал, почему пушистики предпочитают одну пачку ПР-3 другой. В нашем городе есть оружейный мастер, у которого на двери мастерской висит табличка с надписью: «В сутках двадцать четыре часа, и только один из них мой!» Иногда мне хочется повесить такую же табличку на двери моей лаборатории. — Он нахмурился и, помолчав несколько секунд, спросил: — Мистер Грего, а вам не приходило в голову, что решение проблемы может корениться во вкусовом восприятии пушистиков? Мне кажется, ваши алхимики с завода синтетических продуктов должны учесть этот фактор.

— Я убежден, что пушистики со своим чувством вкуса заткнут за пояс самых лучших дегустаторов Галактики. И все же вряд ли их восприятие сравнится с точностью ваших химических анализаторов. Если пушистики отличают продукт нашего завода от «рациона», изготовленного в Аргентине, мы должны найти причину этого различия. Доктор, я не знаю, кто мог бы справиться с такой задачей лучше вас. Вы наша последняя надежда.

Доктор Хонфельд высокомерно хмыкнул и на миг прикрыл ладонью лицо. Ему польстили последние слова, но он не хотел показывать это своему собеседнику.

— Хорошо, мистер Грего. Я сделаю все, что смогу…

«Я должна быть очень ласковой с доктором Маллином. Я должна быть приветливой и учтивой. Я должна понравиться ему…»

Рут ван Рибек мысленно повторяла эти фразы, словно записывала их в сотый раз на воображаемой классной доске. Воздушный бот, снижая высоту и пролетая над городом, пронесся мимо небоскреба Компании и оставил слева широкое, похожее на бочку, здание Верховного суда. Впереди показалась территория санатория. Среди парка виднелись маленькие белые коттеджи.

Последний раз Рут встречалась с Маллином во время суда. Но даже тогда она старалась говорить с ним как можно меньше. Отчасти это было вызвано жестокостью опытов, которые он проводил над четырьмя пушистиками. Панчо Айбарра однажды сказал, что Рут, кроме всего прочего, испытывает вину за предательство Компании. Какая чепуха! Она выполняла секретное задание. И только это помешало ей уйти тогда из компании «Заратуштра». Она вообще не чувствовала никакой вины. Да и чего там было стыдиться…

— Я должна быть любезной с доктором Эрнстом Маллином, — сказала она вслух. — Проклятье, мне предстоят чертовски трудные деньки.

— Мне тоже, — ответил ее супруг, сидевший рядом. — Но и Маллину придется быть учтивым с нами. А ведь он помнит, как мой пистолет упирался ему в спину в тот день, когда убили Златовласку. Я думаю, он чувствовал, как мало мне было надо, чтобы нажать на курок.

— Панчо утверждает, что Маллин исправился.

— Панчо видел его недавно. Возможно, он и прав. Во всяком случае, Маллин помогает нам, а мы сейчас нуждаемся в любой поддержке. Кроме того, Ахмед Хадра и миссис Пендарвис не спускают с него глаз, так что ему не удастся навредить пушистикам.

Малыши, столпившиеся на грузовой палубе, возбужденно уиикали. На огромном экране фронтального обзора они видели парк и площадку, куда спускался бот. Об этом месте им рассказывали Папа Джек и Папа Герд, Дядя Панко и Маленький Пушистик. Именно сюда за ними придут хорошие Большие, чтобы, забрать в прекрасные места, где их ждет безмерное счастье.

Рут надеялась, что большинство из них не будет разочаровано. Ей очень хотелось, чтобы все пушистики остались довольны своими опекунами.

Воздушный бот приземлился на площадку из стекло-бетона, расположенную неподалеку от здания. Само строение выглядело довольно неплохо. Его построили для содержания душевнобольных, но оно никогда не использовалось по назначению. По крайней мере, так говорил Джек. На каждом из четырех этажей имелась открытая терраса, а на крыше находился декоративный сад. Крыша и террасы были оборудованы высокими решетчатыми оградами, установленными для того, чтобы уберечь пушистиков от падения с высоты. Вокруг зеленели деревья и кусты — настоящий рай для маленького лесного народа.

Их уже ожидала группа встречающих. Они помогли пушистикам спуститься на землю и проводили их в здание. Рут поздоровалась с миссис Пендарвис, с которой была давно дружна, кивнула Сандре Гленн, рыжеволосой красавице, присматривавшей за пушистиком Грего, и подошла к Ахмеду Хадре, чей новый штатский костюм слегка оттопыривался под мышками. Гостей обступили с десяток других людей, которых она знала по школьному департаменту и комиссии по делам несовершеннолетних. Затем к ней приблизился Эрнст Маллин. Одетый в черный деловой костюм, он выглядел напыщенным педантом. «Я должна быть с ним милой и обходительной…» Рут протянула ему руку:

— Добрый день, доктор Маллин.

Возможно, Герд прав, и она действительно чувствует вину за то, что обманула его доверие. Возможно, вся ее ненависть к Маллину возникла только для того, чтобы как-то оправдать себя.

— Добрый день, Рут… э-э… доктор ван Рибек, — поправился он. — Может быть, проведем наших питомцев в столовую?

Он кивнул на полторы сотни пушистиков, которые, возбужденно уиикая, бродили по просторному холлу. Рут не поверила своим ушам. Маллин назвал их «нашими питомцами». Наверное, он тоже решил казаться милым и обходительным.

— Мы приготовили для них праздничный обед. С рационом-три. Ну и, конечно, с раздачей игрушек.

— Где вы достали рацион? — спросила Рут. — За последнюю неделю нам не удалось получить ни крошки.

Маллин подарил ей одну из своих редких загадочных улыбок.

— Мы привезли его с Ксеркса. Компания приступила к производству ПР-3, но, к сожалению, наш продукт не понравился пушистикам. Нам пока не ясны причины несоответствия, поскольку химический состав воспроизводился по уже разработанной формуле. Тем не менее наш рацион прошел проверку госкомиссии, и мистер Грего, переговорив с коммодором Напье, обменял изготовленный продукт на запасы военных. Теперь у нас имеется около пяти тонн ПР-3. Скажите, сколько вам надо для лагеря Холлоуэя? Две тонны вас устроят?

Хватит ли им пары тонн?

— Я даже не знаю, как вас благодарить, доктор Маллин! Конечно, это нас устроит. В данный момент мы даем пушистикам по четверти плитки через день.

«Я должна быть с доктором Маллином очень и очень обходительной!»

— А почему им не понравился продукт, который начали выпускать на вашем заводе?

— Мы и сами пока не знаем. Мистер Грего был просто вне себя. Производственный процесс выверялся до мельчайших деталей…

Когда Малькольм Данбар включил экран, на нем появилось лицо доктора Хонвельда. Ян Кристиан Хонвельд не стал тратить время на приветствие и другие излишества.

— Кажется, что-то вырисовывается, мистер Данбар. В образцах с Одина и Терры имеется один компонент, который отсутствует в вашем продукте. Он не относится к питательным веществам, витаминам и гормонам, входящим в формулу. И насколько мне известно, он не синтезировался ни в одной коммерческой или экспериментальной лаборатории. Это очень сложная и длинная цепочка органической молекулы. В основном она состоит из кислорода, водорода и углерода, но в ней присутствуют несколько атомов титана. Если вашим пушистикам не хватает именно ее, то я могу сказать, что их вкусовое восприятие несравненно тоньше, чем у любых других разумных и неразумных существ Галактики!