Чтение онлайн

Сёстры пробыли в музее дольше, чем планировала Алеста. И даже дольше, чем предполагала Бернис. А после музея быстренько забежали в ресторан неподалеку, поскольку, со слов Бернис, студент во время экзаменов очень часто забывает о том, что ему следует не только время от времени отдыхать, но ещё и полноценно питаться. Так что, как бы не отнекивалась Алеста, ужин у неё все-таки получился плотным и насыщенным.

К тому времени, как пришла пора расходиться по домам, снег, кажется, стал чуть сильнее. Мало чего хорошего было в этом наблюдении: чем больше снега выпадет на дороги за грядущие два дня, тем более выматывающим и непростым будет путь в одно интересное местечко…

Прежде чем направиться в сторону общежития, Алеста взглянула на Бернис и предложила:

— На выходных мы с Кеем поедем в Плуинг. Не желаешь отправиться с нами?

— Ох, знаешь…

Мысленно Алеста приготовила нанизывать на леску новую бусину: оправдание Бернис насчет того, почему она не может отправиться в Плуинг в какой-либо определенный день. В коллекции Алесты таких оправданий было уже достаточно: занята в школе; занята на исследованиях; нужно помочь отцу; попросил о помощи Гленн; договорилась о встрече; болит голова; нужно многое успеть закончить.

Однако в этот раз Бернис сказала лишь только:

— Давай я присоединюсь к вам сразу после Перерождения. Пускай это будет нашей зимней традицией.

Последний раз Бернис была в Плуинге в конце лета — помогала Алесте со сборами в университет.

Алеста провожала спину Бернис взглядом дольше, чем требовалось. Но не испытывала по отношению к сестре ничего, кроме понимания. Бернис тяжело было вписываться в семью Эндерсонов, пускай всё и относились к ней с теплом. Так же, как и Алеста не то чтобы не хотела, а даже не пыталась стать частью семьи Меллиганов.

У каждой из них осталась своя семья.

Быть может, если бы Алеста и Бернис встретились немного раньше… Лет хотя бы десять назад, то всё сложилось бы иначе. Но что уж теперь жалеть? Главное, что они преодолели все испытания, подброшенные жизнью. И обрели друг друга.

…Два оставшихся до выходных дня пролетели незаметно.

А точнее даже будет сказать, пронеслись чересчур стремительно, так что их категорически не хватило. В ночь с пятницы на субботу Алеста сидела за учебой до последнего — то есть до самого утра, так и не притронувшись к кровати. И на встречу с Кеем пришла, нагруженная учебными материалами. И парочкой синих мешков, устроившихся прямиком под глазами.

Каждая встреча с Кеем начиналась одинаково.

Он смотрел на неё взглядом тёплым, как огонь в камине. Потом осторожно обнимал за плечи и шептал прямо в рыжие волосы:

— Здравствуй, Лесс.

А она отводила голову назад, смотрела в его глаза и улыбалась. И следом Кей обязательно спрашивал что-нибудь такое, что в данный момент казалось ему наиболее важным.

В этот раз Кей спросил, как продвигается учеба.

И Алеста ответила, что отлично. А потом поделилась планами на два ближайших дня: готовиться к экзамену по дороге в Плуинг, посвятить подготовке ночь в родном доме и на обратном пути продолжить эти мучения. И тогда Кей поинтересовался, не мистер ли Меллиган, случаем, будет принимать этот экзамен. А Алеста ответила, что нет, и скорее даже к счастью.

Разговор продолжался недолго: несколько мгновений.

Но за это время Алеста успела слегка утолить тактильный холод: сжала пальцы Кея, поправила волосы, поцеловала в щеку, колкую от щетины, и собственной щекой потёрлась о плечо. Когда Кей находился рядом, его неумолимо хотелось касаться. Не отпускать ни на секунду.

Свадьба должна была свершиться совсем скоро. В первый день грядущей весны. Её и без того отложили на непозволительный срок — чтобы успеть решить всё то, что требовало решения.

Дома к Кею относились приветливо.

И даже те, кто изначально отнёсся скептично.

Радовались его появлению всё — иной раз Алесте казалось, что Кею они рады даже больше, чем собственной дочери, сестре, племяннице и внучке. Но особую любовь к Кею питала, конечно же, бабушка. Не стеснялась припоминать, что, мол, это именно она отнеслась к Кею со всем радушием ещё во время их первой встречи, когда он был не женихом Алесты, а всего лишь следователем. И что на первой же встрече разглядела в нём потенциал и, можно сказать, предсказала, что теперь этого молодого человека ей придётся видеть часто.

Единственным, чье сердце оставалось к Кею равнодушным, был Принц Краснопёрых.

Он, вполне возможно, считал себя единственным достойным спутником Алесты. В самом деле, такой изящностью, статностью, гордостью и оригинальностью, какими обладал Принц Краснопёрых, вряд ли мог похвастаться ещё хотя бы один обитатель этого огромного мира. Принц Краснопёрых имел лишь один недостаток — он был котом. Но сам Принц принимал его, скорее, за особенность, и даже приятную.

В этот раз всё было как всегда.

Так что уже становилось доброй традицией.

Кей бросил машину возле гостевого дома, и вместе с Алестой они шустренько добрались до дома Эндерсонов. Король Подземельных заприметил их ещё издалека, радостно завилял хвостом и бросился обниматься последними новостями. На пороге их встретили бабушка с дедушкой. А за ними подтянулись все остальные. И даже мама.

Мама, которая с каждым днём шла на поправку, так что и выглядела теперь куда живее прежнего. Мистер Меллиган сдержал обещание. Мама встретилась с врачом, который составил план лечения. И ещё — за счёт мистера получила все необходимые медикаменты.

Хотя с ним самим мама так и не увиделась. Ну или, по крайней мере, не известила об этом Алесту.

Если бы Алеста и Бернис встретились немного раньше, хотя бы на десять лет, вдруг у матери и отца ещё был бы шанс начать всё сначала?

За долгожданной встречей следовал ужин — такой, после которого можно было не питаться ещё неделю. Ну и, конечно, обмен новостями. А потом их большая семья распадалась на группки, и тут уже существовала вариативность.

Иногда Алеста и Кей оставались на кухне. Пока Алеста помогала бабушке разбираться с посудой после пиршества, Кей вел прелюбопытные беседы с дедушкой. И вообще — дедушка по величине своей симпатии к Кею ненамного отставал от бабушки. Кей знал о жизни в Леберлинге из собственного жизненного опыта. А дедушка — из многочисленных газет. Одно только это требовало пристального внимания, ведь так интересно сравнивать действительность и фантазии репортёров!.. А ещё Кей разбирался во многих областях — помимо тех, с которыми работал сам. Так что слушать его было в удовольствие. Алеста и сама заслуживалась.

Частенько Алеста и Кей брались присматривать за самыми младшими Эндерсонами. Происходило это примерно так: Алеста, которая за годы жизни в этом доме так и не научилась ладить с детьми, вжималась в диван и наблюдала со стороны. Зато Кей с энтузиазмом брался за игры — и даже не то чтобы в них включался, он их создавал. Так что мальчишки в нём души не чаяли. Вивитт и вовсе смотрела на него влюбленными глазами, что вызывало у дяди тяжелые вздохи, если он вдруг оказывался рядом.

А Алеста смотрела на Кея и думала о том, что однажды он станет замечательным отцом.