Чтение онлайн

— Тогда почему твой раб возвел барьер и не давал никому попасть в гостиную? Будто пытался выиграть время для твоих злодеяний.

"Вот же не обделенный интуицией чертила! " — подумала я, ощущая как тело бросило в холодный озноб.

Пока Атил продолжал свой допрос, он жестом пригласил запыхавшегося лекаря внутрь, а затем огляделся в пространстве комнаты, будто только сейчас замечая, что сказанное мной правда. Сила Эскама оставляла заметный след, и мне несказанно повезло, что ее природу можно было скинуть на леди Тибессу, выгораживая тем самым себя.

— Этот барьер возник из-за артефакта леди Тибессы. Должно быть она не могла допустить, чтобы пророчество вышло наружу. Потому и заперла нас внутри. — я смотрела на Атила самыми честными и до ужаса несчастными глазами, прекрасно видя, как с каждым моим словом ему становится все более не по себе. — Поэтому, Бьёрна!.. отпустите. Прошу.

Последнее я почти прошептала, убитая своим горем наповал. Атил с силой сжал пальцами виски, будто словил мигрень от моего театра одного актера, а затем вместо ответа отправился к софе, где лекарь уже закончил с осмотром. Судя по ровному тону их разговора, с ядом я справилась на отлично. А потому временную передышку от императора я потратила на то, чтобы наградить Кристофа и Селестина убийственным взглядом в ответ на них пренебрежительные.

И если братец Сильвии уже отхватил и даже не думал вступать со мной в перепалку, то едва вернувшийся барон Бенуа несколько раз поджимал губы, будто вот-вот зайдет на новый круг обвинений в мою сторону. Благо Атил ему такой возможности не дал.

Или я порадовалась слишком рано?

— Леди Кларисса. — Атил одарил меня слишком уж холодной улыбкой, протягивая раскрытую ладонь. — Подойдите ближе. Леди Тибесса приходит в себя.

Мое сердце забилось в глотке, не давая нормально вздохнуть. Я уже видела, как белесые брови сводятся к переносице, лоб наполняется глубокими морщинами, а мутный взгляд фокусируется на мне. И если во время нашего маленького разговора в ее подсознании леди Тибесса была вынуждена безропотно принимать мои слова, то сейчас на дне ее зеленых глаз бурлило слишком много эмоций.

И среди них я видела неверие и отчаянное отрицание всему, что между нами произошло. Должно быть она даже забыла о своем пророчестве, где в моем теле по империи разгуливает Морел. Ведь моя сила теперь была перед ней как на ладони. И я не знала, смогу ли сохранить свой секрет.

— Как вы себя чувствуете, леди Тибесса? — впервые голос Атила потерял всю сталь и наполнился нежностью. — Помните, что случилось до того, как вы потеряли сознание?

Я стояла чуть позади императора, и он не мог видеть моего лица. Слуги слишком боялись подать голос, наверняка воображая, что я тут же сживу со свету их и всю родню до седьмого колена. А потому я хищно всматривалась в леди Тибессу, пытаясь мысленно послать все угрозы, которые были озвучены в ее подсознании и парочку новых в придачу.

— Ваше Величество, вы нашли время, чтобы навестить такую бесполезную старушку, как я?

Эти их любезности играли на нервах. У меня тут решалась судьба, а они со своими светскими разговорами с совершенно ненужным принижением себя. Как же раздражало! Я едва сдерживала себя, чтобы не начать вздыхать на всю комнату от нежелания участвовать в этой пьесе для двоих.

— Не говорите так. Благодаря вам живет весь дворец, вы выбраны Закарией, вы Эскама.

— Но моя сила уже не может вам помочь. Закария больше не посылает своего благословения, не показывает пророчеств который год.

Я прикрыла глаза на мгновение, едва справляясь с волной адреналина, хлынувшего в кровь от этих слов. И заставила себя избавиться от паники на лице до того, как Атил медленно обернулся.

— Вот как. — мягкий тон его голоса резал не хуже ножа. В нем отчетливо слышался скрип капкана, который вот-вот должен был оттяпать мне ногу. — А леди Кларисса заявила об обратном.

