Чтение онлайн

Шейдт сидел, прижав к уху трубку телефона, в номере отеля «Континенталь». Он слушал очередное донесение штурмбанфюрера Пауля Курца и чувствовал, как внутри у него закипает гнев. Тербовен был не из тех, с кем можно шутить шутки, и вот, всего через два часа после разговора с новым имперским комиссаром Курц сообщает, что человек, от которого зависит сама жизнь Шейдта, едва не получил снаряд прямо в брюхо.

— Ради бога, Курц, эти летуны чуть не ухлопали его уже во второй раз. Он нужен нам живым.

— Успокойтесь, — ответил Курц. — Мы узнали об этом всего минуту назад. Они ранили полковника и, похоже, серьезно. Даже если он не умрет, он теперь вне игры. Так что можете считать, что Один практически у нас в руках.

— Это если союзники не доберутся до него раньше, чем вы, — прорычал Шейдт. — Скажите вашему идиоту Гейслеру, чтобы его пилоты перестали обстреливать этих людей.

— Не учите меня работать, герр Шейдт.

— Послушайте, — вскипел Шейдт, — если с Одином что-нибудь случится, нам обоим крышка. Скажите мне, что вы делаете для его поимки? Какие подразделения участвуют в операции? Скажите, вышли ли они на след Одина?

— Все вы, политики, одним миром мазаны, — ответил Курц. — Просиживаете штаны в Осло и думаете, что у нас все проще простого, а тут, между прочим, дивизия Энгельбрехта сражается с англичанами и норвежцами — весь этот день шли тяжелые бои. Сведения о том, где находится Один, мы получили только утром, да и сведения-то довольно неопределенные, а Лиллехаммер пал всего несколько часов назад. Ну так вот, сейчас в моем личном распоряжении находится разведрота из горнострелковой дивизии Дитля, и для того, чтобы ее получить, мне пришлось использовать все мои связи. Эти «горные стрелки» были приданы дивизии Энгельбрехта, сейчас они выходят в горы, чтобы найти наших норвежцев. И они возьмут Одина. Завтра утром у нас с вами состоится разговор куда более приятный.

Шейдт облегченно вздохнул.

— Все, что от вас требуется, Курц, это послать людей в горы, чтобы они нашли Одина и доставили его ко мне целым и невредимым.

Он бросил трубку, откинулся на спинку кресла. Возможно, Курц прав. Возможно, он просто-напросто просиживает здесь штаны. Так ли уж нужно ему оставаться в Осло до конца месяца? Квислинг вполне способен обойтись несколько дней и без него. Шейдт встал, подошел к окну, взглянул на крыши города. Да, черт побери, он отправится в Лиллехаммер и возьмет на себя руководство операцией по захвату Одина.

Еще один самолет, на этот раз пролетевший намного выше. Из пушек он не стрелял и бомб не бросал — стало быть, разведчик. Интересно, заметил их его экипаж? Знать этого Таннер не мог, однако чувствовал: за ними наблюдают. И его это тревожило.

Пока он осматривал в оптический прицел окрестности, к нему подошел Сайкс.

— У тебя закурить не найдется, Стэн? — спросил Таннер.

Сайкс вытащил из кармана пачку сигарет.

— С этими викингами что-то не так, — сказал он, зажигая спичку. Потом протянул Таннеру раскуренную сигарету. — Выглядят они паршиво — все, не только полковник. И кто такой этот старикан, штатский? Они что-то скрывают от нас, сержант.

Таннер пожал плечами:

— Может быть. Но мне все равно, чем они тут занимаются, — главное, чтобы помогли нам вернуться в наш батальон.

Таннер возвратился в хижину, где находилась большая часть его солдат. Окинул их взглядом. Господи, как же он устал — и как голоден. Некоторые из солдат уже спали, а ведь они пришли сюда всего пять минут назад. Он склонился над Гулбрандом.

— Полковник спит, — сказал Ларсен.

