Чтение онлайн

— И много лишних безделушек в пространстве появилось с тех пор, как я последний раз здесь была. Вот эти фигурки на полках… Или узор штор… Не надоедает обилие пестроты?

— А мне нравится, — призналась вдруг Лесс. — Уютно.

Кей осознал это только сейчас — чем-то неуловимым его кабинет напоминает комнату Лесс в Плуинге. Быть может, тем, что и Кей, и Лесс пытались впихнуть в небольшое пространство всю свою настоящую жизнь? А потому не скупились ни на детали, ни на краски. Обустраивали всё так, чтобы им самим было уютно здесь находиться.

— Вот и хорошо, что это тебе надо будет помогать Кею, а не мне.

Рядом с креслом для посетителей Кей поставил сумку Лесс. А сам приблизился к рабочему столу. Пыли на нём, в самом деле, уже успело накопиться… Оставить, что ли, Лесс писать отчёт о поездке, а самому взяться за уборку?..

Противореча собственным словам, Бернис подошла к одному из шкафов и сняла с неё статуэтку белой козы с позолоченными рожками. Не было ничего удивительного в том, что Бернис привлекла именно эта статуэтка — ведь она сама дарила её Кею на последнее Перерождение, что они встретили друзьями. Когда они перестали таковыми друг другу приходиться, Кей и поставил сюда эту статуэтку. Как память… Чтобы как можно дольше не заживали раны, нанесенные на сердце.

Бернис провела по золотистому рогу пальцем, смахивая пыль, а потом поинтересовалась:

— Что бы вы хотели получить на Перерождение? — Переведя взгляд на Лесс, она покачала головой: — Я столько подарков задолжала тебе, сестричка.

— Как и я тебе, — заметила Лесс. — Когда окажемся в Плуинге, первым делом пойдём в Лавку странностей. И я вручу тебе мешок разных безделушек.

— Звучит, как страшный кошмар, — Бернис усмехнулась. — Я привыкла не привязываться к вещам. Но с безделушками от тебя не смогу поступить никак иначе, кроме как поставить их на полку, чтобы почаще натыкаться взглядом. Стану на шаг ближе к Кею.

Бернис шагнула к окну, отодвинула в сторону белый тюль, провела ладонью вдоль оконной рамы — через щели внутрь кабинета влетает морозный зимний воздух. Кей давно хотел утеплить раму, но прежде всё никак не доходили руки…

— Что ж, меня, пожалуй, и вправду ждут, — заметила Бернис. — Отец вряд ли волнуется, а вот… остальные — вполне возможно. Алеста… Не сомневайся. Сегодня нашего отца ждёт серьёзный разговор. — Она покачала головой и поправила рыжую прядь, выбившуюся из низкого пучка. — Как только он состоится, я обязательно тебе обо всём сообщу. Найду способ.

За пять шагов она преодолела расстояние между окном и дверью в кабинет — синее платье, пережившее столько разных событий, встрепенулось, как крылья бабочки на ветру. Бернис крепко обняла Лесс — их рыжие пряди волос соприкоснулись, будто встретились на мгновение две одинокие страждущие искры. И разгорелся огонь, способный на многое, если не на всё.

Бернис шепнула ей что-то на ухо, и Лесс прошептала ответ, но ни единого слова ни одной из сестёр Кей различить не смог. То ли сам этого не захотел… То ли сёстры не позволили. Поскольку Кею предназначались другие слова. И предшествующий им суровый взгляд:

— Кей, проводишь меня до выхода? Боюсь заблудиться.

Бернис, конечно, была не из тех, кто мог бы заблудиться в коридорах Управления.

И это значило, что на самом деле цель её просьбы — сказать Кею нечто такое, чего бы она не хотела говорить при Алесте. Вот только повиснуть у него на шее и подтянуться к уху Бернис не может. Поэтому приходится действовать иначе.

— Провожу, — согласился Кей. Взглянул на Лесс: — Мисс Эндерсон, располагайтесь. Я скоро вернусь.

Для Лесс это был отличный шанс — убежать, ведь Кей, который обещал контролировать каждый её шаг, отлучился, хотя довёл её до кабинета. Кей не обидится, если Лесс поступит именно так. Расстроится и огорчится, но прекрасно её поймёт.

Первую половину дороги, несмотря на явственные намеки, Бернис соблюдала тишину.

Только когда экватор был пройден, она наконец поинтересовалась:

— Что ты испытываешь к Алесте?

Кей ожидал от неё всё, что угодно. Замечаний по поводу того, как неуважительно в Управлении относятся к Вистану Меллигану. Обещаний разобраться с этой ситуацией самостоятельно, раз здесь все такие трусливые и неумелые. Советов по поводу того, как улучшить обстановку в его кабинете, в конце концов.

Но уж точно не вопросов о чувствах.

И всё-таки Кей ответил… Поскольку, конечно же, Бернис имела к этой истории непосредственное отношение.

— Когда я увидел её впервые, то весьма сильно удивился. Потому что перепутал её с тобой. Но сейчас, спустя время, я начал понимать, что она — это всё же не ты. Сначала это было… воспоминание, что ли? Воспоминание о том, что я испытывал к тебе, — он внимательно посмотрел на Бернис. И Бернис ответила серьёзным взглядом, в которым не осталось и намека на веселье.

— А потом? — уточнила она.

— А потом — бесконечное разочарование собой. Из-за того что я делаю плохо такой, как она. Что ворвался в её спокойную жизнь и перевернул с ног на голову.

— А сейчас?

Взгляд Бернис пронзал насквозь. И даже если бы Кей не стал ничего отвечать, этот взгляд ещё долго преследовал его во снах. До тех самых пор, пока Кей не признался бы в правде самому себе. Но перед тем — потерял всякий покой.

— А сейчас я хочу, чтобы всё это закончилось как можно скорее, — заметил он осторожно.

— Тогда, в том парке, тебе хватило смелости посмотреть мне в глаза и признаться во всём прямо, — Бернис усмехнулась. — Зато теперь трусишь. Кей, Кей…

Она остановилась напротив него. Потянулась к воротнику помятой сорочки, чтобы поправить уголок. Провела ладонью вдоль его уха и осторожно спустилась к шее, а затем к груди. Остановила ладонь прямо напротив сердца.

И сердце осталось спокойным. Ровно до того момента, пока Бернис не продолжила задавать вопросы:

— Когда всё закончится, ты хочешь забыть её и, следовательно, меня, как ночной кошмар? Оставить этот эпизод в памяти, но не взять с собой в настоящее? Чего ты хочешь на самом деле, Кей?

Чего он хочет? Вопрос отличный.

Было бы совсем неплохо, если бы существовала такая возможность: зажмурить глаза, а распахнуть их уже тогда, когда всё станет хорошо? Но Бернис очень точна в правильном формулировании вопросов. Если «хорошо» будет значить «вычеркнуть из жизни рыжеволосых сестёр», согласен ли Кей на такой исход?

К тому, что рядом с ним нет Бернис, он уже успел привыкнуть.

Но насколько долго он будет привыкать к тому, что рядом перестанет быть Лесс? Будущее похоже на туман — как ни старайся его разглядеть, не увидишь дальше собственных рук. Но отчего же кажется, что сейчас, пытаясь разглядеть грядущие события, Кей различает огонёк, пылающий где-то там, вдалеке.