Чтение онлайн

Девушка оказалась сделанной из материала покрепче: она зашла сзади и, почувствовав боль от удара по затылку, Дюррел понял - победа за нею. Он ткнулся лицом в холодный песок, заскрипевший на щеках и губах, и закрыл глаза, погружаясь в головокружительную темноту.

Долго слышен был только тихий плеск и вздохи моря на прибрежном песке, и ещё бормотание ветра где-то неподалеку, и похожий рокот далекого уличного движения. Еще ему показалось, что он слышит музыку, но он не был в этом уверен. Через некоторое время он начал дрожать, перевернулся на спину, глядя в голландское небо, прямо над собой увидел луну и понял, что довольно давно тут валяется. Он был один, Кассандра со спутниками давно исчезли и были далеко. Он опять перевернулся на живот и медленно приподнялся на руках и коленях, чтобы получше осмотреться и понять, где находится.

Всюду простиралось море, блестевшее жидким серебром в лунном свете, плоское и спокойное, как озеро. Примерно в двух сотнях метров на берегу виднелся небольшой бетонный пирс, уходивший в море. В другой стороне темнела группа простых голландских домиков - рыбацкая деревня, расположенная на берегу внутреннего лимана, бывшего Зюдерзее. Красные и зеленые навигационные огни складывались в мозаику, отражавшуюся в воде. Поблизости был слышен шум проезжавших автомашин, и когда он оглянулся в сторону суши, то увидел, что автомобильные фары освещают пустой берег, море и плоскую землю, которая всюду выглядела одинаково.

Дюрелл отдыхал.

Немного погодя он поднялся и зашагал по берегу в сторону дороги. Там сел на бетонное ограждение велосипедной дорожки и принялся ждать. Мимо на север и на юг пронеслось с полдюжины автомашин. Ему казалось, что маленькая рыбацкая деревушка на юге расположена слишком далеко, чтобы затевать туда пешую прогулку. Проще было подождать. И вскоре со стороны широкого, мощеного кирпичом шоссе донесся рев мотора и одинокая фара мотоцикла залила его ярким светом.

Это был один из тех желтых патрульных мотоциклов с коляской, которые входили в общую для всех Нидерландов систему дорожного обслуживания и предназначались для помощи попавшим в затруднительное положение автомобилистам.

Водитель мотоцикла оказался человеком весьма квалифицированным и деловитым. Он спрыгнул с мотоцикла, вытащил блокнот, прикрепленный к поясу, и подошел к Дюреллу, сидевшему на обочине под круглым синим знаком, указывавшим, что эта дорожка предназначена для велосипедистов.

– Минхер, вы попали в аварию?

– В каком-то смысле - да, - ответил Дюрелл по-голландски.

Мотоциклист сразу переключился на медленный, но правильный английский.

– А где ваша машина, сэр?

– У меня её не было. Вы можете подвезти меня обратно в Амстердам или по крайней мере до остановки троллейбуса, чтобы я мог вернуться в город?

– Конечно, сэр. Но что с вами случилось? Вы ранены.

– Да, верно, - мрачно буркнул Дюрелл.

Близилась полночь, когда он, вернувшись в город, вошел в тихий холл отеля "Спаанягер" на Мейерхофплейн. В общественном туалете он попытался по мере сил стряхнуть песок с одежды и промыть кровавую ссадину на затылке, но все его тело и голова болели и он кипел от раздражения и злости на то, что потерял контакт с девушкой, которая, как это ни было невероятно, назвала себя Кассандрой.

Карту, которую он отправил себе почтой, с присущей голландцам пунктуальностью уже доставили, и портье за стойкой в отеле вручил её, не успел Дюрелл войти в холл. Он поднялся в свою комнату, осторожно вошел, убедился, что все спокойно, и отправился с картой в ванную, где сбросил одежду и включил горячую воду. Карта выглядела все также, обычная туристская дорожная карта довоенных времен, без каких - то существенных пометок. Дюрелл недоуменно покачал головой, затем решил, что что - нибудь может обнаружиться при лабораторном анализе.

