Чтение онлайн

– Чего это ты такое соорудил, – полюбопытствовал Кионд, – я такое видел последний раз довольно далеко отсюда.

– Мы такие мастерили еще совсем мальчишками, – пробубнил я себе под нос, – ничего особенного, но глиняные кувшины разлетаются вдребезги.

Кионд взял у меня из рук пращу покрутил, оглядел со всех сторон, разве что не понюхал, и вернул обратно:

– Таким предметом еще нужно научится пользоваться, а пока выглядит как детская игрушка!

Я посмотрел себе под ноги и на ходу, слегка ободрав пальцы, выковырял из плотной дорожной пыли хороший ровный голыш, вложил его в ложе пращи и поискал глазами подходящую мишень.

– Верю я тебе, верю. Не надо птичек просто так сшибать из хвастовства, – остановил он мой порыв, – к созданиям божьим подобрее надо быть.

– Не ожидал от тебя такой доброты к живым существам, – с неожиданным раздражением вылетело из меня, – копьем в связанного человека тыкать, значит, у тебя верх гуманности?

– Так вот чего ты вдруг такой опечаленный! – тихо пробасил Кионд и после недолгой паузы добавил:

– Нам нужно было добыть очень важные для нас всех сведения и, может быть, благодаря именно им мы спасем кого-то от полона или даже от смерти. А этому замухпышке я лишь ногу оцарапал чтоб на остальных страх нагнать и языки развязать. Эвон, посмотри как он бодро ковыляет! – Кионд ткнул пальцем в толпу плененных.

Тот самый подраненный пленный с перевязанным бедром шел спокойно и даже не хромал, а лишь смотрел пустыми глазами себе под ноги, впрочем как и большинство разбойников. Ведь они буквально час назад гулявшие на свободе и позволявшие себе все, что заблагорассудиться их разнузданной душе, теперь связанны по рукам и друг с другом прочными веревками и идут они совсем не туда, куда им хочется.

– Сердце твое успокоилось? – миролюбиво спросил наш, лишь с виду диковатый, великан.

Я просто кивнул в ответ и тяжело выдохнул. В груди у сердца с силой бился жгучий огонек стыда за свои бестолковые мысли и за то, что так отнесся к своему недавнему спасителю.

– Прости, – сказал я, – был неправ.

Я почувствовал, как щеки заалели, а уши зажгло так, словно их подпаливали на углях.

– Просто ты хороший парень! И очень добрый, – потеребил меня по плечу Кионд, – постарайся этого не растерять, чует мое сердце – будут у тебя еще испытания похлеще сегодняшних.

Долго мы шли в тишине – безмолвные и сосредоточенные на дороге. Самые разные мысли хаотично бороздили сознание, сталкивались и отталкивали друг друга, не давая мне привести душевное состояние к покою и равновесию.

Я периодически оглядывал окружающий мир – вроде бы и ничего особенного или сильно отличного от моего мира. Недалеко от дороги стали появляться островки высоких прямых сосен отделенных друг от друга широкими лугами с невысокой растительностью – подобное я видел и в своих краях.

Мы, монотонно переставляя ноги, шли все дальше и дальше, а сосны, словно завоеватели в союзе с густыми елями, стали захватывать пространство вокруг нас все больше и шире. Да и над дорогой они начали нависать толстыми ветвями и все чаще проплывать в опасной близости от головы сидевшего на телеге Шандала.

Колючие ветви стали переплетаться между собой настолько плотно и густо, что вокруг стало заметно темнее. Постепенно свет совершенно иссяк и лишь только сейчас до меня дошла истина – идем мы уже так долго, что добрались до заката. Привставая на цыпочках и заглядывая в голову нашей колонны, я углядел как Шандал темным пятном поднимается в полный рост на телеге и, уворачиваясь от колючих ветвей, вглядывается вдаль, в надежде, что вот-вот появиться то самое село к которому мы спешно брели. Я же окончательно вышел из задумчивого ступора и все мои мысли, вместе с гудящими от напряжения ногами, устремились туда же вперед, в надежде на достойный отдых.

Вдруг Шандал, в очередной раз приподнявшись, задержался на ногах дольше обычного и, обернувшись к нам, энергично замахал свободной от вожжей рукой и показал ей вперед.

