Чтение онлайн

Однако этому блудливому кобелю, похоже, больше ничего не было нужно. Я откровенно зевала, дожидаясь антракта. Он с интересом смотрел постановку. Головы его соседок все больше и больше склонялись к широким мужским плечам, а мне все сильнее и сильнее хотелось в бар.

Взять там бокал коньяка, выпить за упокой нервной системы. А потом прыгнуть в маршрутку и уехать домой. Закрыться, чтобы никаких больше бывших мужей, Крамеров и прочих. И просто спать.

Свой замечательный план я успела выполнить наполовину. Сто грамм коньяка огненной дорожкой устремилось в желудок, когда в моем уютном зеленом уголке нарисовался Леха.

— Коньяк в одиночестве? Нехорошо, Полина Игоревна, — отсалютовал он мне бутылкой минеральной воды.

— Я за здоровье организатора нашей культурной программы. Думаете, не стоит?

— Ну, если за его здоровье, то, конечно, пожалуйста.

Вопреки обычным нашим разговорам тет-а-тет, Леха не сгреб меня в охапку и не набросился на губы.

— А вы как здесь и без сопровождения? — я обвела взглядом оранжерею театра. — Дамы носики пудрят?

— Нет. Думаю, мозги кому-нибудь. К счастью, не мне.

— И вы в честь этого решили припудрить мой? — От Лешкиной прямоты губы сами растягивались в улыбку.

— Нет, дорогая моя! С вами если пудриться, то целиком, без свидетелей и уж точно не здесь.

— А мне казалось, что вы нашли прекрасные альтернативы.

— Ошибаетесь, Полина Игоревна, я решил использовать старую мужскую тактику.

— И какую же? — Я выгнула левую бровь.

— День подождать, вместо того чтобы три дня гоняться следом, — с хитрой улыбкой пояснил Леха.

От такой наглости у меня чуть челюсть не упала.

— Как вижу, действует. — Он все-таки не выдержал и притянул меня к себе. Осторожно, совсем не так, как обычно.

Русский варвар с замашками английского джентльмена.

— Леш, я ведь уже сказала «нет».

Невозможно было с ним огрызаться и скандалить. Коньяк на голодный желудок расслабил, а большое мускулистое тело так и манило вжаться в него сильнее, потрогать то, что не успела в прошлый раз.

Никакой логики!

Точно болезнь!

— Ты же знаешь, у меня на твое «нет» иммунитет, — прошептал Леха на ухо.

— И годы его не берут…

— Совсем.

— И что мне не нужен одноразовый секс, ты тоже не веришь?

— Но это ведь будет секс со мной. — Паршивец так улыбался, будто предлагал не себя, а выигрышный билет в лотерею. Джекпот!

— А если мне понравится?

Что-то на душе резко стало совсем хреново. Вспомнился вчерашний малыш, его огромные удивленные глаза, веселое агуканье и радостная улыбка. Не такая, как у Лехи. Без этих соблазнительных ямочек, без лихого залома бровей. Но все равно потрясающая.

— Тогда мы повторим. Возможно, не раз и не два, — Крамер упрямо продолжал гнуть свою линию.

— И спустя три недели… Или сколько там осталось, мне разонравится?

Я не стала скрываться и посмотрела Лешке прямо в глаза. Без злости и упреков. Перегоревшая за прошедшие два дня, как он и рассчитывал.

— Обязательно думать о том, что будет после? — Триумф в серо-голубых глазах затянулся пеленой раздражения.

— Тебе нет, а я иначе не умею. Один раз в восемнадцать лет попробовала, потом долгие годы жалела.

— Но я ж тебе не Басманского предлагаю.

Ладони на моей спине буквально впились в кожу. Леха словно расплющить меня на себе хотел.

— Леш, ты гораздо хуже. Ты самый опасный вариант. Побочные эффекты непредсказуемы. И жить с ними придется самой. Как-то…

Дрянная постановка с дешевым коньяком все же совсем повредили мне мозг. Правда перла наружу. Пожалуй, это был самый болезненный и откровенный наш разговор за все годы.

Жалко, что поумнела до него я лишь сейчас, а не шесть лет назад и не двенадцать. Тогда Лешка еще не стал таким чужим. Тогда еще можно было рвануть следом, разогнать бабский цветник вокруг и остаться рядом.

Тогда я еще не превратилась в неплохой вариант для романа на три недели.

— Знаешь, Полька, мне кажется, это все туфта, — прозвучало со злостью.

— Знала, что ты меня поймешь. — Я уже привычно вырвалась из объятий. На этот раз, кстати, никто и не держал. — Спасибо за спектакль, за билеты. И вообще спасибо.

— Поль… — Леха потер лицо, словно стирал с себя что-то. — Я бы сделал и больше. Для тебя…

Пока он не сболтнул что-нибудь лишнее, я прижала палец к его губам.

Боже, какой красивый! Самый красивый мужчина из всех, кого встречала. И ведь всего в нем было сполна. И внешности, и ума, и смелости. И фиг я где найду такого другого….

«Идеальный носитель генофонда», — неожиданно вспомнились бабушкины слова.

Она, конечно же, имела в виду Шона Коннери. Это был единственный представитель мужского пола, к которому ее не ревновал мой суровый дед. А я на миг представила другого. Маленького, сладкого, похожего один в один на единственного мужчину, которого я когда-либо любила.

— Леш, кое-что для меня ты можешь сделать…

Идея пришла внезапно. Пьяный неотдохнувший мозг дозрел до нее за пару секунд и тут же поспешил поделиться с миром, пока меня не отпустила волшебная сила коньяка.

— Что? — Крамер оживился. Прежний огонь в глазах вспыхнул с новой силой, и руки вернулись ко мне на талию.

— Ты только не отказывайся сразу… — Губы внезапно пересохли. Пришлось их облизать. — Не уверена, что за три недели получится все организовать… Но… Да что ж это такое?! — Во рту целая Сахара образовалась. Язык прилипал к небу, губы не слушались.

Чтобы закончить фразу, пришлось забрать у Лехи бутылку воды. Вылить в себя остатки. И, пока снова не напала сухость, выдать свою просьбу одной фразой.

Мой план работал как часы. Позади был первый акт спектакля. Прямо передо мной на высоченных шпильках и в платье стояла пьяненькая Полина. И впереди ждали новые акты… много, потных, жарких, на смятых простынях и до победного конца.