Перед тем, как забраться в ванну, он заказал у портье бутылку джина. Немного кружилась голова и он подумал, не причинил ли удар по затылку более серьезных повреждений; у него не было уверенности, что все обошлось благополучно. В ванне он опять принялся разглядывать карту. Это была обычная карта, выпущенная королевским нидерландским автомобильным клубом в 1938 году. Почему Пит ван Хорн придавал ей такое значение? Дюррел все ещё хмуро её разглядывал, когда раздался осторожный стук в дверь, и крикнул официанту, чтобы тот вошел и поставил заказанную бутылку джина.

Официант оказался круглолицым блондином лет пятидесяти с плотным голландским животиком и светлоголубыми глазами, мельком скользнувшими по Дюреллу, когда тот появился в дверях ванной.

– Господин Дюрелл, я - инспектор Ганс Флаас из нидерландской полиции безопасности.

Дюрелл кивнул и улыбнулся.

– Позвольте мне одеться, инспектор.

– Конечно, но дело в том, что я получил донесение о совершенном на вас нападении.

– Да, это так. Ваши люди хорошо работают.

– У нас маленькая страна. Не желаете вызвать врача?

– Нет, нет.

– Тогда, вероятно, мы можем поговорить о деле.

– Я ждал вас, - сказал Дюрелл и подумал, успел ли О'Кифи добраться сюда вовремя, чтобы управиться с телом Пита.
– Буду в вашем распоряжении через минуту.

– Конечно.

Дюрелл вытерся, надел халат и вышел в гостиную. Флаас сидел выпрямившись, сведя вместе колени и лодыжки, словно опасливая старая дева. Но в том, как он холодно и проницательно взглянул на Дюрелла, не было ничего смешного. После того, как они пожали друг другу руки, он попросил у Дюрелла разрешения закурить и, извинившись, достал вонючую итальянскую сигару.

– У нас есть великолепные голландские сигары, но благодаря некоторым обстоятельствам у меня испорченный вкус. Вы не возражаете?

– Вовсе нет, - сказал Дюрелл.

Голландец продолжал говорить, глядя на пламя своей спички.

– Вы, конечно, понимаете, что мы знаем, кто вы такой и почему оказались здесь.

– Я нисколько в этом не сомневаюсь.

Флаас кивнул.

– Однако вы можете не знать, кем был Пит ван Хорн - как это вы говорите по-английски? Двойной агент. Он работал на голландскую разведывательную службу точно так же, как и на ваш секретный отдел "К".

– Но мы же союзники, - невозмутимо заметил Дюрелл.

– Да. У нас общие цели. Вы видели сегодня Пита ван Хорна?

– Да, у него дома.

– Вы знаете, где он сейчас?

– Нет. А вы?

Инспектор Флаас не спеша затянулся своей вонючей сигарой. Его круглое лицо было румяным и здоровым; небольшой животик выглядел очень крепким; как подумал Дюрелл, можно сломать запястье, ударив его в живот.

– Думаю, нам следует быть откровеннее друг с другом, господин Дюрелл, - сказал Флаас.
– Ваша репутация весьма надежного человека не осталась для нас неизвестной. Вы можете быть очень опасны, и мы счастливы оттого, что у нас с вашим подразделением общие цели. С другой стороны, здесь Нидерланды, и мы вынуждены просить вас сотрудничать с нами, пока вы находитесь под нашей юрисдикцией. У нас с вами общая проблема. Ужасная проблема. Это угроза всему цивилизованному миру.

– Понимаю, - сказал Дюрелл.

– Да, всему миру. Но, естественно, моя первая и главная мысль о голландцах - их безопасности и их здоровье. Он угрожает нам в первую очередь - этот сумасшедший, мистер Дюрелл. Вы знаете о погибших рыбаках?

– Пит мне рассказывал.

– Это может оказаться началом чумы, от которой вымрет значительная часть человечества, - медленно произнес Флаас.
– Все тревоги, связанные с атомными бомбами, межконтинетальными ракетами, станциями на Луне станут совершенно несущественными, если этот ужас вырвется на волю. Есть люди, которые рекомендуют предпринять самые решительные действия - послать большую группу людей в северные районы, чтобы найти этих сумасшедших и их убежище и выкурить их из берлоги, откуда они нам угрожают. Но мне кажется, что таким образом мы можем уничтожить самих себя. Нет, следует предпринять небольшую прогулку. Нужно попытаться вступить в сделку с этими людьми, кем бы они ни были, раз они приставили пистолет к виску человечества и просят взамен только денег. Фактически это станет выкупом для всего мира.