Таннер выпрямился.

— Нужно как-то вытащить его отсюда.

Ларсен кивнул. На его бледном худом лице успела отрасти за последние несколько дней рыжеватая щетина.

— Кто у вас самый старший после полковника офицер?

— Я, — ответил Ларсен. — Хожу в лейтенантах уже два года.

— Карта у вас есть?

— Есть. — Ларсен сунул в свой рюкзак руку.

— Там за дверью стоит мой капрал. Давайте прогуляемся втроем, вы не против?

Ларсен направился за ним к двери.

— Сейчас девять с минутами, — сказал Таннер и, подув себе на ладони, увидел, как изо рта его вырывается парок. — Раньше одиннадцати не стемнеет, стало быть, у нас есть еще два светлых часа. Но при этом есть и проблемы — две. Первая: полковник Гулбранд. Если мы понесем его на себе, далеко нам не уйти.

Ларсен кивнул.

— Вторая, — продолжил Таннер, — мои солдаты — они вымотаны и голодны, и я тоже.

— И я, — добавил Сайкс.

— Я понимаю, — сказал Ларсен. — С нами то же самое.

Таннер взглянул ему в глаза:

— Не хотите сказать нам, что вы здесь делаете?

Ларсен покачал головой:

— Нет. Но поверьте, это очень, очень важно.

— Хорошо. Я полагаю, вам хочется добраться до союзников?

— Да. Очень.

— Значит, первым делом необходимо понять, где мы находимся, и найти кратчайший путь, ведущий в долину. Я был бы не прочь выяснить, и где находятся фрицы. Какое расстояние нам нужно пройти, чтобы добраться до фермерских домов?

— Не очень большое. Думаю, мы сейчас неподалеку от Ойера. — Ларсен развернул карту. — Вот, посмотрите, впереди у нас ручей — видите тот склон? Значит, вон там должны стоять фермы, а внизу, под ними, деревня.

— И судя по контурам карты, склоны долины здесь не очень круты, не то что у Лиллехаммера. В таком случае мы можем перенести полковника на одну из ферм. Давайте-ка, мы с вами, сэр, если вы не против, отправимся туда. Возьмем одного из моих людей и лейтенанта Нильсена. Понесем полковника по очереди. Ты останешься здесь, Стэн. Разбей людей на смены — одни поочередно стоят на часах, круглосуточно, остальные спят. Если все будет спокойно, к ночи мы спустимся в долину.

— А как вы полковника-то потащите? — спросил Сайкс.

— Найдем пару крепких жердин, привяжем к ним рукава двух шинелей — вот и будут носилки.

Впрочем, когда они попытались переложить полковника на носилки, он проснулся и сквозь стиснутые зубы сказал:

— Нет, я не должен попасть в руки немцев. Оставьте меня здесь.

Таннер подчинился. Если они не хотят делиться с ним своими секретами, это их дело. Да и в любом случае без полковника спускаться с горы будет легче.

Он взял с собой рядового Макаллистера из отделения Сайкса — все случившееся за этот день, похоже, подействовало на него не так сильно, как на других. Так или иначе, Макаллистер производил впечатление человека, сохранившего способность быстро соображать. Из норвежцев с ними пошли Нильсен и Ларсен.

Оглядев глубокое ущелье и протекающую по нему реку, они обнаружили вившуюся по его склону тропу. Чем ниже они спускались, тем менее глубоким становился снег, и в конце концов под ногами у них остались одни только камни. Внизу лежала извилистая долина реки Логен. На берегу реки стояла деревня Ойер, а по долине была протянута железнодорожная ветка, одноколейка. По обоим спускавшимся к реке склонам долины были разбросаны фермы, вокруг них виднелись в густых сосновых лесах небольшие луга — вскоре им предстояло порасти густой травой. Однако сейчас, в третью неделю апреля, долина оставалась черной, белой и серой. Еще одну краску, синюю, давала лишь ледяная вода реки.