Чтение онлайн

– Ты ранен? – сочувственно спросил догнавший хана Овлур.

– Пустяки, хвала Тэнгри, могло быть и хуже.

– Прекрасная вылазка, не так ли, враг потерял больше пяти сотен.

– Ты нарушил мой приказ, Овлур, хотя я и благодарен тебе за это. Больше так не поступай. Жизнь сотника или даже хана не стоит жизней сотни удальцов. В этом походе решается не моя судьба, а судьба целого народа! Что мы будем делать, если лишимся своей силы?

Урус хан подстегнул коня и направил его к долгожданному оврагу. Перевязав раны, он дождался возвращения всех групп, самолично расставил дозоры, затем опустился на землю, уронил голову на сложенные руки и тихо застонал. Но не боль была тому причиной. Перед его взором, в памяти всплыло лицо друга, того, ради спасения которого он и ввязался в эту авантюру.

Предсказание начальника конной гвардии – наместника Абескунской низменности, Салаутдина полностью сбывалось. Отряды кипчаков не только вернулись обратно назад, но и стали мелкими группами появляться то справа то слева, обходя персидское войско и жаля из-под тишка. Фархад Абу-Салим снял с головы шлем и почесал затылок. Вид у него был озабоченный.

– За нами по пятам следует больше кочевников, чем я предполагал, – удрученно произнес он.

– Но ведь мы этого хотели, заставить их, как можно быстрее, вступить с нами в бой? Или нет? – озадаченно ответил Салаутдин.

– То-то и оно, – Фархад невесело улыбнулся. – Как-то подозрительно получать от врага подарок, хотя который и ждешь и даже если сам его к этому вынуждаешь. Я рассчитывал, что когда мы заставим их биться, они будут в отчаянии и страхе при виде нашего войска.

– Что-то непохожи их лучники на отчаявшихся людей, – колко заметил Салаутдин.

– Похоже, у них есть свой, какой-то план, знать бы какой?

Его вопрос остался без ответа. Фархад поднялся на вершину небольшого холма, с которого открывался прекрасный вид на предстоящее поле боя.

– Вели здесь разбить мой шатер, – обратился наместник к одному из беков, неуклонно следовавших за ним по пятам. – Пусть демонопоклонники видят, что мы не боимся их и готовы к бою.

Ближе к полудню в авангарде армии Фархада затрубили рога. Это был сигнал, – "неприятель впереди" – который с нетерпением ждало все персидское войско. С самого начала блошиных атак степняков, войско Фархада двигалось строем. Возбужденный гул прокатился по стану. Полученный долгожданный сигнал, заставил наемников быстро взяться за оружие и занять свои места в строю. В окружении своих полководцев, Фархад Абу-Салим вышел из шатра и бросил тревожный взгляд на поле. Сомневаться не приходилось, войско "шайтан кумычи" выстроилось в боевой порядок в нескольких верстах от холма.

Спереди стояли шесть отрядов легкой конницы сотен по двадцать в каждом, сзади них еще один мощный хорошо вооруженный отряд.

– Кажется, я разгадал их план, – гордо подняв голову, произнес Фархад Абу-Салим. – Они пойдут в лобовую атаку, попытаются втянуть нас в игру со своим авангардом, затем растянутся, пропуская вперед тяжелую конницу, зайдут нам во фланги и градом стрел попытаются остановить наш порыв. Не выйдет. Мы раздавим их прежде, чем они успеют развернуться. Приказываю начать общее построение полумесяцем. Я буду руководить сражением с правого фланга. Коня мне!

Наконец-то увидев кипчаков, которые терпеливо стояли и ждали нападения, Фархад Абу-Салим испытал безудержное желание сходу пришпорить жеребца и немедленно броситься в атаку, но он сдержал свой душевный порыв. Войско наместника Абескунской низменности все ближе и ближе подходило к неприятелю. Фархад Абу-Салим командовал сражением. Рядом с ним развивалось зеленое знамя. До слуха Фархада уже доносились резкие гортанные кличи кипчаков, но он никак не мог разобрать слов, хотя язык персов и степняков был родственным. Их выкрики настолько сливались с фоном общего шума, что выхватить отдельные слова не представлялось возможным.

Громко прогудели рога и персы все как один, пытаясь нагнать побольше страху на врага, заревели свой боевой клич:

– Аллах Акбар!

Когда они сблизились на расстояние полета стрелы, небольшой отряд степняков бросился им на встречу. Истошно крича и вопя, они осыпали конницу Фархада градом стрел. Наиболее удачные выстрелы выбели всадников из седла, другие вызвали крики боли и ржание лошадей, но большая часть либо не попала в цель, либо была отражена щитами и броней персидской конницы.

Кипчаки не были настолько безумны, чтобы бросаться малой группой на превосходящего числом и закованного в железо противника. Они разом развернули своих малорослых степных лошадок и галопом помчались к оставшимся позади родичам. От радости, войско Фархада бросилось вперед и еще сильнее завопило:

– Аллах Акбар!

Прозвучал долгожданный сигнал к атаке.

– Копья вниз! – проревели сотники.

Воины еще сильнее пришпорили лошадей и конница Фархада, сверкая на солнце доспехами, бросилась на врага.

От грохота множества копыт, Фархад Абу-Салиму показалось, что он находится в самом центре грозовой бури. В этот момент он ощущал величайший восторг сопричастности к великому и славному свершению, он смело рвался к своей победе…

Конная лавина приближалась и поэтому сейчас была дорога каждая минута. Стоя во главе своего ударного отряда, Кара-Кумуч хорошо знал это и все же не торопился отдать приказ о начале атаки.

– Лишь бы получилось у Мурта и Урус ханов выдержать первый натиск, остановить противника и навязать ему свои условия.

Кусая в нетерпении губы, молодой хан выжидал до последнего момента:

– Вот теперь пора!

По взмаху его руки затрубили рога и полки легкой конницы, правой и левой руки устремились на встречу врагу.

– Началось! – в этот момент подумал он, и сердце тревожно забилось в груди.

По началу стремительный рывок персов напоминал движение хаотично накатывающейся лавины, но вскоре, внешне бесцельные перемещения врага привели к вполне определенному боевому построению. На орду Кара-Кумуча накатывалась тяжелая конная лавина, напоминавшая по своей форме полумесяц, священный символ мусульман. В этот момент Кара-Кумучу стало понятно, что застать врасплох врага будет неимоверно трудно, а воспользоваться брешами в его рядах станет еще сложнее.

– Неприятель задумал охватить нас с флангов крыльями своего боевого полумесяца, – размышлял в этот момент молодой хан, командовавший всем половецким войском.- Вполне возможно, что если моя легкая конница не выдержит удара, то крылья полумесяца в считанные минуты после сближения, встретятся у меня в тылу, за спинами моих воинов и тогда, замкнув плотное кольцо окружения, наместник Фархад одержит достойную победу. Его тяжелая конница легко раздавит моих легких всадников, их луки станут бесполезны в ближнем бою, а мой ударный отряд, вынужден будет сражаться в окружении не зная, что происходит вокруг.