Чтение онлайн

Атмосфера тут была весьма своеобразной. Двухэтажные особняки, сложенные из камня, сверкающие двери, окна и чисто вымытые лестницы. Это была улица в одном из богатых районов Парижа. Прежде чем выйти из машины, Андрей и Вадим внимательно изучили окружающую обстановку. Ничего подозрительного не заметили. Особняк Фивейского не имел внешней охраны. Если этот видный бизнесмен и охранялся, то все средства охраны, включая и людей, размещались внутри дома. Родионов вышел из машины, взял в левую руку кожаный саквояж с товаром и, попросив Вадима подождать на стоянке, не торопясь направился к особняку.

Поднявшись по ступенькам лестницы, Андрей нажал на кнопку звонка. Через некоторое время дверь открылась. На пороге, вопросительно подняв седые брови, стоял высокий полный человек в костюме английского дворецкого.

— Я — Андрей Родионов, — отрекомендовался Андрей. — Мне Нужен господин Фивейский.

— Да, мсье. Сюда, пожалуйста.

Родионов последовал за дворецким и, пройдя большой холл, оказался в приемной. Шесть делового вида мужчин сидели в креслах с утомленным видом. При появлении Родионова они уставились на него с таким беспросветным безразличием, что он понял: бедняги давно потеряли счет времени.

— Мсье Фивейский вызовет вас, — степенно произнес дворецкий, обращаясь к сидящим, и плавно, словно передвигаясь на колесах, пересек приемную и остановился возле массивной двери из полированного красного дерева.

— Родионов здесь, мсье! — приоткрыв дверь, сказал он. Потом, отойдя в сторону, пропустил Андрея вперед. Просторный кабинет имел два широких окна, из которых открывался чудесный вид на внутренний дворик. В дальнем углу стоял письменный стол. Родионов заметил и великолепную картину, принадлежавшую, вероятно, кисти Сальвадора Дали.

За столом сидел высокий стройный человек с орлиным профилем и тщательно уложенной прической. Секунд десять он пристально рассматривал Андрея, потом поднялся, вытянул вперед руку и крепко, до боли в косточках, пожал Родионову руку.

— Я сразу узнал вас, мсье Родионов. — Его русский, сдобренный легким акцентом, был утонченным и почти изысканным. Он протянул руку к креслу: — Присаживайтесь сюда. Чем могу быть полезен?

— Я приехал в Париж на конференцию по радиоактивным элементам. Но помимо научных я хотел бы установить и деловые контакты. Это и побудило меня обратиться к вам.

Фивейский не ответил, он молча смотрел в окно, будто пересчитывая деревья во дворе. Андрей решил перейти к делу.

— Когда вы приезжали последний раз в Москву, мсье, вас очень интересовала одна продукция нашего «Центра». Я хочу знать, не пропал ли у вас к ней интерес?

Родионов заметил, как дрогнуло лицо Фивейского.

— Интерес не пропал, мсье Родионов, — произнес, наконец, Фивейский. — Сколько у вас этого товара?

— Двадцать килограммов.

— Марку Фивейскому не нужно было много объяснять. Он знал, что «красная ртуть» ввозится контрабандным путем. Его интересовало только одно: качество продукта и его цена.

— Это хорошо очищенная «красная ртуть»?

— Да.

— Сколько вы хотите за все?

— Четыре миллиона долларов.

— Давайте сделаем так. Вы привезете мне товар, я возьму пробу и отдам на анализ: Вы понимаете, когда покупают товар за такие деньги, то надо быть слишком наивным, чтобы не проверить его.

— Товар у меня с собой, — сказал Андрей, указывая на саквояж.

— Очень хорошо, мсье Родионов. С вашего разрешения, я возьму граммов пять на анализ?

Родионов молча кивнул, раскрыл саквояж, позволяя Фивейскому взять необходимое количество ртути.

— При положительных результатах анализа вы сразу получите деньги, — сказал Фивейский. — Кстати, анализ образца будет стоить от шести до десяти тысяч долларов. Вам придется это оплатить.

— Разумеется. Только оплату я хочу произвести из тех денег, которые я получу от продажи ртути.

Бизнесмен взглянул на Андрея:

— Я понимаю это так, что вначале за анализ придется заплатить мне.

Родионов кивнул вторично. Потом добавил:

— Помимо двадцати килограммов «красной ртути» я привез сто пятьдесят граммов осмия-187. После удачного завершения сделки с «красной ртутью» можно поговорить о продаже и этого товара со скидкой только для вас, мсье.

— И какова будет эта скидка? — мгновенно отреагировал Фивейский.

— Я полагаю, что смогу уступить вам весь осмий за семь миллионов долларов.

Бизнесмен поднялся в своем кресле.

— Я обдумаю ваше предложение. Хочу напомнить — об этой сделке никому ни слова. Есть люди, которые пойдут на все, чтобы эту сделку сорвать.

Несколько секунд он не спускал с него глаз, потом поднялся и начал вышагивать по кабинету. Затем резко остановился и уставился на Родионова.

— Приезжайте ко мне через несколько дней. Время визита вам сообщит секретарь. Кстати, в какой форме вы хотите получить свои четыре миллиона?

— Лучше в виде чеков на предъявителя. Каждый чек на сто тысяч и триста тысяч наличными.

— К вашему приезду все будет приготовлено, мсье Родионов.

Фивейский протянул руку, давая понять, что встреча окончена.

— Мне срочно нужны деньги, Микаэл. Большие деньги. Положение критическое. Пропал Родионов с грузом, стоимость которого двенадцать миллионов долларов. Арестованы братья Саркисян, которым Родионов должен был передать груз. Мне нечем платить зарплату, я не могу заплатить налоги, расплатиться за поставленное сырье, электроэнергию и газ. Что посоветуешь? Симонян, заместитель директора по административно-хозяйственным вопросам, помолчал, потом загадочно улыбнулся.

— Видишь ли, Станислав… Кое-какие соображения у меня есть.

— Выкладывай.

Симонян сказал почтительно, как подобает говорить с хозяином солидной фирмы, и вместе с тем с оттенком грубоватой дружественности, как говорят с мужем своей любовницы:

— Ведущий инженер Палагин, которого ты хотел уволить за пьянку, предложил новый метод получения изотопов. На предложенном методе можно заработать очень большие бабки. Он значительно дешевле того, который сейчас используется. Продукт получается гораздо чище, и это позволяет продавать его по более высокой цене.

— На лице Казаряна появился неподдельный интерес.

— А метод прошел проверку?

— В том-то и дело, что прошел… Но неофициально. И дал прекрасные результаты.

Казарян побагровел:

— Почему неофициально? Почему я ничего не слышал об этом методе?

Симонян взглянул на него с некоторым удивлением. Глаза у шефа были круглые, желтые, злые.

— А потому, что Палагин скрывает его, работу ведет один, никто точно не знает, в чем заключается его изобретение.

— Расскажи подробнее. Какие получены результаты?