Чтение онлайн

— Да. Ну, знаешь, уехал... собрал вещи и вернулся на своем частном самолете, без сомнения, улетел туда, откуда приехал.

Я открываю рот, чтобы возразить ему — я чертовски хорошо знаю, что он прилетел не на частном самолете, но не могу этого сказать. Я закрываю рот и продолжаю просматривать статью.

Если он действительно исчез, мне нужно самой увидеть доказательства.

Сообщалось, что Беккет Торн покинул страну ранним утром, под покровом темноты. Скоро будет больше информации.

Он не может исчезнуть. Этого просто не может быть.

Знаю, я говорила, что больше не смогу его видеть, но только сейчас, сидя здесь, рядом с человеком, которого, как я наконец поняла, я не люблю, я понимаю, как была неправа.

Я хочу увидеть его больше всего на свете.

Я отдаю Харви его телефон.

— Я собираюсь на пробежку.

Он высокомерно выдыхает.

— Повеселись.

Я спешу в гардеробную и надеваю что-нибудь из одежды для активного отдыха — чтобы создать видимость, что я собираюсь на пробежку, хотя на самом деле я направляюсь прямиком в отель и чертовски надеюсь, что СМИ тоже все неправильно поняли.

Беккет

Я чертовски благодарен, что они забронировали мне билет хотя бы бизнес-классом — я почти ожидал, что Джон посадит меня на самые дешевые места из возможных, просто чтобы быть придурком, который хочет вернуть деньги, но Бриджит, должно быть, заказала это место, потому что у меня полная конфиденциальность.

Никто ни разу меня не побеспокоил.

У меня достаточно места, чтобы растянуться и поспать, хотя я знаю, что это было бы пустой тратой времени.

Все, что я могу делать, это думать о ней.

Ее образы все кружатся и кружатся в моем сознании, пока я лечу обратно, на другой конец света.

Это жестокий поворот судьбы — я наконец-то нашел ту, кто мне интересен, и она не только недосягаема, но и принадлежит кому-то другому.

Я знаю, что жизнь пойдет своим чередом, как только этот самолет приземлится, и что все люди, которых я нанял, чтобы облегчить мне жизнь, будут там и во многих отношениях усложнят ее.

— Простите, мистер Торн? Могу я предложить тебе что-нибудь выпить?

— Скотч. — Я смотрю на нее снизу вверх, пока говорю.

У нее такие же светлые волосы, как у Блэр, но она даже близко не похожа на нее по привлекательности.

— Спасибо, — бурчу я, когда она протягивает мне напиток, и я выпиваю его одним глотком.

Я так чертовски облажался. Я почти ничего не знаю о Блэр, но скучаю по ней так, словно знал ее всю свою жизнь.

Рука протягивает мне еще один скотч, и я поднимаю взгляд, чтобы увидеть, что стюардесса не сдвинулась с места.

— Похоже, Вам не помешала бы еще одна порция, — говорит она, и в ее голосе слышится что-то похожее на сочувствие.

Наверное, я выгляжу таким же несчастным, каким себя чувствую.

— Спасибо, — киваю я, принимая его у нее из рук. — Это правда.

***

— Если ты еще раз сбежишь, как капризный подросток, я уволюсь, — пригрозил мой менеджер, как только я переступил порог зала прибытия.

— Я тоже рад тебя видеть, Джон.

— Надеюсь, ты устал от этого перелета, потому что мы будем вдвоем.

Я игнорирую его выходки королевы драмы.

— Ты скрыл ее от прессы?

— Это все, что тебя волнует? — спрашивает он.

Я борюсь с желанием встряхнуть его.

— Ты сделал это или нет? — Рявкаю я на этот вопрос.

— Да, да, — говорит он, махая рукой. — Дело сделано. Твоя маленькая подружка в ближайшее время не попадет в заголовки газет, так что успокойся.

Я громко вздыхаю с облегчением. Я бы никогда не простил себе, если бы испортил ей жизнь.

— Хорошо.

Он подозрительно смотрит на меня мгновение, прежде чем оглядеться по сторонам, чтобы проверить, нет ли кого-нибудь достаточно близко, чтобы услышать нас.

— Ты же не обрюхатил эту цыпочку, не так ли?

— Какого хрена, Джон? Конечно, нет.

— Ты спал с ней?

— Это не твое собачье дело.

Он прищуривается, глядя на меня.

— Господи. Ты хотя бы заставил ее подписать соглашение о неразглашении?

Я свирепо смотрю на него.

— Знаешь что? У меня только что закончились бланки.

Он бормочет что-то себе под нос, подозрительно похожее на «Я, блин, увольняюсь», прежде чем придумать еще один вопрос, которым можно было бы меня взбесить.

— Ты ведь не разрешал ей фотографировать тебя, не так ли?

Я, должно быть, выгляжу смущенным, потому что он стонет.

— Это была всего одна фотография, расслабься. С таким же успехом их могло быть и сто — я ей доверяю, — успокаиваю я его.

Он качает головой.

— Я бы сказал тебе, что ты идиот, но, думаю, ты и так это знаешь.

Да, я идиот, но не из-за того, что сделал дурацкое фото с Блэр. Я идиот, что позволил ей уйти. Я идиот, что не заставил ее поехать со мной.

— Где твое барахло, нам нужно убираться отсюда, пока слухи не распространились?

Я поднимаю сумку, которую таскал с собой последние несколько недель.

— И это все?

— Я простой человек, — говорю я ему с ухмылкой.

— Простой, — ворчит он, указывая на дверь, через которую нам нужно выйти. — Перед входом была пара человек, которые, я уверен, были папарацци — они все кружили вокруг дома, как акулы, ожидая твоего возвращения, так что просто опусти голову, и будем надеяться на лучшее.

— Меня не было всего пару недель, Джонни, я еще не забыл, как это бывает, — говорю я ему.

— Только поторопись и садись в машину, — предупреждает он меня, и я делаю мысленную пометку выслать ему премию и дать отгул. Эта маленькая выходка, которую я выкинул, явно сказалась на ворчливом старом ублюдке — возможно, отпуск на Гавайях исправил бы это.

Мы выходим на улицу, обдуваемые теплым ветерком, и я вздыхаю. Может, мне и не хотелось бы сейчас здесь находиться, но я чувствую себя здесь как дома.