У меня не было времени на раздумья. И я поддалась первому порыву, что наполнил грудь вместе с отчаянным желанием выбраться из захлопнувшегося капкана, пусть даже с потерей для себя.

— Ах, леди Тибесса, прошу простите меня! — взвыв и рухнув перед софой на колени, я обхватила сухие руки в свои ладони и сжала так крепко, что ясно давала понять — утопить лишь меня одну, не позволю. — Я дала вам слово оставить случившееся в тайне, но Его Величество так давил на меня! Я так испугалась, что выболтала все про пророчество снизошедшее на вас, хотя поклялась, что мы обе унесем его с собой в могилу. Мне нет прощения!..

Намерено переигрывая в своей искусственной истерике, я топила всех присутствующих в неловкости и заставляла ослабить бдительность. И торопливая, сбивчивая речь не давала Атилу вставить хоть слово.

— Леди… — пытался он, но я уже поставила на кон все.

— Но я не раскрыла сути! — преданно заглядывая в глаза леди Тибессы, которая могла лишь нервно подергивать уголком губ от такого представления, я горячо попросила ее: — Леди Тибесса, Его Величество поверит вам, если вы скажете, что пророчество не должно быть раскрыто. От этого зависит судьба всей империи и монаршего рода.

Последнюю фразу я сказала намного спокойней, и взгляд мой обрел прежнюю твердость. И прикрыв на мгновение глаза, леди Тибесса чуть заметно кивнула. Она помнила мое обещание отдать себя Морел, и восприняла его всерьез. А может, барьеры Бьёрна не давали ей раскрыть рот. В любом случае во мне вновь подняла голову надежда на хороший исход.

— Ваше Величество Атилиус… — начала было она, и император тонко почувствовал в ней перемену.

Что Атила совсем не устроило. Он не привык сдаваться, продолжал подозревать меня, что совершенно не удивляло, и не мог просто уйти отсюда в неведении.

— Все вышли вон! — прогремел приказ, и я уже было открыла рот в новом требовании отпустить Бьёрна, как он обернулся ко мне: — Вас это тоже касается, леди Кларисса.

— Но я не могу покинуть вас. — хоть Атил и пугал, я замерла на месте, а затем обернулась к Райлону: — Проследи, чтобы Бьёрна никуда не увели и обращались по-человечески. Это приказ.

Пока все покидали комнату, меня прожигали таким взглядом, что вспыхни платье — и я бы вовсе не удивилась. Леди Тибесса приподнялась, принимая сидячее положение, а Атил тихо процедил:

— Смеете ослушаться слов императора?

Он был в бешенстве. И мое секундное молчание сорвало резьбу терпения, а потому Атил подхватил меня под руку и силой потащил на выход.

— Ваше Величество! — вновь заголосила я. — Постойте! Нет! Ваше Величество! Пророчество было обо мне!

Видели бы вы лицо леди Тибессы, когда я проорала это в самое ухо Атила, откуда чудом не пошла кровь от наверняка лопнувшей перепонки. Он медленно повернул голову, отчего невыносимо прекрасное лицо оказалось совсем близко. Смерил меня подозрительным взглядом, но не дождавшись протестов со стороны софы, процедил:

— И о чем же оно?

— Позвольте оставить это в секрете. — предприняла последнюю попытку, на которую совсем не осталось надежды.

— Нет. — отрезал Атил.

Глубоко вздохнув и собравшись с духом, я уверенно вздернула подбородок, приосанилась и распушила самолюбование, которым часто грешила прежняя Кларисса.

— Что ж хорошо. — бросила с циничным безразличием. — В том пророчестве я предстала в пурпурном платье и короне из аметистов.

Нет, ну а что еще я могла соврать, чтобы оправдать свое поведение последних пятнадцати минут? Ничего лучше в голову не пришло, и я решилась. Со стороны софы послышался судорожный вздох то ли ужаса, то ли восхищения моей смекалке… Нет, думалось, первый вариант все же был реалистичней.