Чтение онлайн

– Если ты умрешь от этого, подумай, сколько я буду танцевать над твоей могилой. Если она у тебя будет. Большой Дэн думает похоронить тебя на заднем дворе,–ее перевернули, и Хан закричала. Потом все потемнело. Она понятия не имела, чем ударили ее, но на этот раз это от-няло у нее все.

Хан надеялась, что она никогда не проснется. Жизнь была слишком тяжелой, чтобы жить.

– Я знаю, что ты был рядом с ней, – Картер кивнул, вспомнив девушку с того утра, когда они приземлились после розыска. Он также помнил ее лицо, когда пытался осмотреть рану. Прежде чем он успел сказать Билли, что с ней все в порядке, Билли заговорил снова. – Он взял и уволил ее. Не знаю почему, но не думаю, что все будет хорошо, когда она вернется домой.

– Он ее уволил? – Картер видел все, что произошло между Хан и взбешенной женщиной, которая напала на нее. Картер имел неприязнь к ее боссу. – Что ты имеешь в виду, говоря о ее домашней жизни? Ее муж тот, кто причиняет ей боль?

Картер также видел выражение ее лица... то самое, которое говорило ему, что с ней жес-токо обращались. Ему хотелось заключить ее в объятия и просто держать ее. Теперь он жалел об этом. Женщину нужно держать на руках, а не использовать как боксерскую грушу.

– Где она? – Билли рассказал ему, и Картер встал. – Ты пойдешь со мной? Тебя она знает и тебе доверяет, а мне не очень.

– Ты пойдешь туда сейчас? – Картер кивнул. – Ты ведь знаешь, что она человек? В смыс-ле, я хочу, чтобы ты пошел и проверил ее и все такое, но... ну...

– Но что? – Картеру было все равно, что беспокоит Билли. Из-за него девушку уволили, и он чувствовал себя виноватым. Он потянулся за курткой как раз в тот момент, когда Билли снова заговорил.

– У нее есть мама, – Картер остановился на полушаге, ожидая продолжения. – Известно, что она причинила девушке боль. Ходят слухи, что она убила отца Ханны, но я не уверен. Мисс Белла, как она любит, чтобы ее называли, Белладонна Оливер. Слышал когда-нибудь о ней?

– Нет. А должен был? – Теперь Картер разрывался на части. Он хотел помочь девушке, но не втягивать никого в неприятности. Ему нравился старик, и он знал, что если его хозяин узна-ет, что кто-то собирается навестить одного из его всадников, он, скорее всего, тоже останется без работы.

С тех пор, как Мишу подстрелили и бросили умирать в прошлом месяце, они все были немного напряжены. Картер знал, что настроение у него тоже было не лучшим, и ненавидел себя за это. Но эта девушка, эта женщина может оказаться в беде из-за него. Филипп, Райдер и Миша вошли в комнату как раз в тот момент, когда он собирался позвать одного из братьев.

Картер рассказал им о том, что произошло сегодня утром и сейчас. Он сказал, что хочет посмотреть, все ли с ней в порядке, и больше ничего. Билли рассказал им, что он слышал о ее матери.

– Оставь это, – Райдер сел с таким видом, будто только что сказал, что это закон. Картер должен был прикусить язык или рявкнуть на него, это быстро приведет его в никуда. Оставать-ся в хорошем настроении становилось все труднее и труднее. Картер посмотрел на Мишу.

– Она была ранена? – Билли кивнул на вопрос Миши. Потом Миша посмотрел на Картера. – Ты идешь один или тебе нужна компания?

– Понятия не имею, – что было правдой. Хотя он хотел помочь женщине, он не хотел, чтобы кто-то еще пострадал, особенно его семья. И он был в достаточном количестве ситуаций, чтобы знать, что даже самые простые вещи могут стать смертельными в мгновение ока.

– Я пойду с тобой, – Филипп улыбнулся и продолжил. – Может быть, она будет так благодарна, что захочет заняться со мной сексом, когда я ей помогу.

