Чтение онлайн

Достаточно подвижны границы предметов ведения между федерацией и ее субъектами. Такие изменения редко осуществляются посредством конституционных поправок (одним из немногих исключений является Германия). Чаще основные законы обновляются через конституционное толкование и преобразования политической практики.

В целом наблюдается тенденция к расширению предметов ведения федерации, что, впрочем, не дает оснований к умалению роли субъектов федерации.

Каждый из 50 штатов США, 36 штатов Нигерии, 29 штатов Индии, 26 штатов Бразилии, 16 земель ФРГ, 10 провинций Канады имеет свою достаточно развитую правовую систему.

Так, в США штаты сохраняют за собой право на регулирование вопросов собственности и обязательственного права, брака и развода, здравоохранения и социального обеспечения, профессиональной деятельности. В сферу их правового регулирования подпадают вопросы организации и деятельности центральных и местных органов власти, проведения общественно необходимых работ, налогообложения, введения санкций за правонарушения и многое другое. Достаточно сказать, что около 95 % всех судебных дел в США рассматриваются судами отдельных штатов [105] .

Сложные сочетания национальных и региональных правовых систем существуют и в унитарных государствах с автономными территориальными образованиями.

Например, в Соединенном Королевства Великобритании и Северной Ирландии существуют семь правовых систем: (1) Соединенного Королевства, (2) Великобритании, (3) Северной Ирландии, (4) Шотландии, (5) Англии и Уэльса, (6) Уэльса и (7) Англии. Соответственно, законы Соединенного Королевства могут распространять свое действие на территорию всей страны либо в разных вариациях на территории нескольких регионов либо одного из них. Сложная конфигурация границ указанных правовых систем требует обращения к актам, принятым не только Парламентом Соединенного Королевства, но и Парламентом Шотландии, Ассамблеей Северной Ирландии или Национальной ассамблеей Уэльса [106] .

Такие же сложные проблемы определения пространственных пределов права существуют в Испании, Италии, ряде других государств, создавших автономные территориальные образования.

Помимо указанных факторов, следует учитывать участие государств в надгосударственных интеграционных объединениях и в международных организациях.

Наиболее глубокое воздействие на развитие национальных правовых систем оказывает Европейский союз, объединяющий 28 государств Западной и Центральной Европы и существенно ограничивающий территориальные пределы действия национальных правовых систем. Во многом они определяются правом Европейского союза, что хорошо видно на примере сфер таможенного и внешнеторгового регулирования.

Аналогичные процессы развиваются и в ряде других интеграционных объединений.

И тем не менее о действии законов в пространстве постоянно забывают, что приводит не только к материальным, но и репутационным потерям. Чтобы подтвердить это, достаточно вспомнить историю инвестиционных проектов компании «Роснефть» на территории Курдской автономии Ирака.

В 2016–2017 гг. российские средства массовой информации с упоением рассказывали о заключенных на Санкт-Петербургском международном экономическом форуме инвестиционных и других соглашениях между компанией «Роснефть» и Правительством Курдской автономии Ирака.

Так, «Комсомольская правда» отмечала: на форуме 2017 г. «подписаны значимые соглашения, которые открывают «Роснефти» дорогу в самые перспективные энергетические регионы… С иракским правительством Курдистана подписаны документы о развитии сотрудничества в разведке, добыче нефти и газа, о совместной эксплуатации экспортного нефтепровода» [107] .

В развитие договоренностей, заключенных в Санкт-Петербурге, компания «Роснефть» заключила ряд базовых соглашений и тут же приступила к их реализации.

В частности, по Контракту от 21 февраля 2017 г. о поставках нефти из иракского Курдистана компания «Роснефть» перечислила Правительству Курдского автономного района авансовый платеж в сумме 1,3 млрд долл. США в счет будущих (c 2019 г.) поставок нефти [108] . Общая сумма контракта, которую предстояло выплатить компании «Роснефть», составила 3 млрд долл. США.

Вскоре началась реализация второго крупного проекта – Инвестиционного соглашения, в рамках которого 18 октября 2017 г. были подписаны соглашения об участии компании «Роснефть» в освоении пяти участков нефтегазовых месторождений на условиях раздела продукции, а также заключен контракт на строительство нефтегазового трубопровода, соединяющего месторождения с магистральными трубопроводами Турции.

По данным ряда западных средств массовой информации, за право реализации указанных проектов компания «Роснефть» уплатила около 400 млн долларов США, из которых 50 % предполагалось компенсировать за счет добытой нефти. К освоению месторождений планировалось приступить в 2018 г. Общая сумма соглашений по второму проекту составила также около 3 млрд долл. США [109] .

Проекты компании «Роснефть» разрабатывались и реализовывались в «расчете» на обретение Курдским автономным районом большей независимости, что должен был подтвердить состоявшийся 25 сентября 2017 г. региональный референдум.

Но, как и следовало ожидать, Правительство Ирака не признало не только итоги референдума, но и те договоры и соглашения, которые были заключены между компанией «Роснефть» и Курдской автономией.

А чтобы не было в этом сомнений, Правительство Ирака при поддержке Турции и Ирана ввело войска в провинцию Киркук, где планировалась реализация проектов компании «Роснефть», а также предприняло ряд других решительных мер по пресечению поставок нефти и газа из Курдистана за рубеж.

6 ноября 2017 г. Верховный суд Ирака вынес Постановление № 122, которое указало на недопустимость нарушения территориального единства страны и «ошибочного толкования» национальной Конституции властями Курдистана.

В тот же день Председатель Совета министров (Правительства) Курдского автономного района Н. Барзани согласился с указанным решением Верховного суда, заявив, что иракский Курдистан отказывается от реализации собственных проектов в нефтегазовой сфере, поддерживает предпринятые меры по осуществлению контроля за пунктами пересечения границы Ирака, признает право национальных фискальных органов взимать налоги и сборы на территории автономии, если Правительство Ирака выполнит ранее взятые на себя обязательства ежегодно выделять Курдскому автономному району 17 % от общей суммы налоговых и иных платежей, поступающих в национальный бюджет.

После серии консультаций с национальным Правительством Ирака эта позиция была скорректирована. И в заявлении Совета министров Курдского автономии от 9 ноября 2017 г. было отмечено следующее:

«В отношении передачи от Курдского автономного района федеральному правительству нефтяных месторождений мы вновь повторяем, что этот процесс должен осуществляться в порядке, предусмотренном Конституцией Ирака. Должно быть также гарантировано соблюдение финансовых обязательств Курдского автономного региона перед международными нефтяными компаниями согласно законным образом подписанным контрактам. … Сокращение доли Курдского автономного района в национальном бюджете с 17 % до 12,6 % нарушает соглашение, заключенное между Курдской автономией и Правительством Ирака в порядке официально достигнутого и признанного сторонами консенсуса…» [110]