Чтение онлайн

Он потянулся за веткой красного винограда и целиком засунул её в рот вместе с кусочком спелого персика.

— Пожалуй, соглашусь с этим утверждением, если ты расскажешь мне хоть что-нибудь, чего я не знаю о Робе.

Прот рассмеялся от души, как маленький мальчик, услышавший очевидную глупость. Его рот переливался всеми цветами радуги.

— Я ошибался, доктор брюэр. У тебя есть чувство юмора.

— Хочешь сказать, что не раскроешь ни одного маленького секрета?

— Нет. Ты очень многого не знаешь о робе и о других людях. Включая себя самого.

— Значит, это не составит для тебя труда. Расскажи поподробнее. Чего я не знаю о Робе?

— Ну, ты даже не знаешь, что он хотел покончить с собой как минимум дважды.

— Он что? Когда?

— Когда убили его дочь и жену — помнишь?

— Конечно, помню. Он пытался утопиться в реке за домом.

— Очень хорошо! А про первый раз знаешь?

— Какой первый раз?

— Когда ему было шесть с половиной. Он пытался повеситься в своей комнате.

— В шесть лет?

— Скоро ему должно было исполниться семь. Если быть точным, ему было шесть лет, десять месяцев, девять дней…

— Это тогда он впервые позвал тебя? После попытки самоубийства?

— Ей-богу, ты наконец-то понял.

— Он позвал тебя, поскольку не хотел умирать.

Прот засунул в рот ещё одну ветку винограда.

— Нет, мой человеческий друг. Он позвал меня, потому что ему не удалось умереть.

— Ты знал про это и ничего мне не сказал? Ты и сам не до конца понимаешь людей, мой инопланетный друг.

— Я и так знаю о них больше, чем хотелось бы.

— Пожалуйста, — попросил я (получилось немного надрывно), — давай не будем сегодня обсуждать этот вопрос. Просто расскажи, почему Роб хотел покончить с собой.

— Потому что умер его отец.

— Но ведь он не имел к этому отношения, верно?

— Роб думал, что это его вина.

— Почему?

— Не знаю. Спроси у него.

— Чёрт возьми, прот! Он не хочет со мной разговаривать!

— Может, ты просто задаёшь не те вопросы.

— Я ничего у него не спрашиваю! — прокричал я в ответ. — Его здесь нет, помнишь?

— Если бы ты сначала задал правильные вопросы, он бы мог появиться!

Чтобы не взорваться, я энергично стучал ручкой по блокноту.

— Не знаешь, какие вопросы были бы правильными?

Прот смотрел на меня как на полного идиота.

— Ну, ты мог бы попытаться выяснить, как умер его отец, например.

— Но он же умер от естественных причин, разве нет? Смерть была вызвана увечьями, полученными на рабочем месте, насколько я помню.

— Ты читал свидетельство о смерти?

— Нет. А ты?

— Неа.

— Тогда откуда ты знаешь, как он умер?

— Что получится, если сложить два и два?

— Полагаю, ты собираешься сказать, что правильный ответ — это пять.

— Зависит от измерения, в котором ты находишься.

— Ты пытаешься мне сказать, что в случае Роба два и два — это пять?

— Только то, что ты мог бы посмотреть на ситуацию под другим углом.

— Что, если я не знаю, под каким углом на неё смотреть?

— Ну, тогда стоит пересмотреть вашу систему образования…

— Имеешь в виду мою подготовку как психиатра?

— Нет, дорогой мой, я имею в виду твою подготовку как восприимчивого существа. Конечно, на это может потребоваться пара тысяч лет.

— Прот, у нас нет двух тысяч лет.

— Плюс-минус несколько десятилетий.

— Прот, я прошу тебя прямо сказать мне то, чего я не знаю.

— У тебя рутад [110] торчит из носа.

— Что?

— Сопля.

— Оу….

Он с интересом смотрел, как я достаю платок и вытираю нос.

— Это всё, что ты хотел сказать?

— Про твой хобот?

— Или про что-то ещё.

— Пока да.

— Хорошо. Давай сменим тему.

— Вернёмся к «дядям», полагаю.

— Возможно. Есть ещё пара вопросов о твоём детстве на Ка-Пэкс.

— На этот раз они будут уместными, джино?

— Предоставь мне решать.

Прот пожал плечами.

— Решай сам.

— Спасибо. Ладно. Я собираюсь задать тебе пару вопросов про твоё раннее детство на Ка-Пэкс. Тебе тогда было меньше двадцати лет. Что-нибудь неприятное случалось с тобой за это время?

Он почесал затылок, совсем как обычный человек. Меня всегда удивляло, как попытка вспомнить какой-нибудь факт вызывала зуд на коже головы.

— Ничего особенно. Обычное детство.

— Хорошо. Давай перейдём к более позднему периоду. Сейчас тебе ровно двадцать пять. У тебя есть домашнее животное?

— На КА-ПЭКС нет домашних животных.

— А есть кто-нибудь, кто всё время следует за тобой? Животные, которые ходят по пятам?

— Частенько встречаю фолграма.

— Это кто такой?

— Нечто вроде кота, только поменьше.

Меня потрясло воспоминание, что дядя пятилетнего Робина грозился убить котёнка (и бродячую собаку), если тот расскажет родителям о его злодеяниях, а затем угрожал убить самого Робина.

— Кот?

— К. О. Т. Кот.

— Но разве коты не хищники?

— Не на КА-ПЭКС.

— Кот-вегетарианец.

— Я так и сказал, не так ли? [111]

— Ты сказал, что часто встречал фолграма. Что с ним случилось?

Прот нахмурился и сжал губы.

— Он куда-то ушёл.

— Исчез?

— Нет, это был не чеширский кот. Просто ушёл.

— И ты понятия не имеешь, куда?

— Точно!

— Ты просто однажды проснулся и заметил, что он ушёл.

— Верно! Только у нас нет «утра» в привычном для тебя смысле. Видишь ли, у нас два солнца…