Его голова с громким хлопком наклонилась вперед. Увидев маму, Картер чуть не рассме-ялся. Она не выглядела удивленной. Каждый из них стоял чуть прямее и держал рот закрытым, чтобы не привлекать к себе внимания. Они не столько боялись ее, сколько боялись расстроить. Она была их мамой и значила для них все.

– Эта девушка ранена? – Он сказал, что точно не знает. – И все же, вы стоите здесь и слу-шаете, как этот идиот отпускает грубые шуточки. Что если она твоя пара? Ты бы хотел, чтобы кто-то говорил о ней такие вещи?

– Нет, мэм. И она не моя пара, но я имею отношение к ее сегодняшней потере работы. – Картер увидел кратчайшее мгновение разочарования на ее лице. Он не был уверен, было ли это потому, что она не была его парой, или потому, что он помог ей потерять работу. В любом случае, он собирался загладить свою вину перед женщиной и матерью. Она посмотрела на Мишу.

– Ты тоже пойдешь, если не возражаешь. Убедись, что она в порядке и в безопасности. Вы говорите, она потеряла работу? – Картер сказал ей, что да. – Тогда мы должны найти ей что-нибудь. Может, она могла бы работать на вашу компанию, отвечать на звонки и все такое. Я не могу делать это вечно, и она может справиться.

– Она человек, мам, – она кивнула, и Миша тоже. Их мама тоже была человеком, когда встретила их отца много лет назад. – Мы позаботимся о ней.

Поездку к дому они с Мишей проделали в полном молчании. Билли, который никогда не пропускал пленного слушателя, даже того, кто не хотел болтать, никогда не закрывал рот всю дорогу до дома. Когда грузовик притормозил перед домом, Картер почувствовал, как внутри у него все сжалось.

Полицейские стояли во дворе и на улице. Когда они проходили мимо машины «скорой помощи», она все еще стояла с открытыми дверями. Двое полицейских, друзья их семьи, стояли у желтой ленты, не подпуская соседей. Картер кивнул одному из них.

Он боялся. Если он причинил ей боль или даже убил тем, что сделал сегодня, он никогда себе этого не простит. Чем ближе они подходили к дому, тем тяжелее становилось на сердце и тем медленнее, казалось, он шел.

– Насколько плохо? – Картер вздохнул с облегчением, когда Миша спросил. Он чувство-вал, как кошка двигается по его коже в сильном желании все исправить и защитить.

– Били очень сильно. Соседи позвонили. Я слышал, как она кричала, и знал, что это плохо. Один из них сказал мне, что когда девушку бьют, она редко издает звук. Сейчас мы ищем ее мать, – Картер спросил, можно ли ему войти. – Да, но не ходи на кухню. Они все еще работают над ней.

Картер медленно поднялся по шатким ступенькам. Он почувствовал запах крови и мочи еще до того, как ступил на крыльцо. Он вошел в дом только после того, как Миша легонько, но твердо подтолкнул его сзади.

Гостиная выглядела так, словно только слепой мог ею наслаждаться. Розовый цвет в ком-нате варьировался от неонового до чего-то еще более кричащего... розовые меховые подушки, розовый ворсистый ковер, и вырви глаз розовые стены. Стены украшали большие розовые цве-ты с такими же ярко-зелеными стеблями. Даже в огромных квадратах пряжи, свисавших со спинки дивана, было что-то розовое. Кофейный столик был выкрашен с помощью спрея, но тот, кто это сделал, не удосужился снять стеклянные крышки, и они тоже были окрашены в нечестивый цвет. Картер почувствовал, как его желудок сжался. Их направили вглубь по коридору, когда они спросили, где девушка.

Ванная, мимо которой они прошли, была выдержана в пурпурных тонах, почти так же, как и гостиная. Похоже, кто-то даже пытался распылить краску на унитаз и сиденье, но попал не только на пол, но и на стену. Господи, его тошнило, и он никогда не смог бы отлить в этой комнате.

В конце коридора они остановились перед закрытой дверью. Картер почти боялся открыть дверь, но Миша сделал это прежде, чем он успел прикоснуться к ней. Картер в шоке отступил на шаг.

Стерильная белизна комнаты действовала успокаивающе после избытка красок в других комнатах. Он вошел как раз в тот момент, когда Миша переступил порог.