Чтение онлайн

Вскоре после полудня из долины стали долетать звуки боя. С неба доносился гул множества самолетов, на земле зловеще и глухо бухали пушки.

Четыре часа спустя они приблизились к Треттену и увидели, что склоны долины здесь гораздо круче. Разрывы внизу участились. В небе появились бомбардировщики, началась бомбежка.

Шеванне и Ларсен развернули карту. Француз оглянулся на поднимавшуюся за его спиной горную вершину.

— До Треттена от нас не больше трех километров, — сказал он.

— В таком случае пора начинать спускаться, — сказал подошедший к ним, чтобы принять участие в импровизированном совещании, Таннер.

— Нет, — возразил Шеванне. — Это слишком рискованно. Мы направимся на север, а там повернем и спустимся к деревне. Выходим через две минуты.

Таннер возвратился к своим солдатам.

— Остался последний рывок, парни, — сказал он. — Стэн, не спускай глаз с Сандвольда. Я вас скоро догоню.

Он шел среди деревьев, пока не увидел Треттен, и тогда достал прицел. Дорогу заполняли солдаты и машины, выезжавшие из-за изгиба ущелья. И тут внимание Таннера привлекло движение под деревьями левее и ниже его позиции. Люди. Отряд немецких солдат — всего в нескольких сотнях ярдов под ним и на четверть мили южнее.

— Проклятье, — пробормотал он. — А мы тут время тратим.

Он вскочил на ноги и нагнал лейтенанта Шеванне.

— Немецкая часть, сэр, внизу на склоне, недалеко отсюда.

— Которая и перехватила бы нас, если бы мы поступили так, как вы предлагали.

— Никак нет, сэр. Увидев их, мы сразу же изменили бы курс.

— Вы просто не способны признавать свои ошибки, не так ли, сержант Таннер? Ваша дерзость начинает действовать мне на нервы. Вы разговариваете со старшим по званию офицером.

— Плевать мне на это, — ответил Таннер. — Если бы мы вышли ночью, как я и предлагал…

— Прошу вас, — вмешался, впервые за все это время открыв рот, Сандвольд. — Довольно споров. Нужно идти.

Шеванне окинул Таннера злобным взглядом:

— Мы должны продвинуться за деревню. Остановить немцев, которые сейчас обходят Треттен с тыла, нам не по силам.

Таннер вспомнил о лежавших в его рюкзаке гелигните и тринитротолуоле. Имея столько взрывчатки плюс преимущество в высоте на крутом каменистом склоне, они могли бы сделать очень многое.

— Я пойду к своим людям, сэр, — сказал он.

— Что там, сержант? — спросил у подошедшего Таннера Сайкс.

— Фрицы, — ответил Таннер. — Внизу, под нами.

И отошел. Нужно было подумать. Гулбранд сказал, что их не преследуют, но ведь он мог и ошибаться. Норвежцев едва не схватили гнавшиеся за ними немцы, их дважды обстреляли с воздуха, а сегодня утром они были замечены самолетом-разведчиком. Не исключено, что враг ничего о Сандвольде не знает, просто считает, что норвежцы несут с собой нечто важное.

— Сержант! Сержант!

Этот крик прервал размышления Таннера.

— Похоже, нас преследуют, — задыхаясь, сообщил подбежавший к нему Сайкс.

Адреналин выплеснулся в кровь Таннера, голова его мгновенно прояснилась. Он направился к хвосту колонны, к сосне, под которой сидели на корточках рядовые Риггс и Чамберс.

— Как далеко? — спросил, вытаскивая прицел, Таннер.

— Трудно сказать, сержант, — ответил Риггс, — по-моему, около трети мили.

— На них шапки и защитные очки, — добавил Сайкс.

— Горные войска, — сказал Таннер. — Все правильно. Надо убираться отсюда.

Он приказал солдатам как можно быстрее двигаться вперед, и вскоре они нагнали Шеванне.

— Mon dieu, [6] — пробормотал Шеванне, услышав от Таннера новость.

— Нам нужно в точности выяснить, сколько их, — сказал Таннер. — Я с Сайксом и двумя моими людьми вернусь немного назад. Вы идите дальше, мы вас нагоним.

Шеванне кивнул, лицо его было напряженным.

Таннер торопливо направился к младшему капралу Эрвуду, командиру пулеметного расчета.

— Дан, оставляю тебя за старшего. Видишь того штатского, норвежца? Глаз с него не сводить.

— Хорошо, сержант. Будет сделано.

Таннер хлопнул его по спине. Затем, подозвав к себе Чамберса и Риггса, окинул взглядом покрывавшие горы деревья и снег. И, заметив неподалеку каменный гребень, решил, что за ним можно будет укрыться, получив при этом хороший обзор местности.

Поднявшись к вершине гребня и присев на корточки, Таннер обнаружил, что отсюда ему отлично видны склоны долины.

— Вон они, — прошептал Сайкс.

Вражеский отряд дошел до поляны, остановился, осмотрел следы на снегу и снова двинулся вперед.

— Пересчитайте, сколько их, — тихо сказал Таннер и начал привинчивать к винтовке прицел.

— Вы собираетесь стрелять, сержант? — спросил Чамберс.

— Продолжай считать, — ответил Таннер, — и если у тебя в винтовке полная обойма, вынь ее и отдай, когда я попрошу, мне.

Он поднял винтовку. Сквозь прицел он отчетливо увидел первую группу идущих гуськом немцев, еще не снявших — и это его порадовало — винтовки с плеч. За тем, кто шагал во главе этой группы, следовал пулеметчик, несший свое оружие на спине. За первой группой появилось еще десять человек, потом еще десять.

— Тридцать девять, сэр, — сказал Риггс.

— И я насчитал столько же, — подтвердил Сайкс.

— Хорошо, — сказал Таннер. — Обойма готова, Пантер?

— Да, сержант, — ответил Чамберс.

Таннер прикинул расстояние — до немцев сейчас ярдов четыреста. Впрочем, он знал, что, когда смотришь сверху вниз, расстояние кажется большим, чем оно есть на самом деле, и потому прицелился чуть ниже шедшего впереди солдата и выстрелил.

Солдат мгновенно упал и, пока остальные ошалело оглядывались по сторонам, Таннер успел выстрелить еще трижды. Даже распластавшись на снегу, немцы оставались легкими мишенями. По подсчетам Таннера, первая обойма позволила ему уложить семерых. Затем прозвучал первый выстрел немецкой винтовки — пуля ушла далеко в сторону.

— Давай обойму, — сказал Таннер. Он вытащил из винтовки пустую, вставил новую и снова открыл огонь. Пять выстрелов, и тут заработал пулемет второй группы немцев. Прицел он взял неверный, но кучность огня у него была хорошая. Таннер выстрелил еще два раза. Последовала новая пулеметная очередь, на этот раз пули легли совсем близко. И тут Риггс вскрикнул.

— Надо уходить, сержант! — закричал Сайкс, уже оттаскивавший по снегу державшегося за висок Риггса.

Таннер в последний раз перебросил рукоять затвора и выстрелил, попав одному из немцев в грудь.