– Ну, слава Богу, почти дошли! – Кионд перекрестился и ободряюще сказал мне, – еще чуть-чуть и отдохнем в сласть.

Хвойный лес резко расступился в стороны и мы выбрались на обширное пустое пространство с широким холмом посередине. В небе уже во всю блистали звезды, и стало гораздо светлее, чем было под лесным одеялом. Дорога повела вправо вокруг холма и вверх по спирали к плоской, словно срезанной гигантским ножом, вершине. Воодушевленный тем, что долгожданный отдых буквально за поворотом, я собрал остаток сил и упрямо карабкался вслед за стадом, нетерпеливо помахивая прутиком. Коровки, почувствовав родные стойла, громко мычали высоко вздымая морды и выпуская клубящийся пар в остывший ночной воздух. Как я ни старался держаться, дыхание предательски тяжело со свистом выходило из меня при каждом выдохе. Широкая тропа вильнула еще раз, и над нами нависло высокое, круглое в основании, здание каменной мельницы. Судя по узким бойницам в стене и высившимся прямо над тропой закрытым балконом, сооружение выполняло заодно и защитные функции, словно добротная сторожевая башня замка.

– Остановитесь! – резко раздалось над нашими головами, – Кто такие? Чего надобно?

Шандал, ехавший в голове нашего маленького каравана, ответил вопрошавшему, быстро и емко рассказав о нашем маленьком сражении и дальнейшем коротком переходе до этого села. Когда он закончил, наверху стало на некоторое время тихо. Затем спереди от нас один за другим показалось с десяток факелов, которые стали приближаться слегка колышась из стороны в сторону.

Во главе отряда, в окружении дюжих воинов с большими круглыми щитами и боевыми топорами в руках, вышагивал немолодой мужчина лет шестидесяти с окладистыми седыми усами и бородкой, в темном, длинной до колен, одеянии на худых плечах. Он уверенно продвинулся вперед между своих воинов и широко раскинув в стороны руки радостно воскликнул:

– Шандал, ты ли это! Все тебе дома не сидится и ты решил все земли обойти что бы было, что в старости рассказать?!

Шандал спрыгнул с повозки, кряхтя разогнулся и тоже раскинув руки обнял подошедшего к нему знакомца. Они похлопывали друг друга по спинам и плечам и о чем-то тихо переговаривались. Шандал периодически оборачивался и кивал в сторону пленных и коров.

Я в ожидании переминался с ноги на ногу и уже начинал терять остатки терпения, когда увидел как по кивку седого мужчины воины расступились и вслед за взмахом руки Шандала наш отряд стал вдвигаться в село. Когда мы поравнялись с седобородым он с почтением и радостью поприветствовал Кионда.

– И тебя этот купчишка соблазнил на приключения?

Они крепко обнялись и затем Кионд показал на меня:

– Это Дион, наш юный спутник. Между прочим сегодня жизнь мне спас! – он посмотрел на меня и продолжил, – Дион, это – Хартмар, староста села Дуглас, наш с Шандалом старинный друг.

Староста слегка наклонил в мою сторону голову, я ответил тем же и моя спина заныла так, что я чуть не позволил себе застонать. Староста приглашающее поднял руку в сторону села и сам быстрым шагом пошел вперед. Мы миновали полотняные крылья мельницы и вышли на довольно большое плато на вершине холма. Факелов прибавилось и их свет упирался в бревенчатые стены приземистых крепких домов, откуда уже высыпали заспанные селяне и с любопытством окружили наш караван. Раздавались громкие радостные восклицания и было похоже, что кто-то узнал свою коровушку.

Мы снова остановились. Селяне замолчали и устремили глаза на своего старосту.

– Благодаря нашим друзьям, мы сегодня вновь приобрели наших утерянных кормилиц. Поблагодарим друзей! – он широким жестом указал на нас.

Раздались благодарственные крики, пожелания здоровья и небесной помощи. Меня все это заставило смутиться и почувствовать, как загораются мои щеки, в тот же момент появилось смешанное чувство радостной растерянности и беспомощности.

Староста, улыбаясь, плавно поднял вверх руку, призывая односельчан к вниманию.